Раймонд Фейст - Ученик

— Да? А как насчет одного солдата-ученика, хорошо здесь известного, которого видели тайно пробирающимся в кладовую с одной кухонной девчонкой? — Он отклонился назад, изобразив на лице беспокойство, — Я даже думать боюсь, что с ним будет, когда Неала об этом узнает.

У Томаса отвисла челюсть.

— Ты не сделаешь этого! Ты не можешь!

Роланд лежал на спине, держась за бока.

— Я никогда не видел, чтобы кто-нибудь так точно походил на только что выброшенную на берег рыбину! — он сел, сдвинул глаза к носу и стал быстро открывать и закрывать рот. Все трое снова впали в безостановочный смех.

Кружки были вновь наполнены, и Роланд поднял свою:

— Тост, джентльмены!

Паг с Томасом тоже подняли кружки. Голос Роланда стал серьезным:

— Какие бы разногласия ни были у нас в прошлом, вас двоих я с радостью считаю своими друзьями, — он поднял кружку повыше:

— За дружбу!

Троица осушила кружки и снова наполнила их.

— Положите сюда руки — сказал Роланд.

Трое мальчишек соединили руки.

— Где бы мы ни были, и сколько бы времени ни прошло, да будут всегда у нас друзья.

Пага заинтриговала внезапная торжественность тоста, и он сказал:

— Друзья!

Томас повторил, и трое пожали друг другу руки. Кружки снова были осушены, и послеполуденное солнце быстро скрылось за горизонтом. Трое мальчишек быстро провели время в радужном свете компании и эля.

Паг проснулся слабый и обескураженный. Тусклое мерцание почти потухшего очага делало освещение комнаты розово-черным. Раздалось еле слышное, но настойчивое постукивание в дверь. Он медленно встал, но потом чуть не упал, все еще пьяный. Он оставался с Томасом и Роландом на складе весь вечер и часть ночи, и пропустил ужин. Они "оставили за собой заметный след" в замковых запасах эля, как выразился Роланд. Они выпили не очень большое количество, но так как их вместимость тоже была невелика, это было героическим предприятием.

Паг натянул штаны и покачиваясь подошел к двери. Под веками, казалось, набился песок, а во рту было сухо как в пустыне. Удивляясь, кому это понадобилось войти к нему среди ночи, он распахнул дверь.

Мимо него прошло нечто туманное. Он повернулся и увидел Карлайн, стоящую посреди комнаты, завернувшись в тяжелый плащ.

— Закрой дверь! — прошипела она. — Кто-нибудь может, проходя мимо башни, увидеть на лестнице свет.

Паг подчинился, все еще сбитый с толку. Единственной мыслью, проникшей в его оцепеневшее сознание было то, что тусклое мерцание вряд ли сильно осветит лестницу. Он покачал головой, собираясь с мыслями, и подошел к очагу. Он поджег щепку, вытащенную из углей, и зажег ей светильник. Комната резко наполнилась ярким светом.

Мысли Пага немного начали приходить в порядок. Карлайн оглядела комнату, внимательно осмотрев беспорядочную груду книг и свитков, лежащую рядом с койкой. Она заглянула в каждый уголок комнаты и спросила:

— Где этот дракон, которого ты здесь держишь?

Зрение Пага немного прояснилось и с трудом совладев с упрямым и неуклюжим языком, он выговорил:

— Фантус? Он куда-то улетел по своим дрейковским делам.

— Хорошо, — сказала она, снимая плащ. — Он пугает меня, — она села на незастеленную койку и сурово на посмотрела на Пага. — Я хочу поговорить с тобой.

Паг уставился на нее, и его глаза расширились, потому что на ней было лишь легкая ночная сорочка. Она, хоть и закрывала тело от шею до лодыжек, была тонкой и точно обрисовывала ее фигуру. Паг вдруг понял, что на нем самом только штаны и быстро схватил тунику с пола, где он ее бросил, и натянул через голову. Пока он боролся с рубашкой, последние капельки спиртовых паров улетучились.

— Боги! — болезненно прошептал он. — Если твой отец узнает об этом, он мне голову оторвет.

— Нет, если у тебя хватит ума говорить потише, — ответила она, раздраженно взглянув на него.

Паг подошел к стулу, стоящему около койки. Он теперь шел прямо, ужас отрезвил его. Она заметила его помятый вид:

— Ты пил, — сказала она с осуждением в голосе.

Когда он не опроверг это, она добавила:

— Когда вы с Роландом не явились на ужин, я удивилась, куда это вы делись. Хорошо, что отец сегодня тоже пропустил застолье с придворными, иначе, он послал бы кого-нибудь искать вас.

Беспокойство Пага постепенно перерастало в тревогу с каждой всплывшей в памяти историей о том, какая ужасная судьба ожидает низкорожденных любовников знатных дам. Он не думал, что герцог найдет хоть сколько-нибудь смягчающими те тонкости, что Карлайн была незваным гостем и что ничего предосудительного не случилось. Сглотнув образовавшийся в горле комок, Паг произнес:

— Карлайн, тебе нельзя здесь оставаться. Ты навлечешь на нас обоих такую беду, что я даже не могу себе представить.

— Я не уйду пока не скажу тебе то, для чего пришла, — решительно сказала она.

Паг знал, что спорить бесполезно. Этот взгляд он раньше видел много раз.

— Ну, ладно. В чем дело?

Глаза Карлайн расширились в ответ на его тон.

— Так, если ты будешь таким, я тебе ничего не скажу!

Паг подавил стон и, закрыв глаза, выпрямился на стуле.

— Хорошо. Прости. Что ты хочешь, чтоб я сделал?

Она похлопала по койке рядом с собой.

— Подойди и сядь сюда.

Он подчинился, пытаясь не обращать внимания на то, что его участь — внезапный конец короткой жизни — решает капризная девчонка. Он скорее упал, чем сел рядом с ней. Услышав его стон, она хихикнула.

— Ты напился! Каково это?

— В данный момент — ужасно непривлекательно. Я чувствую себя как кухонная тряпка, которой только что помыли пол и выжали.

Она попыталась изобразить сочувствие, но в глазах горела искорка веселья. Театрально надув губы, она сказала:

— У вас, мальчишек, столько интересных занятий, таких как меч или стрельба из лука. Так тяжело быть настоящей леди. Отца бы хватил удар, если бы я за ужином выпила больше одной чаши разбавленного вина.

— Это нельзя сравнить с ударом, который хватит его, если тебя найдут здесь, — сказал Паг с отчаянием в голосе. Карлайн, зачем ты пришла?

Она пропустила вопрос мимо ушей.

— Что вы с Роландом делали сегодня днем, дрались?

Он кивнул.

— Из-за меня? — в глазах ее мелькнул огонек.

Паг вздохнул.

— Да, из-за тебя, — она, казалось, была довольна этим, и Пага это рассердило. В голосе его появилось раздражение, — Карлайн, ты довольно плохо с ним обращаешься.

— Он бесхарактерный дурак! — она откинулась назад. — Если бы я попросила его спрыгнуть со стены, он бы сделал это.