Ник Эндрюс - Награда наёмника

За ужином северянин перевел друзьям разговор с Габиром. Облокотившись на свернутый плащ и жуя кусок хлеба, Валер задумчиво заметил:

— Здесь что-то не так…

— О чем ты? — поинтересовался варвар.

— Я вдруг вспомнил историю, рассказанную Аджой, когда мы вышли из Дарфара, — произнес аквилонец. — О городе, в котором поселился демон. Если помните, он убивал по три человека и не отпускал купцов. Торговцы каждый раз уходили, но неизменно к ночи возвращались на старое место.

— Но ведь здесь все иначе, — возразила волшебница. — Отряд пришел в другую деревню, да и «барсы» по собственной воле остались в Могамлибе…

— А это с какой стороны посмотреть, — усмехнулся наемник. — Постарайся отбросить эмоции и взгляни на ситуацию трезво. Разве есть между оазисами отличия? Дома похожи, как две капли воды, храм один и тот же, а люди все в одинаковых одеждах. Поставьте рядом двоих вождей — я уверен, что вы ошибетесь. — А насчет перебежчиков у меня своё мнение, и Конан лишь подтвердил его, — продолжал Валер. — Вряд ли наши воины остались в Могамлибе по собственной воле. Ночью их захватили врасплох и заколдовали…

— Так почему же вы сразу мне не сказали? — возмущенно воскликнул сотник. — Я бы перерезал глотку этому чародею!

— Осторожней, Хасан, — остановил шемита Валер. — Нас могут услышать. Это только мои догадки. Не следует горячиться.

— Но ведь Свазли выглядит иначе, — вмешалась девушка. — Здесь меньше домов, загон, большой каменный дом на окраине…

— Селена, — иронично сказал аквилонец. — И это говоришь ты? Вспомни наш поход в Нордхейм! Болото, созданное тобой, было так реально, что мы даже промочили ноги. Магия — коварная штука.

— Да, — честно призналась волшебница. — Она здесь повсюду. Но враждебности я не ощущаю.

— Значит, ты утверждаешь, что… — начал Хасан.

— Я ничего не утверждаю, — пожал плечами наемник. — Просто вспомнил рассказ Аджи. Тогда он показался мне занимательным… А сейчас я отношусь к нему более серьезно.

Шемит хотел возразить, но вовремя осекся. Со стороны храма к ним двигался Гобир. Движения спокойные, размеренные, в каждом шаге уверенность. Своих вооруженных гостей он не боялся. Подойдя к чужеземцам вплотную, вождь произнес:

— Я рад, что вы приняли наши скромные дары. Не держите зла на самталов. Мы слишком долго живем обособленно и уединенно. Путешественники в здешних местах появляются раз в семь-восемь лет, а деревни между собой отношений не поддерживают. Старые обиды…

— А почему бы не покинуть оазис? — спросил киммериец. — До Ксухотла рукой подать, два дня пути. Начнете новую жизнь.

— От благ отказаться тяжело, — вздохнул мужчина. — Шадар дает нам все необходимое, а взамен просит такую малость… Племя самталов сохраняет преданность ему уже сотни лет.

— Похвальное качество, — заметил северянин.

— А куда идете вы, если не секрет? — поинтересовался Гобир.

— К Друджистанским горам, к истоку Стикса, — сказал варвар, прекрасно понимая, что скрывать правду не имеет смысла. — Но сначала мы посетим столицу тлацитланцев. Надо пополнить запасы.

— Понятно, — кивнул головой вождь. — В таком случае, вашему отряду не миновать еще одну деревню самталов — Замбли. Она лежит на полуденном закате.

— Но Самду утверждал, что оазисы находятся, наоборот, на полуденном восходе, — проговорил Конан.

— Могамлибы часто ошибаются, — бесстрастно вымолвил мужчина. — Приятной вам ночи. Спите спокойно, здесь бояться вам нечего.

Не дожидаясь ответа, Гобир направился обратно к храму. Солнце наполовину скрылось за горизонтом. Небо окрасилось в зловещий багровый цвет, а солома на крышах приобрела кровавый оттенок. Путники молча смотрели в спину удаляющегося вождя.

— Что-то у меня на душе тревожно, — тихо произнесла Селена.

— Хасан, посты далеко не выставляй, — приказал киммериец. — Заготовьте побольше сухой травы: могут понадобиться костры.

— В случае чего, я подожгу дома, — усмехнулся сотник. — Жалости во мне уже давно не осталось. За каждого потерянного бойца убью десятерых.

Возражать северянин не стал. Он прекрасно понимал шемита — за несколько дней погибло больше половины отряда, а ведь «барсы» жили в Киросе, как одна семья.

Подул южный ветер и принес необычную для этих мест прохладу. Деревня словно вымерла. Нигде ни огонька, улицы пустынны и тихи. Слышалась лишь редкая перекличка охранников. Солдаты постоянно поддерживали большой огонь, чтобы осветить весь лагерь. Но, к сожалению, трава горит слишком быстро, и заготовленных запасов надолго не хватит. Под утро придется идти в степь, а это опасно… Несмотря на усталость, шемиты ложиться спать не торопились. Волшебница зевнула и тотчас прикрыла рот рукой.

В воздухе повисло тревожное ожидание…

Ночная липкая тьма окутала деревню; и убогие строения, и башня храма растворились во мгле. Продержаться без сна до рассвета было невозможно. Тихо поругиваясь, воины заворачивались в плащи и закрывали глаза, надеясь, что утром они все же увидят свет солнца.

Селена, как ни старалась бодрствовать, заснула одной из первых. Можно было позавидовать выдержке и смелости Валера. Аквилонец даже не старался бороться со сном. Если суждено умереть, значит, так тому и быть… Но пока наемник предпочитал хорошо отдохнуть. Аджа тихо бубнил какие-то заговоры. Привалившись спиной к стене дома, дремал варвар. Хасан и Угрис спали по очереди. Довольно долго в округе было спокойно.

События начали развиваться ближе к середине ночи. На мгновение пламя погасло, и лагерь погрузился во тьму. Когда огонь костра вспыхнул вновь, десятник не досчитался двоих человек охраны. Они словно сквозь землю провалились!

— Тревога! — громко закричал шемит.

Этого оказалось вполне достаточно, чтобы весь отряд поднялся на ноги. Как и следовало ожидать, поиски ничего не дали. Исчезнувшие солдаты на призывы товарищей не откликались.

— Все! — с ненавистью в голосе выдохнул сотник. — Мое терпение лопнуло. Кто-то сейчас заплатит жизнью за моих парней!

— Не торопись, — остановил его Конан. — Как бы в этой суматохе нам не потерять других людей. Темнота на стороне местных жителей. Они прекрасно знают деревню и могут напасть из засады. А, кроме того, похоже, Шадар промышляет только ночью. Днем бог саванны где-то прячется.

— Поджигайте дома! — скомандовал Хасан.

Горящая трава полетела на крышу, но, к удивлению «барсов», солома не вспыхнула. Огонь быстро погас.

— Проклятье! — выругался шемит, обнажая меч. — Сейчас я узнаю правду!