Роб Макгрегор - Индиана Джонс и Дельфийский оракул

– А что ты собираешься делать?

– Отыщу безопасное местечко для наблюдения. Рано или поздно Дориана и Мандраки уйдут. Тогда я и займусь делом.

Пока Никос спускался к руинам, Инди взобрался повыше, где обнаружил место, откуда мог видеть выходящих из пещеры – если только сумеет не уснуть. Он нагреб кучу листьев и уселся, привалившись спиной к дереву, потер ноющее бедро и поправил повязку на ребрах. Попытавшись расслабиться, он вновь задумался над тем, что делают Шеннон и Конрад в Дельфах, и почему Мандраки с Дорианой решили расправиться с ними. Но чем дольше он размышлял, тем больше запутывался.

Он закрыл глаза, впадая в дрему, уронил голову и оттого проснулся. Встав на ноги, Инди прошелся, чтобы отогнать сон. Едва он сел снова, как послышался какой-то шум, но не снизу, а сверху. Инди повернул голову и вслушался. Должно быть, козы.

Заметив внизу пляшущие тени, он склонился вперед, всматриваясь в темноту. Наконец, он сообразил, что это отсветы костра в пещере. Должно быть, просто подбросили дров. Попытавшись устроиться поудобнее, Инди присел на корточки у дерева, съежился и потер руки. Стало холодно и сыро. Если эти четверо в пещере собираются по очереди сторожить пленников, то ночь предстоит длинная.

Веки будто свинцом налились. Инди заморгал, потер щеки и вытаращился во тьму, представляя, как Дориана и Мандраки обнялись у источающего тепло костра, затем этот образ исчез, сменившись другим. Он и Дориана в постели, в поезде. Тепло, уютно. И тут возникло ощущение какой-то угрозы. На него в упор глядел светловолосый мужчина – тот самый, который в поезде последовал за Дорианой и исчез. Мужчина куда-то указывал, губы его шевелились, но невозможно было разобрать ни слова. Предупреждает о чем-то.

Инди вздрогнул, проснулся и тряхнул головой. «Всего лишь сон. Не спать!» Он потер ладони. Но спустя пару минут вновь задремал. Голоса! Кто-то мешает спать. Надо узнать, кто. Надо что-то делать. Но голоса спутались со сном, в котором Инди снова был в Чикаго. Голос Дорианы. Но Дориане не место в Чикаго. Инди заморгал, приходя в себя. «Я на горе. Жду. Чего?» И тут он все вспомнил.

Луна зашла за гору, но было еще достаточно светло, чтобы различить карниз. Там никого не было; из пещеры доносился мужской голос. Ему отвечал голос Дорианы – они спорили.

Как долго он спал? Глянув на часы, Инди понял, находится здесь больше двух часов.

– Я пошла, – сказала Дориана.

– Хорошо. Я иду с тобой, – ответил мужчина и негромко заговорил с кем-то еще, а Дориана вышла из пещеры.

Вскоре за ней последовал и Мандраки. Инди подождал, пока они скроются из виду и прислушался. Звук их шагов становился все слабее и вскоре совсем стих. Инди встал, положив руку на висящий у пояса кнут. Теперь пора!

Он принялся осторожно пробираться вдоль гребня, выискивая путь вниз. Свежий, прохладный воздух навевал сон. Где-то там кустарник непременно расступится, открывая дорогу вниз. Ладно, вот сюда. Инди уже собирался спуститься, как вдруг хруст сломавшейся позади ветки заставил его резко обернуться.

В первый момент он ничего не увидел. Затем мелькнула тень с занесенной для удара рукой, сверкнул клинок. Инди запястьем блокировал удар, двумя руками схватил нападавшего за предплечье и ударил его руку о колено. Нож выпал из разжавшейся ладони и канул во тьму.

Нападающий попытался вырваться, но Инди схватил его за шиворот и потянул назад. И тут разглядел, кто это.

– Ты? Ты, ублюдок!

Инди нанес мощный удар Григорису в челюсть, тот зашатался, врезался спиной в дерево и съехал вниз. Инди склонился над ним. Рука Григориса бесшумно скользнула по земле к ножу, но Инди перехватил нож и приставил острием к горлу противника.

– Ты мне очень не нравишься. Только пикни, и я укорочу тебе язык. Усек?

Обшарив карманы Григориса, Инди нашел носовой платок и воспользовался им в качестве кляпа.

– Очень любезно с твоей стороны. Не придется расставаться со своим платком. А теперь расшнуруй ботинки.

Григорис, не шевелясь, уставился на него. Инди пришлось слегка уколоть его острием ножа.

– Шевелись!

Когда Григорис сделал, что требуется, Инди забрал у него шнурки и связал их вместе. Затем заставил Григориса охватить руками ствол дерева за спиной и стянул запястья шнурками. Надолго его этим не задержишь, но какое-то время Гигорис надоедать не будет. А в следующий раз дважды подумает, прежде чем что-либо предпринять. Во всяком случае, Инди на это надеялся.

– Если еще раз увижу тебя сегодня ночью, – вставая, предупредил он, – то сброшу с горы. Усек?

Инди спустился на карниз, и подобрался ко входу в пещеру. Костер едва горел. Шеннон и Конрад лежали на прежнем месте. Неподалеку сидел охранник. Один. Куда же, к черту, подевался второй?

Вверху хрустнула ветка. Инди поднял голову, и в этот самый миг на него сверху обрушился второй страж, попытавшись врезать Инди прикладом по голове. Инди увернулся, головой ударил солдата в живот и попытался выхватить винтовку. Они вдвоем ввалились в пещеру. Вдруг Инди ощутил прижатую позади уха холодную сталь. Первый солдат пришел на помощь товарищу.

– Не шевелись, малака, или ты покойник.

18. Под стражей

Приближающийся рассвет уже подмыл темень на востоке, когда их повели по карнизу. Шеннон, следуя за одним из конвоиров, покачивался, подскакивал и размахивал конечностями, встряхивая буйными рыжими космами и эспаньолкой. За ним шагал Инди, далее следовал Конрад в изодранном, выпачканном суконном пальто; его бороду и лицо покрывал песок – пол в пещере оказался сырым. Хотя Инди и пролежал несколько часов рядом с ними, ему только сейчас удалось хорошенько их разглядеть. До этого у всех троих во ртах были кляпы, а на глазах повязки.

– Зига, зига, – подгонял их охранник, идущий сзади. – Зига, зига. – «Шагайте, но не слишком быстро».

От недосыпания Инди покачивался, все тело ныло, словно его побили камнями. Зато убивать их не собираются. Во всяком случае, пока. К счастью, конвойные не подозревали, что Инди понимает по-гречески, и свободно болтали. Тот, что шел сзади, был старше по званию и заявлял, что следует дождаться возвращения Мандраки, как тот приказал. Однако другой, спрыгнувший на Инди у входа в пещеру, настаивал, что Инди – важная персона, и его необходимо немедленно доставить к Мандраки. Тогда первый сказал, что сам доставит Джонса, поскольку он старше по чину. Так они спорили несколько часов, и наконец, сошлись в том, что если Мандраки не вернется до рассвета, они отконвоируют всех троих пленников к конюшне, а уж там старший по званию пойдет искать полковника.

Когда они дошли до конца карниза, Инди наконец удалось обменяться взглядами с Шенноном и Конрадом. Он не знал, о чем те думают, но в глазах у обоих застыл страх. Инди не порицал их. Должно быть, в его глазах застыло такое же выражение.