Виталий Либер - Дневники Города Дождей

АЛИСИЯ: И тут он остановился. Смотрит на руки и неожиданно выдыхает, словно ему в грудь дали. И запомнила еще, что у него глаза так округлились. Даже не от страха, а от боли. А зрачки такие узкие-узкие. Что прямо страшно на Генри смотреть стало. Я подошла к нему, а он от меня так отдернулся... Мне тогда непонятно стало, да и страшно самой, что же такого происходит.

ГЕНРИ: И тут у меня из груди клинок выходит. Вы представляете! Я смотрю на руки - и со скрипом меня клинок протыкает! Прямо в грудь... и чувствую, что легкие задеты. И воздух выходит через дырку, а кровь пузырится. И боль, просто ужасная, исчерпывающая боль! Пытаюсь обернуться, а там Алисия. Инстинктивно отдернулся от нее. Хотя ведь понял, что она не могла меня так вот продырявить. Но... Ничего... Думал, сейчас умру. Закрыл глаза и повалился на землю.

АЛИСИЯ: Я подбегаю к Генри, и пытаюсь поднять его. Он садится на землю и трогает грудь. И молчит. Самое страшное, что молчит. Оглядывается и ничего не говорит. Мне тогда так не по себе стало. Словно я привидение увидела. Беспокоиться начала. Что же происходит такого. Еще живы были в памяти насекомые-диваны в здании, что в старом секторе, которые нас душили, пока мы спали. Но тут же другое... Мы не спали!

ГЕНРИ: И тут я рассмеялся. Не знаю, чего мне так смешно стало. Мне страшно было, жутко страшно. После своего смеха я сказал Алисии, что мне просто плохо стало. А сейчас уже все хорошо. Подумал что, наверное, пройдет это все. Какая-то духовная ловушка или что-то типа того. Думал, что все обойдется. Поднимемся наверх, устроим бойню и все в этом же духе. Но я ошибался.

АЛИСИЯ: Еще после пяти минут утомительного подъема случилось то, чего ни я, ни Генри никак не ожидали. Да, я тогда и не поняла, что произошло. Просто послушалась. Отчего-то сделала все как нужно. А нужно ли было, так и не знала. Просто делала, что Генри попросил. Вы бы видели его, он бледнел и краснел там! И глаза у него дергались, словно его пытают. Так и было...

ГЕНРИ: Мне показалось, что Алисия что-то сказала. Я посмотрел на нее и даже пошатнулся в страхе. Дикий страх был. Если бы меня так изуродовали, то я бы не так переживал. А тут Алисия... Посмотрел на это и так стало обидно, что ничего не смог сделать. Не хочу даже об этом говорить. Но нужно, такой уговор с Алисией. Что каждый пишет то, что от него требуется.

Так вот. Я обернулся, а она стоит с длинной такой глубокой полосой на шее. Словно ее вот-вот перерезали. У меня комок в горле встал размером с кулак. Я стою как вкопанный, а она руки поднимает и на меня идет. И хрипит так. Ужасно хрипит. А изо рта кровь идет. Она его открывает, и кровь прямо льет. Ужас. Мое сердце так и сжалось. Схватил Алисию и заплакал. А чего заплакал? Сам не знаю, словно от безысходности. Наверное, так и было. Вообще, редко плачу. А тут стою и рыдаю. И чувствую, как кровь ко мне прилипает. И судорожно думаю, что же я такое сделал. Как я мог недосмотреть, такое допустить.

АЛИСИЯ: И тут я спрашиваю Генри: "С тобой что? Все в порядке? Может нам остановиться?". А он отходит и на меня глядит. Тут обнимал и рыдал. А теперь в слезах стоит и смотрит. И на лице такая смесь удивления и радости. Сразу подумала, что-то нехорошее происходит.

ГЕНРИ: И тут голос из ниоткуда: "Как тебе? Понравилось? Мне показалось, что да".

- Кто ты?!

- Кто Я?

- Да, кто ты?

- Твой Страх.

- Не нужно меня пугать. Покажись и назови свое имя!

- Я уже тебя напугал, наглец.

- Покажись!

Напротив меня, метрах в трех, показался парень. Секунду назад его там еще не было. Возраста примерно моего. Такой странный. У нас такую одежду не носят. Может из пустынь. Кто знает. Необычная одежда. Я сразу понял, что это непростой враг. Но тогда и не понять было. Сразу.

- Генри, а с кем ты разговариваешь? - спросила Алисия.

- Ты не видишь его?

- Конечно, она меня не видит. Ведь только ты по-настоящему боишься. Ведь так?

- Нет. Ты ошибаешься!

- Да? Разве? А что это с твоей подружкой?

Я посмотрел на Алисию. И мне еще хуже прежнего стало. Этот гад, который назвался "Твой Страх", он вычудил новую страшную картину. Алисию проткнуло несколькими стрелами, она упала на землю. Я зажмурился, надеясь, что это окажется иллюзией, как в прошлый раз.

- Тебе все еще не страшно?

Я открыл глаза, Алисия смотрела на меня так, словно ничего и не произошло:

- Так с кем ты разговариваешь, Генри? Ты мне скажешь?

Я без раздумий обнял Алисию и наклонился к уху. Начал шептать: "Я не знаю, что тут происходит, но, поверь мне, тебе стоит сейчас бежать наверх. Беги что есть силы, поняла?!".

- Что вы там шепчетесь, голубочки? - посмеиваясь, спросил Твой Страх.

АЛИСИЯ: Я сначала подумала, что он просто от меня избавиться хочет. Знаете, напугался предстоящей битвой и решил меня одну отправить. Но потом подумала, что ведь такого не может быть. Зачем Генри было до этого рисковать своей жизнью? И тут он закричал. И я все поняла.

- Поверь мне, Алисия! Просто беги!

У него столько боли в глаза было, что я просто доверилась. Что-то мне подсказывало, что я все делаю правильно. И побежала наверх.

ГЕНРИ: Твой Страх проводил Алисию взглядом.

- Да, жаль. Было бы интересней расправиться с тобой, а потом с ней. Она же там наверху так и останется. Эх. отняли игрушку. Радуюсь, что ты у меня остался. Ты ведь не уйдешь?

Я посмотрел на нож, торчащий из моего сердца. Поморщился и сказал, что я остаюсь. Было жутко больно. Как по-настоящему. А главное, я ведь ничего. Совсем ничего сделать не мог!

АЛИСИЯ: Все бежала наверх. Бежала и бежала. Уже устала считать, сколько именно. А долгожданная цель все не приближалась. Кажется, она даже отдалялась. А вот усталость исчезла. Видимо, это все из-за странного поведения Генри. Сердце еще томилось. Как он там? А? Ну, как же он там? Страшно и подумать, что же произошло такого, что ему потребовалось меня отправить наверх одну. Как-то грустно немножко было... словно драгоценное что-то за своей спиной оставляешь... Понимаешь, Отец?

ГЕНРИ: Когда очередное видение исчезло, я поднялся с земли. Попытался догнать Твой Страх. Но ничего не вышло. Он исчезал в одном месте, а потом появлялся в другом. Понимаете? Его невозможно было поймать. Он издевался надо мной. Он не мог поразить меня физическим оружием. Поэтому издевался. Только я хотел расслабиться, как он протыкал мне руки. Или в меня неизвестно откуда врезались несколько стрел. В который раз они потыкали меня насквозь и вылетали наружу. Это очень больно. Очень больно. Думал, что сойду там с ума. Такой это гад был! Как я не старался, никак не мог и приблизится к нему, чтобы поймать. Он был словно тень. Куда бы я ни шел - он следовал за мной. А я не мог ему причинить вреда. И еще жутко больно было. Жутко. И время так медленно тянулось.