Барб Хенди - Мятежный дух

— Это что еще такое? — осведомилась Магьер. Кроны деревьев, казалось, ожили — это крохотные зверушки так резво прыгали в них, что гибкие ветки и листья дрожали, словно тоже смеялись.

— Удача, — пояснил Оша по-белашкийски, с таким сильным певучим акцентом, что слово едва можно было распознать. И, поманив к себе пальцем Винн, показал ей наверх и принялся что-то растолковывать по-эльфийски.

У зверушек, которые кувыркались и прыгали в листве, были длинные лапы и хвосты, куда длиннее, чем их тощие мохнатые тельца. Круглые головы с плоскими носами, широкими ртами и круглыми ушками до смешного напоминали человеческие. С головы до пят они были покрыты рыжим мехом, только мордочки и животы светло-бежевые и такого же цвета кисточки на длинных изогнутых хвостах. Удивительнее всего, что на лапах, и передних, и задних, были длинные гибкие пальцы.

— Фрасизы! — расплылась в улыбке Винн. — Оша говорит, что в них живут игривые лесные духи и что они приносят удачу тем, за кем последуют. Похоже, это разновидность обезьян.

— Разновидность чего? — переспросил Лисил, который никогда и не слышал о таких животных.

Винн начала было объяснять, но потом просто покачала головой и продолжила любоваться мохнатыми проказниками. Один фрасиз ухватился задними лапами за ветку, повис вниз головой и принялся так неистово раскачиваться, что Лисила замутило.

— А по-моему, они не очень похожи на вестников удачи, — заметила Магьер. — Скорее уж на ташгалей, которые насосались ворованного пива.

Леанальхам прикрыла рот ладонью, чтобы спрятать улыбку.

— Они не воришки, просто игривые жители наших лесов.

Фрасизы не стали к ним приближаться. Они все раскачивались на ветках и громко стрекотали в листве. И вдруг, так же внезапно, как и появились, упорхнули, перепрыгивая с дерева на дерево, и вскоре исчезли в лесу.

Винн что-то выпалила по-эльфийски, да так быстро, что Оша выглядел потрясенным до глубины души.

Встреча с дурашливыми зверьками, как видно, развеяла настороженную застенчивость Леанальхам. Она бросилась в лес, стараясь не отставать от фрасизов и на бегу показывая на них пальцем. Винн последовала ее примеру, правда, в мешковатой одежде у нее не получалось бежать так же грациозно. Мгновение — и обе девушки совершенно скрылись за деревьями.

Магьер шагнула было за ними:

— Эй, вы, вернитесь немедля!

Откуда-то из зарослей кустарника донесся крик Леанальхам:

— Сгэйльшеллеахэ!

Лисил вслед за Магьер бросился на крик. И только на бегу вспомнил, что они безоружны. Он бежал, и сундук, подпрыгивая, молотил его по спине. Магьер отшвырнула свой мешок, стараясь не отставать от него.

Сгэйль уже обогнал их шагов на пять. Эльф бежал среди деревьев, проламываясь сквозь густой подлесок, окружавший дубы и кедры.

Уркар, бежавший далеко слева, обогнал их всех. Оша нагнал Лисила в тот самый миг, когда они вылетели на край прогалины, кое-где поросшей желтой длиннолистой травой.

Посреди прогалины замерли на коленях Винн и Леанальхам, а перед ними стояли двое обнаженных по пояс эльфов… если только это были эльфы.

Ростом они были ниже, чем даже Винн. Их лица и торсы были покрыты загадочными знаками, нарисованными то ли иссиня-черной краской, то ли чернилами.

У них, как у эльфов, были треугольные лица, заостренные уши и янтарные глаза, но, в отличие от эльфов, они не носили ни рубах, ни сапог — лишь широкие штаны из грубой ткани с бахромой ниже коленей. Копья их — деревянные, с обожженными острыми наконечниками — были направлены на девушек. У одного на шее была гирлянда из плюща. Он в ужасе уставился на Винн, а когда поднял взгляд на Магьер, ворвавшуюся на прогалину, ужас сменился возмущением.

Сгэйль застыл на краю прогалины и поспешно вскинул руку, веля своим спутникам остановиться. Магьер не подчинилась, и тогда он схватил ее за руку. Женщина развернулась к нему, но он покачал головой.

— Прошу тебя, стой, — прошептал за спиной у Лисила Оша.

И из-за деревьев вокруг прогалины появились другие эльфы-пигмеи.

Некоторые держали луки, уже изготовленные для стрельбы. Стрелы, как и копья, не имели металлических наконечников — лишь заостренные и обожженные кончики. Три пигмея сжимали в руках дубинки, сделанные, судя по всему, из древесных узловатых корней. Почти у всех пигмеев нечесаные волосы были забраны назад или стянуты сплетенными из травы шнурками.

Из кустов на краю прогалины выскочил Малец.

Пара низкорослых пришельцев отскочила с его пути. Еще один вскарабкался по стволу дерева и повис, ухватившись за нижние ветки. Рычание пса пигмеев, судя по всему, не испугало, только озадачило.

Малец, все так же рыча и скаля зубы, пробился к Винн.

Уркар вышел вперед, опустив руки и повернув ладони наружу. Он медленно пересек прогалину и встал перед Леанальхам и Винн. Первый дикарь отступил на шаг, второй опустил копье.

Сгэйль что-то рявкнул по-эльфийски, и Малец перестал рычать.

Один из пигмеев, стоявших перед Уркаром, что-то резко ему сказал — почти выкрикнул, и Винн съежилась, прижавшись к Леанальхам. Та была напугана не меньше, чем юная Хранительница, однако устремила на Сгэйля смятенный взгляд, словно не понимая, что происходит.

— Сгэйль… — хрипло прошептал Лисил, — сделай уже что-нибудь, чтоб тебе пусто было!

Сгэйль даже не отвел глаз от сцены, которая разыгрывалась на прогалине. Он только быстро прижал палец к губам — и все.

Разочарование Лисила тут же сменилось удивлением — Сгэйль боялся.

Сгэйль оказался в ответе за слишком многих, у него было дело, которое надлежит исполнить, — и вот Винн едва все не погубила. Он не мог допустить смертоубийства, но заговорить не решался.

Хоть командовать этой миссией поручили Сгэйлю, самым старшим в его отряде был, само собой, Уркарасиферин. А почтенный возраст — единственное, что могло склонить к уважению это племя — изначальных обитателей здешней земли. Сгэйль предоставил действовать Уркарасиферину.

И обнаружил, что Малец смотрит в его сторону.

В сознании Сгэйля вдруг всплыло воспоминание об Энниш, одержимой скорбью и ненавистью. Он не знал, почему вспомнил об этом именно сейчас, а потому отогнал непрошеное видение.

Одного из двух низкорослых дикарей, стоявших перед Уркарасиферином, звали Руйх. Сгэйль уже видел его прежде — Руйх был послом к Ан'Кроан от его племени — аруиннасов. Они жили в этих краях с незапамятных времен, еще до прихода эльфов, — так, во всяком случае, гласили предания.

Руйх бросил в лицо Уркарасиферину обвинение:

— Вы нарушили клятву деревьям!