Алан Фостер - Инфернальная музыка

– Выдр, вы совершенно напрасно пророчите беду. – Найк работал веслом легко, его тело вошло в энергоэкономный музыкальный ритм. – У моего племени превосходное чувство направления. – Он бросил взгляд через плечо по курсу. – Нужно только найти главный канал, по которому мы сюда приплыли. Дельта Карракаса – это лабиринт маленьких протоков, большинство из них течет не на север и юг, а на восток и запад. Когда мы войдем в чистые воды, нас выручит парус – понесет наше судно на восток, к Машупро. По пути сюда мы тщательнейшим образом запомнили маршрут, иначе бы не удалось отыскать обратную дорогу.

Хек размозжил на палубе муху-кровососа.

– Не волнуйтесь, выдр. Мы не намерены задерживаться в этой стране сверх необходимого. – И тяжело вздохнул. – Как я соскучился по прохладным ветрам Харакуна!

– Мы все по ним соскучились, – с чувством добавил лейтенант.

Порой к суденышку приближались разнообразные крупные и потенциально опасные обитатели дельты, в основном – под покровом ночи. Каждый раз они проплывали мимо, не доставляя хлопот. Вероятно, лодка казалась им неприступной. Еще вероятнее, их отпугивал шум – принцессы болтали без умолку.

Какова бы ни была причина, кораблик продвигался на юг беспрепятственно и никем не преследовался.

Джон-Том держал румпель, позволяя Маджу сидеть в носу рядом с принцессой Пивверой. Выдры свесили лапы за борт – они были так коротки, что не доставали до воды.

– Я бы с удовольствием послушала и другие рассказы о твоих чудесных приключениях.

– Приключения, говоришь? – Мадж тайком втягивал ее пряный запах, постоянно ощущаемый даже в богатой ароматами дельте. – Ну, чего-чего, а таковского добра на нашу с этим чокнутым человеком долю с лихвой досталось. Даже сказать не возьмусь, скока раз я был вынужден спасать его лысые окорока, из скольких переделок он выкарабкался, буквально держась за кончики моих усов. Да ежели б не я…

– Но разве он не чаропевец? – с любопытством перебила она.

– Ну, конечно, шеф изучил пару-тройку простеньких трюков, пользуется ими время от времени, но када дело принимало серьезный оборот, выручали нас тока добрые старые проворство и наглость. – Мадж понизил голос до интимного шепотка. – Вишь ли, Джонни-Том – малый смышленый, но все ж не семи пядей во лбу. Не извилинами работает, а скорее инстинктом. Но ему я про это не говорю – смысла особого не вижу комплексовать парня. Он ведь слегка чувствительный, ты небось и сама заметила.

– Заметила, – призналась она.

– Ты пойми меня правильно, – перешел на скороговорку Мадж. – Я к этому наивному чмырьку самые теплые чувства питаю. С ним не соскучишься, и костерок он вполне прилично разводит. Маленько нескладный тока. Да ты небось знаешь этих людишек.

– Бедняге повезло, что у него такой друг.

– Да, че есть, то есть. Ты б тока поглядела, как он плавать пытается! Тыщу раз мне приходилось его вылавливать из спокойных речушек или даже ручейков и давить на широкую безволосую грудь, пока вода не выжмется из легких, как воздух из клепаных мехов. Но чего можно ждать от существа, которое трепыхается, как рыба на песке, и называет это плаваньем.

Принцесса наклонилась, зажала один из его усов между большим и указательным пальцами и подергала.

– Это не его вина. Просто наше племя гораздо ловчее от природы.

– Верно! Мы…

Выдр оборвал фразу, сообразив наконец, чем она занимается.

– Я хочу все о тебе знать, – прошептала Пиввера ему в ухо. – Хочу узнать тебя от и до. А сейчас… – Взгляд живых карих глаз буравил его зрачки. – Расскажи о местах, где ты побывал, о чудесах, которые повидал, и о твоих захватывающих приключениях.

Маджу оставалось только мысленно выругаться – нос суденышка давал не больше уединения, чем центральная площадь Линчбени. У него дрожали усы. Он наклонился к принцессе.

– И о семье, – хрипло добавила она, блеснув острыми зубками. – О семье своей расскажи.

Мадж чуть напрягся.

– Семья как семья. Как и у любого другого.

– Да брось, зачем так скромничать? У меня есть братья и сестры – они, несомненно, свои в доску. Ну а кроме них никого. Мужа еще не было. Конечно, когда я выйду замуж, моим избранником будет подходящий выдр благородной крови.

– Ну, понятное дело. – Мадж озирал посеребренные луной водные и камышовые просторы. – Эх, встретил бы я тебя лет двадцать назад, все равно б у нас ниче не получилось. Всяким я бывал и всяким бываю, да вот тока благородная кровь, язви ее, в число моих качеств не входит.

Ее ресницы потревожили влажный воздух.

– Благородная кровь нужна для замужества, отважный Мадж. Бродяги – для практики. И все-таки расскажи о своей семье.

– Знаешь, че такое лотерейный барабан?

Она порылась в памяти.

– Вращающийся пустотелый шар, заполненный маленькими пронумерованными шариками. Каждый раз, когда такой шарик выпадает через отверстие в большом шаре, произносится его номер. Владельцы номеров или серий номеров выигрывают деньги. Во всяком случае, так это выглядит в моей стране.

Выдр кивнул:

– Вот в точности так я и чувствую себя, дорогая принцесса.

– Как игрок?

Она очаровательно нахмурилась.

– Ну, вот еще! Как один из этих паршивых шариков. Жду, када выпадет мой номер.

– Прости. Я не хотела тебя расстраивать.

– А, черт! Ты меня расстраиваешь всякий раз, када оказываешься перед моими клепаными глазами!

– Ну ладно. – Пиввера сильными пальцами помассировала его шею. – Изо всех сил постараюсь тебя не нервировать, пока мы беседуем.

– Эх, детка, ежели такое у тебя намерение, то ни фига не выйдет.

Нет, не останавливайся. Пусть уж мое тело будет в таком же расстройстве, как и мозги.

И он вдосталь попотчевал ее воспоминаниями о своих путешествиях с чаропевцем Джон-Томом…

Глава 12

Вскоре они оказались в главном канале и поплыли к югу с нарастающей скоростью, да еще и в приятной обстановке. Лишь изредка солдатам приходилось налегать на весла или рубить плавучие водоросли и тростники, что скапливались перед носом или цеплялись за руль. О похитителе Манзае никто уже давно не вспоминал. Для принцесс основной причиной жалоб оставалась их радикально измененная (если не сказать – испорченная) внешность; вопреки надеждам Джон-Тома, она не проявляла ни малейшего желания вернуться на круги своя.

Ранним утром (даже слишком ранним, решил Джон-Том, оторвав голову от сооруженной им из плаща подушки) Пауко исторг нечленораздельный вопль, за которым в тот же миг последовал предостерегающий крик:

– Подъем! К оружию! Сюда что-то движется!

– Чтой-то движется? – заспанный Мадж неохотно зашевелился на банке.