Леонид Кудрявцев - Черный маг

— Не пудри мне мозги, — сказал Дьюк. — Тебя просят помочь, значит — помоги. Слушай, почему ты такой жлоб?

Иншаси тряхнул головой, так что нашитые на его одежду колокольчики тихонько зазвенели, и с достоинством промолвил:

— Я не жлоб. Просто сейчас я занят.

Алвис подумал, что он, похоже, и в самом деле проиграл. Можно еще некоторое время уговаривать упрямого старика, можно его умолять, заклинать, становиться на колени. Однако все это бесполезно. Пока еще есть какое-то время, надо попросить о помощи кого-то другого. Прямо сейчас.

— Мне пора, — сказал Алвис и встал.

— Погоди, — старик схватил его за руку и заставил сесть обратно на причал. — Погоди. Мне кажется, у тебя какие-то неприятности. Правильно?

— Мои неприятности касаются только меня, — ответил юноша.

— Но ты же рассчитывал на мою помощь? — старик слегка улыбнулся. — Не так ли?

— А ты сказал, что не можешь мне помочь.

— Кто знает? Собственно, что тебе надо?

Алвис бросил на иншаси испытующий взгляд. Может быть, он и в самом деле поторопился? Вдруг старик и правда поможет?

— За мной гонятся, — проговорил он. — Если преследователям удастся меня поймать, я обязательно погибну. Мне нужно где-нибудь спрятаться, хотя бы до утра. Днем те, кто меня преследует, будут не опасны.

— Ага, — задумчиво сказал старик. — Я, кажется, догадываюсь, кто именно тебя преследует. Те, кто не выносит дневного света. Гм… как ты умудрился сделать их своими врагами?

— Разве это так уж трудно? — поинтересовался Алвис.

— Да, трудно. Стать для них добычей — запросто, а вот врагом — надо сильно постараться.

— Не знаю. Вроде бы я не очень и старался. Просто так получилось.

Теперь старик взглянул на него с неподдельным интересом.

— Хорошо, я тебе дам совет, — сказал он. — Вон видишь, там, недалеко от берега, на воде, горят огоньки?

Алвис посмотрел в указанном иншаси направлении. В самом деле, шагах в шестистах-семистах от причала над водой виднелись пять-шесть огоньков. Похоже, там стояла парочка судов или же несколько строений. Судов? Но почему они тогда не пристанут к причалу? Строений? Но как они держатся на воде?

— Это свайные домики водяников. Слышал о таких?

— Конечно, слышал. Только сталкиваться мне с ними до этого не приходилось.

— Стало быть — тебе повезло.

— Почему?

Иншаси поморщился, словно проглотил что-то горькое, и объяснил:

— Они мерзкие пакостники.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Пакостить они любят. Причем делают это из чистой любви к искусству. Водяники совершенно неспособны перерезать горло тому, кто решится у них переночевать, и не возьмут у него в благодарность за гостеприимство даже монетки. Но…

Старик поднял над головой указательный палец.

— Но… — поддакнул Алвис.

— Но какую-нибудь штуку они с тем, кто решит к ним заглянуть, учинят обязательно. Либо ночью тайком приклеят подошвы сапог гостя к полу, так что, обувшись, он рискует упасть и сломать ногу, либо выкинут что-нибудь еще почище. Вот такие они, эти водяники. С ними ухо надо держать востро.

— Понятно, — промолвил Алвис. — Водяники, похоже, создания довольно неприятные. Только к чему ты мне это все рассказываешь?

— А к тому, что ты можешь спрятаться у них от преследователей. Они гостям рады, и даже очень.

Сказав это, старик криво ухмыльнулся. Алвису его ухмылка совсем не понравилась.

— Ну уж нет, — сказал он. — Лучше я…

— Предпочтешь попасть в лапы тех тварей, что за тобой гонятся? — продолжил за него старик. — Скатертью дорожка. Только прежде хорошенько все обдумай. Водяники тебя не убьют. Ну, может, немного позабавятся. Если ты будешь все время настороже, то большого урона не понесешь. Несколько синяков и шишек, не более. Взамен ты получишь надежное укрытие, поскольку твои преследователи плавать не умеют.

Алвис почесал затылок.

Ему приходилось сталкиваться с самыми разными шутниками. Не любил он их. Некоторые были ничуть не лучше курули.

— А другого варианта нет? — поинтересовался юноша.

— Есть, — снова вмешался в разговор Дьюк. — Ты можешь вернуться в гостиницу. Вот только, прежде чем ты до нее доберешься, тебя раза три успеют слопать курули. Поэтому тебе ничего не остается, как отправиться к водяникам.

Однако Алвис сдаваться не собирался. Мысль о том, что снова придется куда-то плыть, его не вдохновляла. Да и водяники, судя по словам иншаси, не являлись образцами кротости и гостеприимства.

— А этот пароход? — Алвис кивнул на судно из древесного листа.

— Этот? — иншаси тонко усмехнулся. — Ты считаешь его менее опасным, чем дом водяника?

— Считаю. Предсказатель пожал плечами:

— В таком случае отправляйся на него. Кто тебя держит?

— Матросы, — объяснил Алвис. — Их нужно отвлечь. Пока они глазеют на трап, я не могу пробраться на корабль.

— Ага, матросы, — задумчиво проговорил предсказатель. — Ну, отвлечь их я смогу. Это нетрудно.

— Так отвлеки их! — воскликнул Алвис. — И побыстрее.

Он оглянулся и увидел, как из переулочка, расположенного шагах в трехстах от причала, вышли несколько устрологов. Торопливо, чуть ли не бегом они двинулись к толпе предсказателей.

Устрологи? Как бы не так! Уж Алвис-то знал, кто это такие.

— Если ты твердо решил пробраться на этот корабль, я должен тебя предупредить…

— Мне некогда, — перебил иншаси Алвис. — Мне очень некогда. Приступай к делу.

Старше сплюнул в воду и бросил на юношу косой взгляд.

— Хорошо. Я это сделало. Хотя бы для того, чтобы мне больше никто не мешал предаваться моим размышления, которые…

— Это я уже слышал, — быстро сказал Алвис. — Дед, давай действуй. Прошу, начинай.

Старик пожал плечами:

— Ладно, ступай к трапу и будь наготове. Мне придется применить совершенно неизвестный в этом мире способ, который я вывел, исследуя второе отклонение от обычного порядка совокупности случайного расположения совершенных фигур.

Алвис еще раз оглянулся. Расстояние между псевдоустрологами сократилось вполовину. У него в распоряжении осталось не более пары минут.

— Ступай, — приказал иншаси.

Алвис подошел к трапу и бросил на старика умоляющий взгляд. Если тот и в самом деле хотел ему помочь, то пора было начинать.

Иншаси вознес над головой руки, пару раз ими взмахнул и произнес несколько слов на незнакомом языке. Тотчас же перед стоявшими на палубе парохода матросами повисло туманное облачко. Вот оно стало сжиматься, перекручиваясь наподобие белья, которое выжимает дюжая прачка, потемнело и превратилось в красивую девушку. Сладким голосом, томно поводя глазами, красотка затянула: