Вне времени - Роберт Энтони Сальваторе

Как и Закнафейн. Это показалось оружейнику весьма забавным, и он рассмеялся.

Но Дзирт смеяться не стал и бросился в атаку — без прыжка, на ногах — и неожиданно и жестоко пустил свои сабли в дело, принявшись попеременно рубить и колоть, затем сменив очерёдность, а затем в третий раз переменив последовательность ударов, чтобы создать некий ритм.

Закнафейн легко поймал этот ритм, подставляя клинки, наклонив тело так, чтобы подготовиться к контратаке, которая должна была захватить ему инициативу в дальнейшем поединке. Наконец, ему показалось что момент настал, и он обратился к врождённой магии дроу, призывая сферу мрака, затем движением наискосок отвёл укол сабли противника. И вместо того, чтобы поднять второй клинок, преграждая путь рубящему удару, он метнулся вниз и вперёд, сделав выпад в надежде извлечь первую кровь — Закнафейну показалось, что его сын слишком нетерпелив и слишком разгневан, и скоро всё будет кончено.

Поэтому он очень удивился, когда клинок Дзирта, тот самый, что только что провёл укол, обрушился под подходящим углом, чтобы надёжно отвести выпад оружейника далеко в сторону, и тогда уже Закнафейн был вынужден отступить, подавшись влево и подняв левый меч над головой, чтобы перехватить вертикальный удар другой сабли Дзирта.

Под тяжестью этого удара Закнафейну пришлось откатиться в сторону, но он сделал это грациозно, не ударившись о сломанный стол и вскочив на одно колено сразу же за границей шара темноты.

И тогда тёмная сфера пропала, открывая изумлённого Дзирта, хотя Закнафейн удивился не меньше.

- Да как вы смеете! - воскликнула Кэтти-Бри у стены, за спиной Закнафейна. - Вы оба! Это мой дом!

Дзирт выпрямился и опустил клинки.

Закнафейн прыгнул на него.

Взметнулась сабля, отражая укол, и Дзирт опустился, припав на корточки так низко, что его зад коснулся земли. Второй меч Закнафейна пронёсся у него над головой.

Дзирт развернулся, выбрасывая ногу, через которую Закнафейн перескочил.

- Ха! - крикнул он в прыжке, снова уверенный, что победа будет за ним.

Но когда нога Дзирта прошла под ним, следопыт развернул своё вращение и угол удара вверх, чего Закнафейн не заметил или не счёл нужным беспокоиться.

Потому что Закнафейн не знал, какую силу мог вложить Дзирт в такой короткий удар, удар, в ходе которого его нога проходила расстояние не более ширины тонкого запястья дроу. Но сила столкновения была таковой, что оружейник отлетел назад и споткнулся, приземлившись. У него на колене остался синяк, оно болело.

Он попытался не нагружать ногу — у него просто времени не было! — ведь Дзирт уже оказался рядом, прямо перед ним, вынуждая отступать под градом ударов.

Закнафейн зарычал от боли, встречая каждый удар сына, вращая мечами горизонтально, один за другим, в защитном приёме, предназначенном, чтобы сдержать противника, вынуждая Дзирта встретить вертящиеся клинки или открыться для контратаки.

Клинки Дзирта всегда оказывались на месте, сабля встречала меч, снова и снова, в долгой звенящей встрече умело направляемого добротного металла.

Закнафейн встал ровнее, боль в колене прошла, и он попытался переломить ход боя и разорвать контакт, чтобы броситься в атаку самому и вынудить Дзирта обороняться.

И наконец он увидел брешь. Его крутящийся меч захватил саблю Дзирта и каким-то образом вырвал её из рук сына-противника, неожиданно закрутив клинок при ударе.

Закнафейн смахнул саблю в сторону и бросился в наступление, рассчитывая на победу.

Вот только Дзирта там не было.

Закнафейн почувствовал саблю, плашмя прижатую к его шее сбоку, прямо под ухом. Сын стоял сзади.

Он даже не заметил движения Дзирта, призрачного шага, исполненного лучше и красивее всего, что оружейник когда-либо видел или даже представлял. В эту долю мгновения, когда он сосредоточился на вырванной из рук сабле, Дзирт каким-то непостижимым образом зашёл ему за спину!

Он беспомощно хмыкнул и опустил мечи, потом вздрогнул, когда остриё Дзирта резануло его по уху.

- Слабее? - спросил Дзирт полным сарказма голосом. Вторая сабля Дзирта рухнула на пол рядом с Закнафейном, и его сын вышел из комнаты.

Закнафейн медленно повернулся к Кэтти-Бри, которая стояла у дальней стены, скрестив руки и нахмурившись.

- Добрая госпожа, - сказал он, с усмешкой пожимая плечами. - Мне жаль, что вам пришлось увидеть...

- Просто извлеки из этого урок, - холодно сказала она. - Вам обоим стоит извлечь.

- Вызови Джарлакса, - попросил Закнафейн. - Я уйду.

- Нет, - без промедления ответила она, что немного удивило Закнафейна. - Нет, это слишком просто и слишком трусливо.

- Трусливо? - он попытался не вкладывать слишком много злости в свои слова — в конце концов, они с сыном только что уничтожили столовую этой женщины.

- Дзирт сказал бы тебе уходить, как тебе самому наверняка хочется, - объяснила Кэтти-Бри. - Но это ничего не решит, и оставит имеющиеся у вас обоих вопросы без ответа.

- Уж лучше так.

- Уйти, не получив ответ, потому что вы оба его боитесь? - резко сказала Кэтти-Бри. - Трусость.

- Всё это для меня так странно, - сказал Закнафейн.

- Я знаю.

- Не знаю, смогу ли...

- Я тоже, - оборвала его Кэтти-Бри. - Может быть, вместо того, чтобы искать ответы... - она обвела взглядом комнату, - так агрессивно, вам обоим стоит сесть и позволить контексту этих ответов окружить вас, чтобы сами ответы приобрели смысл, и не осталось никаких сомнений.

- Это нелегко.

- Нет, - сказала Кэтти-Бри. - Для труса, который прячется за своими мечами — нелегко.

С этими словами она покинула комнату.

Закнафейна это не разозлило, но согласиться с женщиной он не мог. То, что его сын якшается с дварфами, и даже с эльфами, было для него не просто непривычно. Для Закнафейна это было оскорбительно. Как бы ни пытался он этого отрицать, его чувства никуда не девались.

Мысль о том, что его сын, его великолепный сын-дроу, женился на человеческой женщине и смешал своё семя с человеческой кровью...

Разве сможет он смотреть на внука или внучку, не испытывая жалости?

ГЛАВА 10

Цепочка слухов

- Они по-прежнему в Особняке Плюща в Длинном Седле, - сказал Донноле Джарлакс.

- А реакция Дзирта?

Наёмник пожал плечами.

- Думаю, со временем он будет очень рад.

Доннола обдумала этот двусмысленный ответ, прежде чем заметить:

- Приятно, когда побеждают хорошие люди.

Двое затихли, когда мимо промчалась троица полуросликов, смеясь и болтая. Похоже, троица направлялись к