Виктория Иванова - Два–в–одном

Конечно, с моей стороны была не только признательность. По мере сил и возможности старалась помогать. Обеспечивала посохом, за крыльями присматривала. А в линьку ещё и пух щипала. Тёмный оказался довольно непоседливым и раздражительным. Долгое время заниматься однообразным и кропотливым делом просто не мог — тут же взрывался и раздражался. Так что чистить крылья от старого пуха пришлось именно мне.

В общем, было у нас эдакое взаимовыгодное сотрудничество. Честно говоря я не знаю, как к этому относился Рэй, а мне нравилось. Нет, свои минусы в этом были и ещё какие. Одно только то, что мы делим тело на двоих (причём — мужское) создавало кучу проблем. Но с другой стороны когда ещё сможешь вот так узнать другого? Здесь же не солжёшь, не утаишь… разве что очень сильно постараться, но, надеюсь, такого не случится.

В общем, когда, очнувшись, я не ощутила присутствия Рэя, то забеспокоилась. Только сперва решила уточнить, где именно нахожусь. Села и огляделась по сторонам. Холм, не очень высокий, но и не низкий. Покрытый травой, только вершина лысая и каменистая. Вокруг лес. Хвойный. Места вроде как незнакомые. Да и почему-то мне кажется, что холмик этот рукотворный.

И есть хочется просто неимоверно. Как и пить. Хорошо что Солнышко рядом, это как-то вселяет надежду хотя бы на то, что от голода не умру. А там… Думаю, что дан и иглистые, которые нас сопровождают, не уйдут просто так. Найдут. И остальных приведут. Эх, если бы они ещё и Киар покусали — лично чмокнула бы каждую мохнатую приложившуюся морду. Но мечты чаще всего так и остаются мечтами.

Ладно, пора и мне заняться поисками одного наглого и тёмного типа. Куда его, спрашивается, понесло?! Мало мне неприятностей, так ещё и этого типа разыскивай. Надо же узнать, кто на нас напал, как и почему. А так же что сделать, чтобы больше такое не повторилось. Оказываться ни с того ни с сего в Серых Землях снова мне не хотелось. Как и просыпаться потом непонятно где.

Вот ведь! Я же даже представления не имею, что и где. Не то, чтобы совсем не интересовалась географией, но изучала её постольку-поскольку. Точнее — на практике. Где мы проезжали, окрестные места, ближайшие соседи и наиболее интересные места. Обширных же знаний нет.

Только вот… где же его искать?!

— Рэй? Рэй?! — сперва тихо, а затем и в полный голос позвала я.

А в ответ — тишина. Лес шелестит, птички… орут дикими голосами, что-то или кто-то шуршит и потрескивает ветвями в зарослях. Тёмный же молчит как партизан на допросе. Или страдает внезапной глухотой, что с ним иногда случается. Особенно когда слышит неприятные для себя вопросы.

Может, он вообще возвращаться не хочет? Но почему? Скорее я бы поняла, если бы меня назад пускать не хотели, но чтобы сам не вернулся? Неужели нашёл себе другое тело? М-дя… неприятная была бы ситуация. Если честно, то это именно я не оставляю надежды найти себе женское тело. Поскольку мало верю в то, что смогу вернуть собственное.

Или он не может ответить? Тогда ещё хуже. Вроде Райлен не самый последний маг. Значит тот, кто его блокирует — ещё сильней? Это плохо. А с другой стороны тёмный сейчас без посоха, так что и сил у него не особо много. Во всяком случае мне надо найти его как можно быстрей. Разбираться с причинами молчания будем потом.

Мухтар, след! В смысле:

— Солнышко, а Солнышко? Где же нашего тёмного носит? Давай его найдём! Пожалуйста.

Посох слабо засветился. Ну и как это понимать? Осторожно качнула его в одну сторону. Свечение стало слабей. Ага, играем в «тепло-холодно»? Ладно. Мне всегда нравилась эта игра. Так что… нашла направление, в котором свечение стало наиболее сильным. Пошла вперёд и… возле самых ёлок меня накрыло.

Такое впечатление, что через тело словно разряд тока пропустили. Правда, сразу же нарисовался тёмный. И ещё как нарисовался. От разделённой напополам боли у меня ослабли ноги и пришлось опуститься на землю. Как в пресловутую соломинку — вцепилась в посох. Прохладное дерево приносило некоторое облегчение.

Почему я в первый же момент не воспользовалась его лекарскими качествами? А вы пытались думать, когда вас словно бы выкручивают? Лично у меня не получилось. Зато потом, когда немного попустило и у меня хватило сил не только жадно хватать воздух, но и соображать — задействовала посох.

Постепенно боль отпускала. Тёмный зашевелился более активно и попытался перехватить управление и отрезать боль. Но я рыкнула, чтоб не мешался под ногами, и снова сосредоточилась на лечении. Потом будет права качать. Когда расскажет, где же его носило…

Небо было пронзительно-синее, глубокое и далёкое как никогда. Выгнутое крутым куполом, окаймлённое тёмной щетиной хвойного леса. Ни облачка, ни случайной птички. Только ветерок еле-еле колышет верхушки громадных елей. Таких в городе редко увидишь. Особенно сейчас.

Красота… ничего не болит. Крылья свободно распластаны по земле и кое-где травинки чуть заметно щекочут кожу. Настроение созерцательно-философское, и зажатая в зубах травинка только дополняет картину, органично вписываясь в сюжет «умиротворение».

«Ну и зачем?» — кажется, Рэй тоже пребывал в нирване. Поскольку вопрос был задан на редкость равнодушным тоном. Можно подумать, что просто для проформы. Хотя, может, это так и было.

«А как иначе?» — травинка качнулась вверх-вниз, как бы подчёркивая сказанное таким же равнодушным тоном.

«Можно было оставить…» — мысль он не заканчивает и правильно, могу и санкции применить. Нет, не физические. Просто обидеться. А сейчас это будет чревато.

Кому-то почти удалось разорвать наши связи, поэтому и было так больно. Когда из тебя словно живьём тянут нервы — впечатление незабываемое. А, поскольку «сверху» условно был Рэй, то ему и попало больше, чем мне. Это уже потом мы поделили боль пополам. Что же было в самом начале — мне страшно даже представить.

«Сам догадаешься, да?» — предлагаю вместо ответа. На злость и обиду пока не хватает сил, но на память пока не жалуюсь. Вот немного оклемаюсь — и припомню все.

«Уже понял. Извини» — приходит ответ, окрашенный тенью эмоций. Кажется, ему уже лучше. Что радует. Я сейчас ни на что не способна, даже просто встать — и то тяжко. Так что рулить придётся тёмному. Мне ещё довольно долго отскребать себя от пола.

«Проехали» — тихо буркаю с намёком на извинение. Снова повисает созерцательная тишина.

Мы сейчас оба напоминаем клубки шерсти, с которыми играл ретивый котёнок. Нитки торчат во все стороны, ощущение, что тебя прожевали и разлохмачены как не знаю что. Как при этом мы все ещё остались связаны — понятия не имею. Восстанавливать утраченное будем позже. Тут в себя бы прийти.