Олеся Осинская - Мир в прорези маски

Почувствовав спиной еще один взгляд, я обернулась, ожидая увидеть осуждение и в глазах Ленси. К моему удивлению, он улыбался.

— Вы прямо спасли мне жизнь, — очень тихо произнес он. — В этом году охота столь неудачна, что я умер бы со скуки, доведись мне провести здесь еще неделю. Мое почтение.

С этими словами Арадер чуть поклонился и, развернувшись, ушел, по-видимому не имея никакого желания навещать графа. Я удивленно смотрела ему вслед. Это значило, что болезнь хозяина — хороший повод, чтобы извиниться и уехать? Или же это прозвучало как «спасибо, что не отложили задание еще на неделю»? Интуиция подсказывала, что верно последнее утверждение.

Утром я заскочила проведать пострадавшего, предварительно пообещав доктору не переутомлять больного. Пожелала графу скорейшего выздоровления, посетовала на невозможность задержаться подольше и пообещала как-нибудь заехать в гости.

Мы с Линой подождали, пока все наши чемоданы будут уложены обратно. Я попрощалась с сестрой и гостями его сиятельства и поспешила покинуть этот гостеприимный дом.

Едва сев в карету и выехав за ворота поместья, я достала почмаг и отправила Сорби короткое сообщение:

«Все.

Ответ пришел почти сразу. На фирменной золотистой карточке красовались изящные ровные буквы:

«Деньги переведены на Ваш счет. Спасибо за сотрудничество.

«P. S. Не желаете вместе поужинать?»

Я задумалась. Если бы можно было снова пригласить нашего милого профессора Джека поздно ночью на студенческую кухню есть суп и болтать о жизни, я бы это сделала с огромным удовольствием. А сидеть в дорогом ресторане с надменным, самоуверенным герцогом и вежливо выкать весь вечер, поддерживая светский разговор, не хотелось совершенно. Поэтому я улыбнулась и спрятала карточку, решив просто проигнорировать приглашение.

ГЛАВА 6

Стоял погожий осенний денек. Я, закутавшись в пушистый свитер, сидела на подоконнике у открытого окна и читала интереснейший роман, совмещая приятное со свежим воздухом. На полезное, то есть домашнее задание, не тянуло совершенно. Наконец я перевернула последнюю страницу, отложила книгу в сторону и довольно потянулась. Возвращаясь мыслями к прочитанному, задалась вопросом: а есть ли у меня поклонники? Не обязательно для любви… скорее как отражение статуса. Во всех романах за главной героиней ходили толпы воздыхателей. И неважно, величайшей ли души человек или та еще язва. Мол, что это за барышня — и популярная, и с друзьями, и вообще умница-красавица, а без поклонников?

В один из дней, прибежав в последний момент к началу лекции, я обнаружила, что профессор Фальк задерживается. Зато в коридоре на подоконнике сидел сияющий от всеобщего внимания Ладас, окруженный толпой наших однокурсников, и с упоением, размахивая руками, что-то рассказывал.

Оказалось, наш сказочник повествует о великом, могучем и неотразимом Джокере, грозе злодеев! Что-то в его рассказах являлось правдой, что-то художественно приукрасили, а что-то и вовсе было выдумкой. Однако надо отдать должное Ладасу, привлечь внимание публики он умел. Я и сама не заметила, как застыла с раскрытым ртом, внимательно слушая.

Изображала статую я недолго — до того момента, как рассказчик перешел к очередному делу Джокера: спасению аданийской принцессы! Ну и не было там ни схваток на мечах, ни головокружительных погонь, да и принцессы-красотки не было — просто маленькая перепуганная девочка, дочь аданийского аристократа. А что задело больше всего — Джокера там тоже не было! Уж свое первое дело я кое-как запомнила. Похищенную спасали мы с Киром. Я держалась до момента, когда Джокер ворвался в публичный дом, вышибая ногой двери и доставая меч, и с порога крича: «Я разнесу это гнездо разврата и преступности!» В этом месте я не выдержала и рассмеялась. Ладас сразу умолк и укоризненно зыркнул на меня.

— Да я просто представила, как в тихую романтичную гостиную с кучей полуголых девиц вдруг с воплями врывается какой-то мужик, еще и выхватывая на ходу меч. — И снова расхохоталась. — Слышала я про это дело. Ты еще скажи, что он на аданийской принцессе потом женился!

— Не женился, — обиженно промычал рассказчик. — Хотя и подумывал об этом. Девушка так точно была не против!

— Еще бы! В десять девчачьих лет такой герой на белом коне появляется — еще бы не влюбиться! — Я снова развеселилась, от смеха утирая слезы. — Вот только что будет взрослый мужчина делать с такой соплюхой? Разве что еще лет десять подождать. Пока вырастет.

По сторонам раздались смешки. Затем женский голос мечтательно добавил:

— Ну и пусть это сказки. Приятно иногда повздыхать по такому вот мужчине. А парням и пример взять не мешало бы.

— Наверное, — неуверенно произнесла я. — Хотя в лицо его все равно никто не видел — может, и вздыхать особо нечего. А как пример для подражания… поскольку я девушка, то и подражать надо женщине! Подожду, пока какая-нибудь госпожа-Тень появится.

Толпа рассеянно загалдела.

— Так всю жизнь ждать будешь, — с насмешкой выкрикнул какой-то юный женоненавистник.

— Вы абсолютно неправы, молодой человек. — В поле зрения появился еще один участник — Джек Сорби. — Известных женщин-Теней в истории побольше, чем мужчин. Из недавних взять хотя бы Рыжую Берту.

Студенты загалдели — про Рыжую Берту наверняка все слышали.

— Да она небось уже лет сто как померла…

Конечно, для двадцатилетних ребят события, происходившие столетие назад, — это история, канувшая в Лету.

— Напротив, жива и процветает, — продолжил профессор. — Более того, не советую представлять себе эдакую древнюю старушку, на вид ей и тридцати пяти сейчас не дашь.

— А вы ее знаете? — удивленно произнес робкий девчачий голос.

Группка слушателей на мгновение замерла.

— Знаю. Но кто она сейчас и чем занимается, естественно, не скажу. И еще, — Сорби сделал паузу и с улыбкой обвел студентов взглядом, — у нее есть воспитанница Гейша — наша новая восходящая звезда. Думаю, скоро вы про нее услышите. Уверен, она переплюнет и Джокера. И кстати, я совершенно точно знаю, что в спасении аданийской девочки участвовал не Джокер, а именно Гейша. Вот так.

Джек усмехнулся, а слушатели замолчали, переваривая информацию. Затем до меня донеслись легкие шепотки. Студенты мигом бросили старого кумира и принялись обсуждать Гейшу. А Сорби тем временем закончил:

— А сейчас прошу всех занять свои места в аудитории. Профессор Фальк снова неважно себя чувствует, я его сегодня заменяю.