Константин Протасов - Человек Вспоминающий

Снова подумал об утолианке. Не как о запавшей ему в сердце редкой красавице, а как о несчастной жене, в одночасье потерявшей любимого мужа и лишившейся желаемого будущего… А вдруг она беременна?!

Прелестницам — этим нелюдям! — невдомек, что они не только лишают жизни здоровых мужчин. Жены теряют мужей, дети — отцов, родители — сыновей. В каждой деревне, где оборотни промышляют дикими, не поддающимися разумному объяснению убийствами, не просто становится меньше жителей после их налета — дворы заполняются множеством личных трагедий тех, кто остался в живых…

Они все, как на подбор, хороши собой, развратны, владеют гипнозом, играют на мужских инстинктах своих жертв, могут заставить поедаемого заживо человека не чувствовать боль. А потом, плотно перекусив и в очередной раз выместив свою обиду за попранную когда-то женскую честь, оставляют жертву с обглоданным лицом или другими частями тела остывать на месте совокупления…

Как мерзко!

Принц в очередной раз прокрутил события той ужасной ночи в Лансе. По отрывкам воспоминаний попытался воссоздать как можно более точный портрет типичной прелестницы. Прикидывал ее силу и возможности в поединке, скорость, манеру атаки, необычные способности. Представил себе остроту ее клыков и когтей.

Да, он слишком мало знал об оборотнях для того, чтобы придумать универсальное средство, как их побеждать. Но все же продолжал снова и снова прокручивать в голове эпизод его короткой схватки с одной из прелестниц. Раз уж он победил, значит, это возможно. И Рурт готовился к тому, что если он хочет выполнить волю Вспоминающих, призвавших его как свою надежду, если хочет добраться в их обитель живым, то ему еще придется побеждать. Тем же способом, как в Лансе, или другим — неважно, но придется!

Он был уверен, что встреча с прелестницами близка.

Наверняка следопыты, оставшиеся в отряде, теперь будут начеку, не позволят себе повторить оплошность своих погибших товарищей, не вступят в контакт с оборотнями и уж тем более не станут с ними играть в любовные игры. Они будут биться, защищая свою миссию и надежду. Будут сражаться отважно и мощно, как Воины Света. Но и он — Рурт — будет рядом. Плечом к плечу с Набрусом, Манусом, Торстусом, Маскерусом, Стамусом и Арумусом. Поэтому к лютой схватке, в которой, возможно, решится все, нужно быть максимально готовым.

Какие у него козыри?

Его ловкость и резкость — то, что помогло победить ту, одну из них. Что еще?

Помнится, в комнате, когда его посетила королева прелестниц, она испугалась его оберега. Трудно оценить: хорошо или плохо Рурту оттого, что камень сейчас у него. С одной стороны, избавиться от него на время схватки — и можно будет применить способности Вспоминающего. С другой стороны, он сам не знает своих способностей и не умеет ими нормально владеть. Отсутствие обруча позволило ему победить того ужасного дракона в Каимском лесу, но кто знает, что выкинет его Вспоминание в следующий раз. Рурт помнил былые мучения у себя дома, в спальне, когда ужасная боль раздирала голову, страшные и непонятные видения сводили его с ума. Если такое случится, то прелестницам можно будет подходить и кушать его готовеньким. А он в это время будет поглощен борьбой не с оборотнями-врагами, а с самим собой.

Нет, такой вариант однозначно отпадает! Пусть лучше камень будет с ним. Тем более, раз уж королева испугалась талисмана, значит, возможно, он еще сослужит хорошую службу.

— Я не надолго… — тихо раздалось в коридоре, — несите караул, скоро рассвет…

Это был голос Набруса. Через открытую дверь спальни определялись почти неслышные шаги…

Следопыт удалялся… Скрипнула входная дверь — сегодня они ночевали в большом, но одноэтажном доме.

Рурт встал, с мечом в руках подошел к двери, выглянул. Оба дежуривших нумуса одновременно обернулись, крепче сжав рукояти приставленных к полу клинков.

— Не спишь? — Старшим в отсутствие предводителя остался Арумус, рядом был его брат Маскерус.

— Все в порядке? — прошептал принц, кивая в сторону выхода.

— Он ненадолго, — ответил так же шепотом следопыт.

Рурт подошел к караулу, присел на освободившееся место.

— Ложись, завтра тяжелый день, — тут же отреагировал Арумус.

— Знаю. Все дни тяжелые, — туанец потянулся, — так что, из-за этого посидеть вместе с двумя отважными братьями нельзя?

— Отдыхать нужно.

— Ты, Арумус, такой заботливый, прямо как моя мама. — Принц улыбнулся. — Вот брат твой молчит, ему все равно.

— Мне не все равно, — нашелся караульный. — Поэтому прошу тебя, Руртус, идти в свою постель.

— Шучу я, Маскерус. Знаю, что не все равно.

— Так пойдешь?

— Нет уж, ребята. Я понимаю, что порядок превыше всего, но по тому же порядку в карауле должно быть три человека. Я посижу. А как Набрус вернется, уйду спать, — отрезал принц.

В парадной зашумели.

Из коридора караульные видели часть помещения. В поле их зрения отворилась дверь. Это была спальня хозяев. Оттуда вышла заспанная Нена — женщина в возрасте, но еще не старуха. Она медленными шагами приблизилась к ним, зевая, прошипела:

— Не спите?

— Не спится, — ответил Арумус тихо, показывая, что не хочет разбудить товарищей, отдыхающих рядом в комнате с открытой дверью.

— Странная молодежь. — Нена говорила так же тихо. — А оружие-то какое! Зачем? Ну ладно, не спрашиваю. Так вот, ваша-то знакомая тоже не спит. Что она только делает там? Среди ночи-то, на улице. С вами же только одна девица была вроде… Она на месте?

— О чем вы, Нена? — спросил Арумус и тут же тихо продолжил: — Вы не спите? — поводил ладонью перед ее глазами.

— Какой там: поспишь с вами… — недовольно махнула рукой хозяйка.

У Рурта тревожно стукнуло в груди: «Вот и они!» Все же он хотел, чтобы женщина спала и слова ее оказались бредом. Второй Роры быть не могло!

— Стучится мне в оконце и говорит, мол, позови гостя своего любого, стало быть, кого-то из вас, молодые люди, — продолжала Нена.

Все трое уже были на ногах.

Манус, Торстус и Стамус тоже появились в коридоре с оружием наготове. Рурт вернулся в спальню, усадил Нену на кровать, толкнул утолианку в плечо. Не дожидаясь ее реакции, шагнул вон из комнаты и закрыл дверь. «Окна здесь нет, да и женщин они не трогают», — мелькнула мысль.

Где-то скрипнуло.

— Набрус! Где он?! — шепотом спросил Манус у караульных.

— Он вышел во двор… недавно, — ответил Арумус.

Шагов за скрипом не последовало. Принц осторожно продвигался по коридору к парадной. Арумус тронул его за плечо, останавливая.