Свет vs Тьма. Избранная - Ольга Иванова

— Эй, ну кусать-то меня зачем? Больно, между прочим… — сонно пробормотал Никита, поворачиваясь набок и сгребая меня в охапку.

Я тихо засмеялась и уткнулась носом ему в шею.

— Хочешь снова меня покусать, как тогда? — не открывая глаз, продолжил Никита.

Я в удивлении приподнялась и вкрадчиво уточнила:

— Что значит «как тогда»?

— Забудь, — как-то быстро ответил он и потянул меня к себе, заставляя лечь обратно к нему на плечо.

— Нет уж, говори! — потребовала я, выскальзывая из его объятий и принимая сидячее положение. — Когда это я тебя «кусала»?..

— На приеме у вампиров, — после некоторой паузы нехотя отозвался Никита, — вернее, после него…

— Подробней, — я угрожающе прищурилась. Воспоминание о том вечере зашевелились во мне как клубок змей.

— Помнишь тот напиток, который тебе дал Горянов? — Никита принялся демонстративно рассматривать потолок. — Ты еще тогда охмелела от него и почувствовала себя неважно… А я отвел тебя в комнату и уложил спать…

— Ну… Ты же знаешь, что я не очень помню тот вечер…

— Так вот, — Никита снова сделал паузу. — Между тем как я «отвел тебя в комнату» и «уложил спать» было еще кое-что… В общем, ты приставала ко мне.

— Я? — только и смогла выдохнуть я.

— Ну да, — Никита наконец посмотрел на меня, и взгляд его было ужасно хитрющим. — Раздевать меня начала и всякое такое…

— Раздевать?.. Всякое такое?.. — продолжала лепетать я.

— Да. А потом поцеловала. В губы, — добил своим откровением Никита, после чего все-таки изловчился и схватил меня за талию, повалив обратно на кровать. — Так что наш первый поцелуй состоялся немного раньше, чем ты думаешь. И инициатором его была ты…

— Я тебя сама поцеловала? — я не могла никак поверить в услышанное. — Но как?

— Вот так, — он наклонился надо мной и запечатлел у меня на губах дразнящий поцелуй. — Вот именно так все и было…

— Так значит… — до меня наконец стала доходить абсурдность той ситуации. — Помада на твоей рубашке… И след на шее… Все это сделала я?.. Господи, — тут я не выдержала и облегченно рассмеялась. — А я-то думала… Ты с какой-то вампиршей…

— Я? С вампиршей? — вид у Никиты стал растерянным и одновременно оскорбленным.

— Забудь, — повторила я его же слова, сказанные ранее, и теперь сама потянулась ему навстречу, чтобы поцеловать.

Но насладиться поцелуем нам не дали: в дверь постучали, а после раздался мелодичный голос моей горничной.

— Госпожа Анна, вы уже встали?..

Я вопросительно посмотрела на Никиту.

— Иди открой, — усмехнулся он. — А то мало ли что подумают… Время-то уже позднее для подъема…

Я тяжко вздохнула, с обреченным видом сползла с кровати и направилась двери. Оказалось, служанка спешила пригласить меня на завтрак, а заодно предложить свою услугу в облачении нарядов. Я поблагодарила ее за беспокойство, отказалась от помощи, заверив, что прекрасно справлюсь сама, и пообещала вскорости появиться в столовой.

Когда же я вернулась в комнату, то ни Никиты, ни его одежды там не обнаружила. «Сбежал», — понимающе хмыкнула я и пошла одеваться.

Очень хотелось принять душ, но пока меня снабдили только тазиком с водой (которая, кстати, всегда была теплая), наверное, для умывания. Интересно, когда я смогу воспользоваться обещанной купальней?.. Надо поинтересоваться об этом у кого-нибудь из слуг.

Мечтая о банных процедурах, я умыла лицо, затем кое-как обтерла тело смоченным в воде полотенцем. Выбрала платье: нежно-розовое, с множеством складок спереди и красивыми фалдами сзади. Пока я сооружала прическу, вернулся Никита, на этот раз через дверь и полностью одетый.

— Решил не портить себе репутацию? — поддела его я, напоминая о побеге.

— Почему только себе? — улыбнулся он. — Ты у нас тоже персона важная… Зачем тебе ненужные слухи?..

— То есть, мы не афишируем наши отношения? — приподняла одну бровь я.

— Пока да, — кивнул Никита, став неожиданно серьезным. — Поверь, так будет лучше. И в первую очередь для тебя.

— Ладно, — я равнодушно пожала плечами, старясь не показать, что эти слова все-таки задели меня.

А что, если Никита просто не хочет, чтобы кто-то знал о нас с ним?.. Будет скрывать нашу связь от других, как и свое прошлое от меня?.. Ведь я до сих пор ничего о нем не знаю. Когда же я начинаю задавать наводящие вопросы, он тут же уходит от разговора.

«Я могу рассказать о Никите Берникове много интересного», — всплыли у меня в памяти слова Алины. Неужели, у него действительно есть какая-то тайна, которую он не хочет открывать даже мне? Либо я не столь для него значима, что бы делиться своими секретами…

Я с трудом подавила расстроенный вздох. Надо было все-таки дать Алине высказаться… Хотя, где гарантия, что ее слова оказались бы правдой?.. А еще это неприятное открытие, что она — та самая возлюбленная Данилы. Зачем ей понадобился мой друг? Меня мучил этот вопрос со вчерашнего вечера, и я несколько раз порывалась обсудить его с Никитой, но мне постоянно что-то мешало. Теперь же мне расхотелось это делать. Раз у Никиты есть от меня секреты, значит, и я не буду изливать ему душу до конца. Разберусь с этим вопросом как-нибудь сама, вот только вернусь домой… Кстати, можно поинтересоваться об этом у Власова. Точно, так и сделаю. Надеюсь, Светлый адъютор мне не соврет. На то он и Светлый, верно же?..

После завтрака Арон предложил нам прогуляться по окрестностям.

— Как раз сегодня на главной площади у нас устраивается ярмарка. На нее собирается фейри-народы со всех уголков Ирландии, Англии и Шотландии, — сказал Арон, когда мы вышли за ворота замка и стали спускаться по той самой дороге, которая привела нас сюда вчера.

— Фейри-народы? — переспросила я, решив, что ослышалась.

— Именно, — с неизменным спокойствием ответил лорд О’Ши и только потом соизволил объяснить: — Дело в том, что народ фейри — это не только Благой и Неблагой Двор. Тех фейри, с которыми вы были знакомы до сих пор, и кем является ваш покорный слуга, называют «благородными» или «героическими» фейри.