Андрей Раевский - Конец игры

Глава 16

— Разбежались наши друзья кто куда! — прострекотал Валпракс. — Шныряют где-то, и не уследишь за ними!

— А мы на что? — глухо отозвался Тунгри. — Это ведь наша игра — что захотим, то и сделаем.

— И то верно! А то сидим, словно зеваки на представлении. Только смотрим да смотрим!

— Давай-ка раскинем дороги, как в самом начале. Глядишь, и повеселее игра-то пойдёт.

— А тебе, наверное, не терпится отыграть свой последний смертельный ход, а Тунгри?

— Вот уж нет! Свой последний ход я поберегу до самого конца. У тебя ведь ещё все три!

— Точно, точно! — с довольным видом затарахтел Валпракс, неспешно отрываясь от земли и поднимаясь над кронами деревьев.

— Погоди, давай решим, куда направить наших друзей, чтобы им тоже было не скучно, — Заструился Тунгри вверх вслед за Валпраксом.

— Давай, давай решим… — донёсся из вышины голос набирающего высоту красного демона.

— Учитель! Смотри! Лес стал совсем другим! Вот эти деревья… И поляна другая!… — возбуждённо восклицал Олкрин, едва заметив, что Сфагам вышел из медитации.

— Ничего не понимаю! Лошади на месте… а всё совсем другое! — продолжал Олкрин в растерянности метаться по поляне.

— Когда мы ни с того, ни с сего оказались на дороге в Амтасу, ты вроде бы не слишком беспокоился, — спокойно проговорил Сфагам.

— Тогда… да, тогда тоже…

— Кто-то не оставляет нас своим вниманием с того самого дня, как мы уехали из Братства. Помнишь, я рассказывал тебе, как меня накрыли шапкой и подставили лактунбу?

— Кем же это надо быть, чтобы ТЕБЯ накрыть шапкой?

— Уместный вопрос. Но ещё важнее понять, чего он хочет. Что он от нас ждёт? Каков смысл его действий? И кто мы здесь — просто шарики на столе?

Олкрин замолк, напряжённо задумавшись.

— Я давно всё это заметил, — продолжал Сфагам. Мне кажется, я научился чувствовать связь с этими силами. Это значит, что ЕГО решения обусловлены МОИМИ действиями. Именно так, а не наоборот. Но если ему что-то не понравится… Правда, он там не один. Это я почувствовал через медитации…

Олкрин слушал учителя с подавленным видом, широко раскрыв глаза.

— Ты теперь тоже в этой игре, — сказал Сфагам. — И ты сам это выбрал, хотя мог несколько раз уйти. И правда, мне было бы за тебя спокойнее, если бы ты ушёл. Но теперь это вряд ли получится. Похоже, я всё-таки научил тебя выбирать.

— Да что им от нас нужно?! Убить, что ли нас хотят?

— Вот! Это и есть главный вопрос! Убить нас им ничего не стоит. Не в этом суть… Когда здесь у нас должно что-то произойти, то это сначала происходит в тонком мире. А потом люди придают этому форму. Всё это было известно ещё в давние времена. Ты помнишь?

— Да, да… Первая часть Книги Круговращений.

— Так вот… В тонком мире что-то созрело… Что-то очень важное, иначе этим не занялись бы такие мощные силы. Они наводят меня на то, чтобы я это почувствовал и сделал. В этом и есть смысл их действий. Сначала они меня проверяли, затем, не переставая проверять, следили, куда ведёт меня моя судьба, а теперь — выводят на главную дорогу. Но главное… Самое главное знаешь в чём? В том, что сделать это могу только я. Я и больше никто. Другой сделает по-другому, и это уже будет не то. Такого в прежние времена не было. Теперь некоторые люди стали настолько особенны и самостоятельны, что стали вровень с богами и другими силами тонкого мира. Вот таким людям и предстоит менять мир. Поэтому, чтобы придать форму событиям тонкого мира, я должен САМ всё понять и ЗАХОТЕТЬ это сделать. Это должно стать главным, по сути, единственным делом моей жизни. Иначе ничего не выйдет. Поэтому не только мы зависим от них, но и они от нас. Главным образом от меня… Потому я так за тебя и беспокоюсь.

— Значит, я буду ещё ближе к тебе!

— Посмотрим… Ты пока не познал закон своей судьбы. И ещё… тут есть ещё кое-что… Это я тоже понял через медитации. В тонком мире созрело не одно событие… Как бы это сказать… Ох уж этот наш несчастный язык! Словом, или одно, или другое. Или я, или кто-то другой. И мир станет другим. Это в том мире можно одновременно идти и вправо и влево. А здесь — никак…За тем, другим, стоят большие силы. Очень большие. Но если они победят, а решится это всё здесь у нас и довольно скоро, то мне нечего будет делать ни в этом мире, ни в том. Понимаешь?

Олкрин ошалело смотрел на учителя.

— Так вот оно что! — наконец выдавил он, почему-то стянув с головы шапочку и сжав её в руках.

— Пожалуй, со всей ясностью я понял всё это только сейчас. И ты помог мне найти слова, — закончил Сфагам своё размышление. — Ну ладно, — словно очнулся он, — неплохо бы выяснить, куда нас на этот раз закинули.

— Раньше дорога была там, — Олкрин указал рукой в сторону.

— Теперь её там нет, можно не проверять.

Перед тем, как вскочить в седло, Сфагам усмехнулся.

— Помнишь, у Тианфальта…

— Он дверь мне открыл и светильник зажёг,Лица же его разглядеть я не мог…— Постой, говорю, дай хоть слово скажу,Успеешь, дружок, не тебе я служу! — подхватил Олкрин

— Вот именно, не тебе…То есть не нам… Поехали… Куда-нибудь приедем. Пусть они сами заботятся, чтобы мы не заблудились.

Лошади легко ступали по гладкой почве редколесья, и вскоре за деревьями показалась просёлочная дорога. Двинувшись по ней, всадники нагнали неспешно едущий обоз из нескольких купеческих повозок.

— Куда ведёт эта дорога? — спросил Олкрин у долговязого охранника на пегой лошади.

— Эта дорога? — с удивлённым видом переспросил тот. — Она всегда вела на большой тракт под названием Дорога Белых Камней. Неужели не слышали?

— Как не слышали? Она идёт с юго-востока к самому Канору.

— Ну да! Чего ж спрашиваешь?

— И далеко ли до главного тракта?

— Если боги помогут — к вечеру дойдём до города Митралфа, а там — до большой дороги — день, полтора. А вы что, не знаете, куда заехали?

— Ну, да, что-то вроде… — проговорил Олкрин, отъезжая в сторону и притормаживая лошадь.

— Ты слышал, учитель? — обратился он к Сфагаму — Выходит, мы перелетели через всю страну и оказались в центральных землях недалеко от Канора!

— Похоже на то. Уж они-то точно знают, где находятся и куда едут.

— Учитель… — голос ученика стал сбивчивым и неуверенным. — Ты знаешь, если от Митралфа свернуть не на большую дорогу, а на юго-запад, то в двухй пути будет Лантарк… А там мои родители живут… Ты ведь говорил, что когда-нибудь мы их навестим… Может быть…

— Почему бы нет? Ведь не зря же мы здесь оказались. И то, что до столицы недалеко, — тоже не зря. Что ж, заедем на пару дней к твоим родителям. Они ведь знают, что ты уехал из Братства?