Юморист - Еще один мальчик

Странно, что если с людьми Бобби разговаривал теперь неохотно и односложно, то в одиночестве, в тишине запертой лаборатории, язык его развязывался, и разговаривал он долго и охотно.

Размышлять вслух — очень приятное занятие. В конце концов, если не с кем поговорить, можно поговорить и с самим собой. Во всяком случае — с умным человеком…

— Вот интересная вещь крестраж, — размышлял Бобби вслух однажды, промывая в лаборатории груды пробирок.

— Хорошо быть крестражем. Кожа у тебя будет толще, чем у слона. Никакой дубиной не проймешь. Никаким заклятьем не поразишь — даже Авада отскочит… Хоть семь раз подряд.

Крестраж, в принципе, — гарантированный путь к бессмертию. Хочешь быть бессмертным — или сам штампуй крестражи, или стань крестражем кого‑то другого.

Странно, почему никому не приходило в голову сделать крестражем человека? Это же ничуть не хуже крестража–предмета. Вот Темный лорд сделал крестражем животное — и то он один экспериментировал. Никто больше до животных не додумался.

А может, с Лордом всё впереди, он и до человека когда‑нибудь доберется.

Человек–крестраж — это любопытное явление.

Полное бессмертие и неуязвимость.

Правда, в голове будет торчать чужой ум, а в теле — чужая душа, но придется потесниться. Некоторый дискомфорт — как плата за услугу.

и почему же дискомфорт? Один ум — хорошо, а два — лучше, — философски продолжил Бобби.

— Теоретически, тебе передадутся все возможности и таланты оригинала, только умей пользоваться. Вот Темный Лорд знает змеиный язык, и его крестражи владеют парселтангом.

— И связь душ — ты всегда будешь на связи с Лордом, знать, где он и что делает… Если он не закроется окклюменцией, конечно. Но здорово — иметь постоянный доступ к мыслям нашего милого Лорда… Все его планы перед тобой — как на ладони. Прелесть.

И вообще ты будешь неуязвим перед ним — ведь он это ты. Все его заклятия от тебя отскочат в него обратно. Или вообще не подействуют. Если он ставил какое‑то заклятие на всех, кроме себя, тебя оно пропустит. Ты сможешь, как он, пройти в Тайную комнату, может, тебя даже признает василиск… Особенно если ты поговоришь с ним по–змеиному… А может и нет, василиск признает только одного хозяина.

Вот милорд проклял должность профессора ЗОТИ, и никто не мог удержаться на этой должности больше года. Только сам Лорд смог бы. И профессор Поттер, он же у нас Избранный…

На парселтанге говорит, семь Авад отразил, в мысли Темного лорда проникает… Только победить его никак не может…

Чудо природы…

И тут Бобби ахнул и резко замолчал.

В алхимической лаборатории тоже произошло чудо: впервые в своей безупречной карьере Бобби Грейнджер выронил поднос с пробирками.

Рядом кипел оставленный без внимания котел, на полу блестели осколки стекла, но Бобби было плевать.

Он сел посреди осколков, схватился за голову и зашептал:

— Нет, этого же не может быть… О Мерлин…

Он только что нашел Седьмой крестраж Темного лорда.

Вторая разведка Бобби

— Добрый день, господин министр. Простите, что оторвал Вас от дел.

— Добрый сегодня день или нет, мистер Грейнджер, это мы сейчас проверим… Да, Вы оторвали меня от дел, молодой человек, но Вы написали такую записку, что любого подбросило бы на месте.

— Еще раз простите, господин министр, — повторил Бобби.

Они стояли на окраине Хогсмида, в безлюдном месте у кромки Запретного леса.

— Вы написали, чтобы я бросил все дела и срочно явился в указанное Вами место, аппарировал через полстраны, и вот, я явился. Вы первый школьник в моей карьере, которому удается дергать министра, как марионетку!

— Простите, — в третий раз повторил Бобби.

— Нам нужно уединенное место для разговора, на улице мы беседовать не будем. Вы такое знаете?

— Вас устроит Визжащая хижина?

— Вы бы еще сарай для лодок предложили!.. Хорошо, сойдет. Идемте!

… Запечатав двери и наложив на стены заклятия Глухоты, министр сел в скрипучее ветхое кресло и потер виски.

— У меня мало времени. Что значат эти ваши намеки на седьмой крестраж?

— Чем больше я думаю, тем больше убеждаюсь, что это правда, а не намеки, господин министр, — сказал Бобби.

— Я прочел Вашу краткую аргументацию, мои люди уже работают над этим. Вы умеете удивлять, юноша: я впервые слышу о столь необычном крестраже.

— Я попытался найти что‑нибудь в библиотеке Хогвартса, но Вы же знаете, вся литература о крестражах была изъята из фондов библиотеки много лет назад, — сказал Бобби. — Я связался с библиотекой Дурмстранга, они прислали кое‑что… Я перерыл всё, но не нашел ни слова о работе с крестражем–человеком.

— Мои люди работают над этим, а возможностей у них больше, чем у Вас, — сказа министр.

— Я бы тоже хотел поработать. Вы дадите мне допуск к материалам, которые изучают ваши люди?

Министр задохнулся.

— Юноша, не переходите границы! Конечно, не дам. Вы желаете допуск к секретным фондам отдела Тайн? К конфискату аврората? Знаете, я и своим‑то не всем доверяю эти сведения!

— Как хотите, господин министр, — коротко сказал Бобби.

— Я подозреваю, что Вы рассказали мне далеко не всё. Имя человека–крестража Вам известно?

— Вы тоже рассказали мне далеко не всё, господин министр.

— Юноша, я министр магии, и я сам решаю, какие и кому раскрывать тайны! А вот Ваш долг — рассказать всё, что Вам известно. Дело идет о государственной значимости! Ваши сведения могут решить исход войны и судьбу страны, так что я советую Вам очень подумать, прежде чем отпираться!

— Вы пытаетесь меня запугать, господин министр? — невинно спросил Бобби.

Министр тяжело вздохнул.

— Если я найду человека, способного запугать Вас, Роберт, я поставлю ему памятник. Тем не менее, начистоту: у вас есть догадки относительно личности того человека?

— Господин министр, начистоту: Вам известны способы извлечения души Лорда из этого крестража, безопасные для оболочки носителя? — спросил Бобби.

— Пока нет, но мои люди работают над этим.

— Я тоже работаю над этим. И как только я, либо Ваши люди, придем к результату, я открою Вам имя человека. Я даже обещаю, что открою его Вам первому, — сказал Бобби и улыбнулся.

— Роберт, Вы обязаны мне подчиняться. Я приказываю Вам как министр, — рявкнул Кингсли.

— Дайте мне допуск к фондам Ваших библиотек, и я подумаю.

— Вы еще смеете торговаться! Настоящий слизеринец!

— Слизеринец, и горжусь этим.

Министр вздохнул и попробовал с другой стороны:

— Возможно, этому человеку нужна защита. А если Пожиратели смерти доберутся до него первыми? Роберт, Вы должны открыть мне имя, чтобы я убедился, что этого человека охраняют должным образом.