Богдан Дорошин - Магия во зло

Мельком я глянул на Карен. Интересно кто позарился на сие сокровище? И общался ли он с оным лично?

В конечном итоге Палема потеснила дочь и взяла меня под руку. Мило беседуя, мы медленно брели по залу. Генрих воспользовался случаем и свалил, пока его жена не видит. Карен послушно, как собачонка, плелась следом.

— Ты даже не представляешь, сколько сил ушло на организацию этого банкета, — Памела, уже перешедшая на «ты» по праву старшего возраста, свободной рукой обвела зал. Потом вздохнула и молвила: — Но для Генриха это очень важно.

— Да. Я заметил — он человек серьезный.

— Не то слово…

Новый виток нашего разговора коснулся Генриха, который за спиной уже не маячил. Очень кстати, ведь именно он ключевая фигура нашей операции. Оказывается десять лет назад Генрих — был одним из самых влиятельных членов Гильдии. Он возглавлял жутко престижный отдел научных разработок. Но время, неудачи и неблагосклонность сделали свое черное дело. В конечном итоге одного из самых блестящих колдунов сместили на должность главы отдела Артефактов и магических предметов.

— Я тебе по секрету скажу, — Элидеганс-старшая разошлась не на шутку, решив вылить на меня историю всех неудач своей семьи. — На тех складах почти ничего ценного и не хранится. Один хлам! Самое гиблое место для магов. Хотя, — Палема на мгновенье задумалась, что-то вспоминая, — иногда инциденты встречаются…

А потом нас перехватили. Выглянув из-за плеча мамы Карен, я увидел Жанну и Эскель. Как и ожидалось, мой наряд выступил изначально маскировкой, но на долго его не хватит. Черт, а я было подумал, что мне начало везти!

— Мам, — произнесла Жанна, ведя за руку Эскель. — Я тебя хочу представить кое-кого. Это моя хорошая подруга…

Потом она заметила меня, и слова застряли у нее в горле. Она наверное не так бы взъярилась, если бы я вылил на нее ведро помоев, но вид злопамятного психопата шествующего под ручку с ее матерью вывел Элидеганс окончательно.

— Ты!! — гневно зашипела она, словно кобра перед прыжком. — Снова ты!!

Эскель пыталась сделать лицо не таким удивленным, но ничего у нее не получалось. Последним временем я часто преподношу ей сюрпризы. Пусть думает, что я вездесущий. Может уважать больше станет.

— Жанна! Где твои манеры? — воскликнула ее мать, а потом заинтересовано спросила: — Вы знакомы?

— Да.

— И вы…

— Нет! — громко возмутилась Элидеганс, правильно поняв вопрос; ближайшие гости обратили на нее внимание. — Мама!

— В наше время все возможно, — Памела пожала плечами. — Как я только что рассказывала мистеру Тоду — этот мир страшно непостоянен. Да, именно так. Вот раньше…

Она пустилась в длительный монолог и никто не посмел ее перебить. Я воспользовался передышкой, чтобы изучить наряды девушек. Как ни странно, но лучшее платье было у Эскель: черное облегающее, подчеркивающее стройное тело. Я подумал, что неплохо бы, если эту ткань напялила бы на себя Жанна, у нее формы получше будут.

И та и другая девушки не отрывали разъяренных взоров от моей фигуры. Я не рискнул играть на их нервах.

— Ах, простите, — Элидеганс-старшая опомнилась. — Ты же не представила мне свою подругу…

Я воспользовался мимолетной паузой, чтобы быстро произнесли:

— Мэм, мне было очень приятно ваше общество, но я вынужден отчалить. Карен меня заждалась.

Лицо Жанны еще больше искривилось. На нем словно бы кто-то написал жирным шрифтом: «с моей сестрой?!». Да уж, наверное, я ей все настроение испортил. Но что поделать, такая жизнь.

Подхватив под руку свой балласт, я быстрым шагом начал отступление. Ни Жанна, ни Эскель не имели возможности пуститься за мной в погоню. Матушку Памелу огорчать нельзя.

Бежал я именно от Эскель. В ее взгляде я прочитал нечто такое, что дало мне понять простую истину. Сегодня мне не поздоровиться, блондинистая стерва попытается заставить меня пахать за троих. И по этому поводу нужно срочно что-то предпринять…

От Карен мне удалось избавиться по счастливому стечению обстоятельств. Ее заметил какой-то дальний родственник (такой же чокнутый с виду) и остановил на беседу. Я останавливаться не стал и затерялся в хаосе из фраков, парадных мантий и плащей.

Облокотившись о барную стойку, я наблюдал как слуга-бармен разливает напитки всем, кому не нравиться разносимое на подносах шампанское и красное вино. Когда очередь дошла до меня, я выбрал наугад название из брошюрки, и мне в стакан налили светло-коричневую жидкость. Выдохнув в левое плечо, я опорожнил посуду и затребовал новой порции.

Мой план был прост и гениален. Эскель ни в какую не сможет заставить меня работать… потому что я работать не смогу! Потом буду клясться, что хотел помочь делу, очень хотел. Но… не судьба. Так уж вышло…

Сегодня я решил поэкспериментировать. Светло-коричневая жидкость вполне меня устраивала, но вдруг зеленая лучше?

Опять выдох — и опять пустой стакан. Могу сказать, что — не лучше. Хотя горло обжигает и согревает тело довольно таки сильно. С таким напитком под боком и зима не страшна.

Когда я хотел заказать третью порцию спиртного, кто-то подошедший сзади нежно обнял меня за шею. Я судорожно сглотнул, почувствовав в довольно таки приятных прикосновениях угрозу. От человека стоявшего за моей спиной шла такая аура, словно он хотел мне горло перерезать.

Вывернув шею, я увидел Эскель. Жанны за ее спиной не было, значит, босс вырвала время специально для того, чтобы поквитаться со мной.

Все еще продолжая держать мое горло в плену своих объятий, Эскель отдаленно поинтересовалась:

— Чего ты добиваешься?

— Я? — мой голос пугливо дрогнул. Эскель утвердительно кивнула. — Ничего. Вот сижу, пью коктейли, никого не трогаю…

— А что ты должен делать вместо этого?

Я попытался придумать отговорку, но потом решил, а какого черта, собственно говоря? Я ей не раб! На мою долю и так выпало много испытаний, она же не сделала еще ничего. Почти.

— Пить коктейли! — я разозлился. — И жрать устрицы. Моя работа сделана.

Эскель отпустила меня и села рядом. Здесь, на балу, вместе мы смотрели совершенно буднично. Двое молодых людей воркуют о своем. На самом деле, изображая улыбки, мы дробили друг другу кости, перекидываясь колкостями.

— Какого черта ты не сказал мне, что будешь на балу?!

Она шипела точно змея. Я в долгу не остался.

— А какого черта ты ничего мне не рассказываешь? Считай мы квиты!

Подошел бармен. Эскель завораживающе улыбнулась (я и не думал, что она способна на такую улыбку). Молодой слуга спросил, чего мы желаем.

— Мне двести в одну посуду, — нисколько не стесняясь, произнес я. — И поядреней там намешай.