Кэрри Вон - Китти и Полуночный час

Я продолжала умолять: «нет, остановись, пожалуйста!», всё время. Я никогда так ни пугалась и ни злилась. Когда он поднёс ко мне своё лицо, я укусила его. Но Билл лишь ударил меня и вогнал себя ещё глубже.

Я почувствовала вкус крови.

Я прокусила щёку, да из носа текла кровь.

Наконец, учащённо дыша, он перекатился на своё сидение. Тело всё ещё разрывало от боли.

Я стала царапать замок, пока он не щёлкнул, распахнула дверцу и выскочила из машины.

Билл крикнул мне вдогонку:

— Разве ты не хотела домой? Боже!

Он завёл двигатель и уехал.

Я бежала. Ноги меня не слушались, дыхание сбивалось, но я продолжала бежать. Я только хотела вырваться из этого кошмара.

Той ночью сияла полная луна. Странные тени скользили по траве и кустам. Как глупо; я понятия не имела, где находилась и не представляла, как собираюсь вернуться домой. Я рухнула в траву и зарыдала. Глупая, Китти. Идея поехать с Биллом на вечеринку была дурацкой с самого начала, и посмотри к чему это привело.

Поляна для пикника лежала чуть поодаль от парковки. Некоторые столы были прикрыты защитной плёнкой. Я села на неё, подтащила колени к подбородку и обняла себя. Мои трусики остались в машине. Я решила, что буду сидеть здесь, пока утром меня ни найдёт какой-нибудь бегун и позвонит в полицию. Я переживу эту ночь.

Я обняла себя, чтобы остановить дрожь и, возможно, постараться заснуть.

На расстоянии завыл волк. Далеко. Не о чем беспокоиться.

Возможно, я задремала. Возможно, когда поблизости зашелестели кусты, я подумала, что мне снится кошмар. Ко мне двинулся силуэт. Серебристо-пёстрый мех волка напоминал тень. Он повернул бронзовые глаза на меня. Раздул собачьи ноздри.

Подошёл ближе, наклонил голову и принюхался, не сводя с меня глаз. Волк был не больше немецкого дога с широкими плечами и плотной шерстью. Он мог достать меня без труда.

Позже, я узнала, что волк унюхал запах крови, и инстинкт подсказал ему, что рядом раненое животное. Лёгкая добыча.

Я дрожала как кролик и как кролик думала минуту о побеге.

Зверь напал.

Я закричала, когда его когти царапнули по ноге. Пошатнулась и рухнула со стола. Я продолжала кричать, когда его челюсть сжала моё бедро. Используя захват как точку опоры, волк пополз по мне, оставляя царапины по всему телу. Моя плоть скользила как масло, куски кожи слетали с каждым прикосновением.

Паника, паника, паника. Я пнула его морду. От удивления волк отступил. В тумане адреналина я прыгнула и достала край навеса. Задыхаясь, сжав зубы и напрягая мышцы, я закинула ногу на крышу. Волк подпрыгнул и прошёлся когтями по висящей ноге. Я закричала, падая — нет, не падая. Я успела сжать край, волк полетел вниз, и я смогла взобраться. Пролежав какое-то время на крыше, пытаясь придти в себя, я решилась посмотреть вниз.

Волк следил за мной, но не мог достать. Он развернулся и убежал.

У меня кончились силы, чтобы пошевелить хоть пальцем, так что я просто упала без чувств, свесив руку над краем навеса…

Что-то сжало мою ладонь. Небо светлело, бледнея от рассвета.

Я с воплем дёрнула руку и начала дрожать. На моих ногах, юбке и рубашке алела кровь. Она растеклась лужицей и по крыше, но уже засохла. Опасность миновала.

Соблюдая предельную осторожность, я медленно двинулась к краю.

Показались руки, и ко мне стала подниматься незнакомая женщина. Я испуганно отползла от неё к другому краю, посмотрела вниз и увидела несколько человек, наблюдающих за мной холодным взглядом.

Женщина стала на колени у края крыши. У незнакомки были длинные тёмные волосы, карие глаза и грация танцовщицы. Она приняла сидячее положение, не отрывая от меня глаз.

— Как тебя зовут? — спросила она.

Я осмотрелась. Полдюжины человек окружила навес: мужчины в различных степенях потрёпанности, небритости и нечесанности, в куртках из кожи или денима, футболок и джинсов. Все были босыми. Женщина также была одета в джинсы и футболку, явно не особо заботясь о стиле. Однако им всем удалось устрашать, излучая силу одним только своим видом.

Я не ответила.

— Укусы, царапины — болят?

Я задумалась, что означало отрицательный ответ. Коснулась бедра. Кожа на ощупь нежная, не болит.

— Посмотри на раны, — приказала незнакомка. — Что ты видишь?

Я задрала рубашку, выставляя место укуса. Шрам, красный и заживающий, возможно недельной давности, морщил кожу. Полукруглые ямки на моих ногах стали розовыми линиями, затянувшимися и заживающими.

Я снова начала учащённо дышать.

Мне удалось сделать вдох.

— Откуда ты знаешь, что произошло?

— На тебя напал один из наших. Мы должны взять ответственность за его действия.

— Но вы…

Она доползла до меня, не спуская с меня глаз и раздувая ноздри. Я вздрогнула, но если бы отступила немного дальше, то полетела бы вниз.

— Я не сделаю тебе больно. Никто из нас не причинит тебе боли. Пожалуйста, скажи мне своё имя.

В этот момент я хотела лишь упасть ей в руки, потому что я верила, что она не желает мне зла.

— Китти, — пропищала я.

На мгновение показалось, что она не поверила моему ответу, но улыбнулась.

— О, хорошее имя. Ты слишком хорошенькая для такой жизни, детка.

— Я не понимаю.

— Поймёшь. Придётся. Я помогу. Ти Джей?

Позади меня на краю крыши появились руки. Один из мужчин с лёгкостью поднялся, словно прыгнул на стол, а не взобрался на навес семи футов высотой. Он присел на краю, одной рукой опираясь на крышу, чтобы не терять равновесие. Он был — Боже, он был великолепен. Загорелый, хорошо сложенный. Сквозь рукава его белой футболки проглядывали бицепсы, напряжённое лицо закрывали тёмные волосы.

Он излучал энергию и напугал меня до чёртиков. Я поползла назад, царапая коленки по асфальтовой кровле крыши. Но незнакомка уже поджидала меня, такая же напряжённая, заманивая в ловушку. Я сжалась в комок на грани крика. Что-то внутри меня начало рваться на волю.

— Кто вы?

Мужчина, Ти Джей, ответил:

— Мы — стая.

Конвульсия вывернула меня, и я потеряла сознание.

Я приходила и теряла сознание следующие три дня. Я запомнила немного — запах парка тем утром, сосен и росы. Кто-то нёс меня. Кто-то ещё — она, женщина — держала руку на моём плече. Голоса, которые я не смогла точно различить.

— Она пахнет сексом.

— Сексом и страхом.

— Кровь. Не от укусов и царапин. Мэг, посмотри.

Я покачала головой и попыталась сопротивляться, но больше походила на ребёнка, молотя руками, не достигая цели, слишком слабая, чтобы оттолкнуть.

— Нет, остановитесь, не трогайте, не трогайте…

— Она была изнасилована, — констатировала женщина.