Александра Лисина - Время перемен. Лабиринт Безумия

— Когда? — снова спросила она.

— Когда тебя ранил зверг, помнишь? В твой первый рейд, когда мы отделились от остальных, и я принес тебя сюда на руках. Он порвал тебе бок… и спину. Нужно было быстро перевязать, пока ты не истекла кровью, и мне пришлось вмешаться: время было слишком дорого. Кто ж знал, что рисунок изменится и перестанет быть таким, как раньше? Кто же знал, что время уже пришло? Прости. Я… я не смог удержаться.

Белка опустила плечи и неверяще уставилась на своего друга и учителя.

— Господи…

— Да, — невесело улыбнулся он. — Глупо получилось, правда?

— Сколько ты видел? — неслышно прошелестела Белка, качаясь все сильнее и едва не схватившись за голову от страшной мысли.

— Я уже сказал тебе. Тогда и даже сегодня.

— Значит, две?

— Две. Только поэтому я еще жив.

— И ты столько времени молчал?! Сар’ра!

— Если бы я сказал, разве тебе было бы легче?

— А тебе?!!

— Мне уже все равно, — еще тише отозвался полуэльф и, будто не выдержав напряжения, слегка качнулся навстречу. — Я уже проиграл все, что мог. И больше не хочу ждать.

Он жадно вдохнул аромат эльфийского меда, пробивающийся даже сквозь воцарившуюся гнетущую тишину, шумно выдохнул и сделал еще один шаг. Боже… как она пахла! Как потрясающе пахла этой ночью! Хотелось взять ее за руку и просто стоять рядом, наслаждаясь ее близостью, глубоко вдыхать этот божественный нектар и просто ждать, когда все успокоится.

У него ярко вспыхнули глаза, но за прикрытыми веками никто не увидел. Возбужденно затрепетали ноздри, а по лицу разлилось выражение удивительного покоя и даже умиротворения, словно он нашел, наконец, то, что так долго искал. Пришел к пониманию. К покою. К видению своего пути. Вот он, его путь — неподвижно стоит напротив. Так близко! Только руку протянуть! Белка даже не думает противиться, она просто ждет, тоже надеется, почти сдалась. Ведь и она не железная, она тоже умеет чувствовать, страдать и… любить?

Таррэн незаметно поджал губы.

Вот, выходит, как? Вот кто тот единственный, кто сумел тронуть ее сердце? Полукровка, который вытащил ее и Траш с Тропы двадцать лет назад. Чудом выживший и возмужавший полуэльф, странным образом прижившийся в Пределах и по праву носящий гордое звание Вожака непримиримых Гончих. Ее друг. Ее давний учитель. Тот, кому она была обязана всем. Тот, кто уже очень давно испытывает к ней далеко не дружеские чувства… небо! Никогда не думал, что можно ТАК смотреть и одним взглядом высказать то, что не всегда можно выразить словами. А Сар’ра вот смог, потому что была в его глазах и страстная надежда, и неистовое желание, и мольба, и терпеливое ожидание. Была тщательно укрываемая боль и даже странная тоска, причины которой Темный эльф пока не нашел. Но ему не нужно было видеть лицо Белки, чтобы понимать в этот момент, что и она не осталась равнодушной. Скорее, едва сдерживалась, чтобы не бросится на шею, обнять и прижаться так крепко, как хотелось. Наверное, надо было броситься, расплакаться от счастья и невыразимого облегчения… но она отчего-то не стала. И все еще медлила, хотя Таррэн видел, каких огромных трудов ей это стоило. Видел ее сжатые кулаки, прикушенную до крови губу, видел тонкую алую струйку на маленьком подбородке и неожиданно почувствовал жгучую ненависть к настойчивому недоумку, из-за которого ей было сейчас так больно.

— Почему ты меня не дождался? — шепнула она.

— Это было бы печальное зрелище, — сделал еще один шаг Сар’ра.

— Для чего ушел один?

— Так было нужно.

— Почему открылся только сейчас? Почему молчал?!

— Это лишь мой выбор, малыш.

— Сар’ра…

— Все хорошо, — нежно улыбнулся он, стоя уже на расстоянии вытянутой руки. — Все действительно хорошо. Так надо. Я так решил, и тебе не нужно себя винить. Это только мой выбор, моя кара за любопытство, я принял ее и нес столько, сколько смог. Я был рад, что могу просто быть рядом, а теперь вот вернулся, чтобы сказать все, как есть, потому что я… знаешь…

Белка чуть вздрогнула, когда холодные пальцы бережно коснулись ее щеки и тихонько погладили. Он был так осторожен, что едва дотронулся, но она все равно не смогла сдержать нервной дрожи, а затем медленно, все еще неуверенно качнулась навстречу.

Гончие стыдливо отвели глаза. Элиар досадливо сморщился, а Танарис и вовсе отвернулся, продолжая следить за развернувшейся драмой только краешком глаза. Так, из любопытства. Старый Воевода понимающе и как-то невесело улыбнулся, а они никого не замечали. Стояли друг напротив друга, медленно сближались и все еще никак не могли соприкоснуться.

— Как твое имя, Отшельник? — неслышно прошептала Белка слова старой эльфийской притчи, которую они так любили когда-то напевать. Здесь же, под сенью старого ясеня, когда луна только-только всходила на небо и красиво высвечивала вырезанную на нем руну.

— Сар’ра, малыш, и больше никто, — он наклонился и взял ее лицо обеими руками, обняв, как нежный и трепетный цветок.

— Где ты живешь?

— Там же, где ты.

— Где твое сердце?

— Оно рядом с твоим.

— Где душа твоя, Сар’ра? — беззвучно выдохнула она, уже ощущая на губах легкое дыхание склонившегося полуэльфа.

— Ушла за тобой.

— А твой меч?

«Он всегда у твоих ног», — печально закончил Таррэн знакомую песню и опустил глаза, чтобы не видеть остального. Все было ясно и без этого. Не нужны слова, не нужны больше признания: он и так сказал больше, чем мог.

Сар’ра снова улыбнулся, дразняще обнажив крепкие белые зубы, и вдруг покачал головой.

— Меч? Я оставил его тебе.

На мгновение на поляне рухнула тишина.

— Жаль, — странным голосом прошептала Белка и печально улыбнулась. Ее правая ступня зачем-то зарылась в густую траву, что-то нащупала, но глаза по-прежнему не отрывались от его непонимающего лица. Даже тогда, когда стопы незаметно подцепили что-то длинное, спрятанное до поры до времени под рыхлым слоем почвы, и с силой подбросили вверх, разделяя Гончую и стремительно отпрянувшего альбиноса блестящей полосой холодного металла. — Мне жаль, но ты ошибся… Отшельник.

Все остальное случилось так быстро, что никто не успел не то, что вмешаться, а даже моргнуть как следует: в темноте коротко блеснула отточенная сталь, сверкнула серебристой молнией, очертила плавную дугу и легонько чиркнула забывшегося Вожака по горлу. Белка в тот же момент отскочила назад, сжимая в руке длинный эльфийский меч совершенно дивной работы, а Сар’ра, странно захрипев, опасно пошатнулся. В тот же миг его голова оторвалась от тела, потому что стремительный удар мгновенно и без всяких преград пересек ему шею, с отвратительным гулким стуком упала, откатилась на несколько шагов и неверяще замерла, таращась в темноту неподвижными алыми глазами. А лишенное опоры туловище, мгновение поколебавшись, мягко и безвольно завалилось на бок.