Афет Сариев - Очи за око

Рать достигла бурой скалы, нависшей над поворотом дороги. Было солнце в зените, когда усталые марш броском армия разбила лагерь прямо перед городскими воротами Тертера, раскидав шатры вокруг собранных по центру телег.

Сергей, Виктор и Кирилл пошли в сторону каменных стен, на которых уже давно не было пушек. Барокон запретил в Кирадиале производить порох, а запасы уничтожили еще в первый день. Теперь на стенах были только стражники, как и на воротах. При их приближении стражник ворот отсалютовал алебардой и с почтением отодвинулся. Они вошли в город, полный народу. Не задерживаясь, направились прямо ко дворцу, как увидели Барокона, с распростертыми объятиями бегущего к ним на встречу.

— Как я рад вас видеть, друзья мои! — закричал он еще за квартал. — Как здорово, что пришли! Ну, наконец-то, — кинулся обниматься Барокон.

— Да успокойся, Боря. — Сергей был в своем амплуа. Уже окрестил и его. — Что здесь произошло?

— Расскажу, расскажу. Давайте сначала устроитесь в харчевне.

Они, похлопывая юношу по плечу, отправились к харчевне на площади. Юноша за это короткое время заметно возмужал. По крайней мере уже не было в глазах того озорного блеска, как раньше. И лицо осунулось, несмотря на то, что жизнь, вроде, должна была стать благополучнее.

По пути Виктор рассказал ему о смерти Греза в прошлой кампании. Это его сильно расстроило.

— Я его знал с детства. Хорошим был человеком. Вы достойно его проводили?

— Да, как героя. — Сергей невольно себя винил в его смерти. Теперь тоже потупил взгляд, играя желваками на широких скулах. — Вместе с погибшими тогда воинами возложили на погребальный костер его бедовую голову.

Сели в зале за крайний стол, заказали вина и, как хозяин удалился, Сергей вновь спросил:

— Так что тут происходит нехорошего, Борис?

— Теперь меня так зовут? — улыбнулся парнишка.

— Да, — безапелляционно заверил Сергей. — И, вот, познакомься: Кирилл.

— Очень приятно. А меня, Борис.

Приятно было расслабленно немного пошутить, но дело было делом. Поэтому Борис стал снова серьезным и начал рассказывать события последней недели.

Оказывается, в город вернулся тот самый этрадский жрец огня. Потерпев полное фиаско в Сельдуре, он сбежал оттуда. Все свои беды тамошний правитель косвенно видел в появлении у них этого жреца, и собирался казнить его. Но местные этрады помогли сбежать в Кирадиал. Теперь он тут собрал группу и мутит народ против них.

— Я по своей инициативе собрал тут своих собственных тайных осведомителей из простого люда. Несколько дней назад они сообщили, что готовится покушение на меня.

— Не может быть такого, — не поверил Виктор. — Все в городе знают, чем такое для них может обернуться.

— Ты прав, — подтвердил Борис. — Местный на такое не решится, будь он хоть закоренелым убийцей. Но это может сделать пришлый убийца. Ему-то что? Уйдет за стены. А ты тут хоть всех тут перебей. Даже лучше. Остальные города больше возненавидят оккупантов.

— Ясно, — немного подумав, сказал Виктор. — Твои осведомители знают, где искать жреца?

— Конечно, знают. За что же я им золотом плачу?

— Значит, ночью наведаемся к нему в гости. А пока послушай, чем тут будет заниматься Кирилл в наше отсутствие.

Он детально рассказал ему задумку с политической партией.

— Будешь помогать ему всем, чем можешь. Особо, следи за его безопасностью.

— Сделаю всё, как вы хотите. Приставлю ему в охрану моих воинов, — пообещал Борис.

— Вот и хорошо. Тогда допиваем вино и до ночи немного поспим. Наша комната, надеюсь, пока за нами числится.

Они договорились, когда ждать провожатого, распрощались с Борисом, затем поднялись в свою комнату на втором этаже, отдыхать до наступления темноты.

Тихий стук в дверь первым разбудил Сергея. Он вскочил, потряс Виктора и направился к дверям. За ней стоял смуглолицый парень. Заговорил на языке руров:

— Я пришел проводить вас. Вы готовы?

— Да, да, — буркнул сонным голосом Виктор. — Сейчас выйдем.

Кирилл собирался тоже встать, но Виктор не позволил:

— Тебе там делать нечего. Ты отдыхаешь дальше.

Вдвоем вышли в коридор, спустились по лесенке. Провожатый ждал их в зале.

Отправились за ним по темным боковым улицам вглубь города. Не встретив никого, дошли до крепостных стен, и вдоль нее провожатый повел их в сторону дальних одноэтажных построений квартала бедняков. Когда-то в таком же доме жил и Борис со своими родителями и сестренкой.

Возле одной щербатой двери тот остановился, кивнул на нее и поспешно скрылся за углом.

Друзья встали пред дверью, за которой схоронился неугомонный мерзавец жрец. Теперь нужно было решить, что с ним делать. Устраивать общественный суд, потом казнить или просто войти и элементарно шлепнуть?

В укрытой тьмой улочке, освещаемой только отраженным светом светильников из редких раскрытых ставень, Виктор шепотом спорил с Сергеем.

— Зайдем, пристрелим и уйдем, — настаивал он. Но Сергей требовал ареста и справедливого суда над провокатором.

— Пусть все видят, что мы соблюдаем закон, — аргументировал он свою позицию.

— Мы потеряем только время. Все равно я его в живых не оставлю, какое бы решение суд ни принял. А так, завтра же смогли бы продолжить поход.

— Это будет банальное убийство, Витек. Его сообщники будут продолжать успешно им начатое. Если арестуем, суд их выявит, и тоже будут наказаны. Так надо действовать по нашим же законам.

— Хочешь, прямо сейчас он выдаст всех сообщников? Потом по ним пройдемся отдельно.

— Что это у тебя за разбойничьи манеры? — возмутился Сергей. Даже не удержался и вышел за пределы шепота. — Действовать будем в рамках закона. — С этими словами он слегка подался назад, нанес плечом нехилый тычок по двери. Преграду с громким треском вырвало из жидких петель и плашмя шлепнуло во внутрь.

Влетели во мрак комнатушки и сразу наткнулись на лежанку, на котором уже не спал, а трясся хозяин дома. Виктор чиркнул спичкой, чтобы убедиться, что не ошибаются с арестом. Огонек осветил знакомую физиономию. Не ошиблись, значит.

Без предъявления ордера на арест, да и вообще без лишних слов, вытащили вибрирующее тело из постели и поволокли через раскуроченную дверь на улицу.

С обеих сторон засветились окна домов, появились в них любопытные, удивленные, испуганные, сонные лица.

Не обращая на такие помехи внимания, Сергей и Виктор потащили за руки жреца в ночнушке через город к воротам, возле которых стояла местная тюрьма.

По дороге жрец снова вошел в свое привычное состояние при угрозах: горько с ревом зарыдал. Но уже знакомые с этой выходкой его конвоиры не отреагировали, а еще быстрее поволокли арестанта.