Алена Даркина - Полнолуние: закон стаи

Ранели слушала с восторгом. Если бы она так же увидела всю землю. Хотя бы глазами сокола. Но и в Энгарн ей не так легко выбраться. Она заранее сочиняла, что будет говорить, когда вернется домой после встречи с магом…

Переночевав в небольшой ложбинке, она собралась продолжить путь, когда ветер донес запах волка. Кто-то ее преследует. И это оборотень. Она не задалась вопросом, кто это мог быть, потому что знала ответ: парень, служащий людям, решил добиться цели любой ценой! Что ж, она покажет, что ее не так просто обмануть.

Сначала Ранели пыталась оторваться, запутывая следы и заходя в деревни. Вела себя там гораздо сдержанней, чем обычно — вовсе не жаждалось еще раз попасть на костер. Но оторваться от Ялмари не удавалось, он оказался на удивление настырным. Ранели уже хотела встретиться с ним, чтобы поговорить начистоту, когда в голову ей пришла другая мысль. В следующую деревню она пришла с плачем и воплем: на нее в лесу напал какой-то парень. Он бродит рядом с деревней. Наверняка замышляет что-то недоброе. Девушка сильно рисковала, но сыграла так безукоризненно, что никто не проверил ее туммимом — человек ли она.

Вилланы вооружились, как могли, и пошли ловить Ялмари. А Ранели собралась идти дальше, уверенная, что хоть немного они парня да задержат. Вилланы ему ничем не угрожали — она не заметила у "защитников" серебряного оружия. Но, выходя из деревни, она неожиданно столкнулась со старостой Щуни. Не один Ялмари, шел по ее следу. В последний момент она метнулась в лес — там ее никто не догонит. До Гиблого леса оставалось совсем немного. Но неожиданная мысль задержала ее: а что если Ялмари действительно поймают? Щуни наверняка прихватил с собой ошейник…

Ей не нравился Ялмари, но подставлять его тоже не следовало. Пусть он предатель, но разве можно уподобляться ему? Ранели стала осторожно пробираться обратно. Вскоре она убедилась — худшие опасения оправдались. Ялмари привязали к дереву, чтобы сжечь. И золотой знак, который он носил с собой, не помог. Что ж… Она устроила ловушку, ей и вызволять…

Ранели пыталась найти выход из этого положения. В данном случае она могла помочь одним — позвать отряд из сигнальной башни. Как она объяснит, что смогла добраться так быстро от этой деревни к "волкам"?

Врать ей не пришлось. Буквально через юлук она наткнулась на разъезд — десяток "волков" объезжал свои "владения". Тут же обратившись в девушку, она подскочила к лошадям:

— Господин, капитан! — крикнула она. Наверняка перед ней десятник, но лишняя лесть никогда не повредит. — Господин капитан, там, в деревне казнят "волка"!

Лицо солдата, ехавшего впереди, напряглось. Шрам, пересекавший правую щеку, стал выделяться белой рваной линией. Он скользнул по ней неприязненным взглядом и скомандовал:

— Вперед!

Ранели перевела дух. Посчитав, что она сделал все, что должна, она продолжила путь.

На краю Гибельного леса Ранели набрела на довольно большую деревню. Немного походила вокруг, но идти сразу в Гибельный лес, рискуя тут же попасть в пасть чудовищу, о котором упомянул священник, не решилась.

Лес называли Гибельным, потому что ядовитые испарения, поднимавшиеся от земли, убили в нем все живое. Лишь густой мох гроздьями свисал с ветвей деревьев. Никакой живности там не водилось: ни зверей, ни птиц. Зеленоватый туман постоянно стоял стеной. Ранели знала об этом понаслышке. В мертвый лес не ходили ни люди, ни оборотни — его сторонились. Но рядом с деревней лес казался обычным, ничем не отличающимся от того, по которому пробежала около четырех шавров, стремясь встретиться со скованным магом.

Ранели решила узнать подробности о лесе и чудовище, которое там водилось, в деревне. Лучше всего обратиться за помощью к кому-нибудь старику или пожилой женщине. Люди уверены, что оборотни и вампиры охотятся исключительно на молодых. Причем оборотень-мужчина старается сожрать молоденькую девушку, а женщина "закусывает" исключительно красивыми парнями. Может, поэтому ее и поймали в той деревне.

Между деревьями она заметила старушку, собирающую хворост: ветхая одежда едва прикрывала колени. На ноги вместо обуви тоже намотана ткань, а седые волосы прикрывает темный платок, завязанный сзади большим узлом. Ранели обратилась в девушку, наспех испачкала платье и лицо землей и с плачем кинулась к ней:

— Матушка, матушка! Неужели я нашла людей? — она громко и очень искренно зарыдала, размазывая слезы вместе с землей по лицу.

— Да что ты дитятко! — испуганно отозвалась старушка. — Что с тобой, милая?

Не размышляя, Ранели взахлеб повторила историю, рассказанную в прошлой деревне, заменив "какого-то парня" на вампира. История вышла простая и трогательная, как медный грош, брошенный нищенкой в храмовую казну. Мол, пошла в лес, а там — вампир. Уж она убегала-убегала. А потом глядь — заблудилась. Ночь в лесу провела, чуть со страха не умерла. С утра опять стала искать дорогу, и вот Эль-Элион послал ей навстречу добрую женщину.

Старушка поверила ей безоговорочно, повела "бедную крошку" в дом, чтобы она отдохнула немного. Ранели помогла донести хворост и еще собрала по дороге. Вскоре она шагнула в убогий дом старой вдовы. Окон здесь не прорубили — дом освещался очагом, разложенным посреди комнаты. Из мебели один рассохшийся сундук, да солома, расстеленная на полу — постель. Увиденное ужаснуло Ранели. Она представить не могла, что кто-то живет в такой нищете. Но девушка постаралась держать себя в руках. Сложила хворост у очага, сама устроилась на соломе.

— Мне ведь и покормить тебя нечем, деточка, — досадовала старушка. — Пойду разве у соседа спрошу… — неуверенно предложила она.

Ранели тут же вскочила:

— Я сама, матушка. Я мигом.

Вскоре девушка принесла старушке немного сыра и хлеба.

— Молодая да красивая, — пробормотала бабушка. — Мне бы и корки не дали.

Ранели не сказала, что заплатила почти вдвое за эту скромную трапезу. Хорошо, что деньги у нее остались. Старушка подала кружку ароматного чая, они устроились на соломе и принялись завтракать.

— Куда же я пришла, матушка? — выспрашивала Ранели, тщательно пережевывая черный хлеб.

— К Гибельному лесу ты пришла, детка, — проворковала бабушка. — Если бы на нашу деревню не набрела, могла бы и совсем сгинуть.

— Ах! Гибельный лес… Мне про него мама в детстве рассказывала, — Ранели отметила, что может быть, впервые за сегодняшний день не соврала. — А почему же этот лес называется Гибельным?

— Так мертвый он. Лес-то. Сам умер, и всех, кто туда заходит — убивает.

— Как это? — вытаращилась Ранели. — Там деревья людей едят? — спросила шепотом.