Дмитрий Кружевский - Магфиг

А вообще все ужас и кошмар, да еще Батон из каморки высунулся и рожи строит – смешно ему видите ли. А вот мне хоть плачь, ладно пора выйти в народ и так сказать личным примером, а так же тяжелой рукой…

Сперва я подошел к бобру, осторожненько так, чтобы не спугнуть, тот как раз начал затачивать очередную деревяшку, да так смачно грызет, мне аж самому захотелось попробовать.

– Теодор.

Моя тяжелая длань опустилась на его макушку и опля… Не все-таки он не тот оборотень, что в наших фильмах, у тех что-то с генами намутено, а тут бабах и на меня изумленно взирает обескураженный мальчишка с доской в зубах.

– Вкусно? – поинтересовался я.

– Не, – мотнул он головой, отплевываясь. – Пересушено.

– Понятно, – я пальцем указал на пилу, затем на большие часы над дверью. – У тебя еще полчаса иначе…– я помахал двумя пальцами в воздухе.

Нет, конечно, я не зверь какой-то и сразу двойки направо и налево лепить не собираюсь, если честно первые занятия вообще оценки ставить и не думал, но простимулировать парня в нужном направлении как-то надо.

Кстати на счет часов. Мне их Крис придарил. Часы такие большие, круглые весят что трактор, но дракоша их сам закрепил над дверью. Превратился, значит прямо в классе, благо место позволяло, достал откуда-то металлический штырь и всабачив в стену над дверью повесил туда эти куранты. Я было испугался, что они будут бить как их Кремлевские сородичи, но Крис меня успокоил, сказав, что в них данного механизма не предусмотрено, а то, судя по их размеру и местной акустике…да я бы первый в ближайшую форточку выпрыгнул. Ну а так вполне нормально. Мои-то Дорофеич подрезал, сказал, что будет изучать нашу технологию, а по-моему, они ему просто приглянулись. Хотя часы конечно не «роликс», но все равно без них как без рук. Был у меня еще старенький мобильник, но батарея села на второй день, а подзарядить…если только в кабинет к Мангалычу наведаться, но в принципе, зачем он мне? Видать придется все же гнома растрясти на свою собственность. Ну так вот… ах да, забыл еще сказать, что уроки тут не как в нашей школе, скорее больше на институт похоже. Урок идет час тридцать, с пятиминутным перерывом на пробежку до туалета, причем это надо еще умудриться за пять минут сделать, особенно если учесть что у нас в крыле туалет был один…в прямом смысле один. То есть один толчок – типа унитаз. И, слава богу, что уроки только у мальчиков и классы не сдваивают, хотя ректор что-то намекал поэтому поводу, но и Дорофеич обещал все починить, теперь оставалось гадать, кто быстрее выполнит свое обещание.

Ну, что-то я совсем отвлекся. Так вот после того как я чуток разобрался с Теодором и даже вместе с ним распилил пару досок, направился к медитирующему эльфу. Дела у того явно прогрессировали, пропил увеличился эдак миллиметра на полтора, тот как раз вышел из очередного своего похода по нирване и не торопясь двигал пилой по доске со скоростью буквально пару миллиметров в час.

– Шустрее!!

Бедный мальчик, его острые уши, по-моему, чуть в трубочку не свернулись, а пила задвигалась с такой скоростью, что ажно паленым запахло. Хе, такой вывод из нирваны еще наш сержант Рыбачко практиковал. Ходишь, бывало на посту весь такой в нирване, бровями астрал щупаешь, а он как рявкнет «Не спать!!», все до конца дежурства как зеленый огурец, даже с пупырышками по всему телу. Похлопав ободрительно по плечу уже готового к дальнейшим подвигам эльфа, я отправился к Гаю. Наш герой как раз заканчивал заготовку дров из очередного куска бруса.

– Солдат отставить!!– рявкнул я, заставив Гая замереть с занесенной над головой ножовкой и, кстати, не только его одного. Лишь бедный эльф еще больше ускорился, м-дя, похоже с ним я чуток переборщил, ниче отойдет.

– А вы продолжайте – махнул я рукой остальным и вновь повернулся к застывшему герою. – Так Тори, я, что сказал делать?

– Ну…, – Гай смутился. – Извините, нер, увлекся.

Я вздохнул. Ну что этому непутевому детине скажешь, да и времени до конца урока минут двадцать осталось.

– Ладно, все прибрать, и сострогай мне хоть одну досточку, понятно.

Тори кивнул, а я, бросив на него пристальный взгляд, молча, отобрал ножовку и направился к дриаду, по пути пару минут полюбовавшись на творение Ома. А очкарик явно вошел во вкус и уже присобачивал к своей абстракции какие-то дополнительные элементы, делающие ее похожей на, на… да не знаю на что, но смотрится прикольно.

Дриад тем временем с тоской рассматривал то, что у него получилось, а именно две резные жердочки. Не, для сидения они явно не годились, но талант у парня есть. Поэтому я его похвалил и одновременно отсчитал за израсходованный материал. Две доски метровой длины и тридцатисантиметровой ширины, превратить в плашки двадцатисантиметровой дины и десятисантиметровой ширины – экономия, блин.

Короче, когда закончился урок, мы с Батоном долго сидели на верстаке и взирали на разложенные перед нами на полу поделки. Точнее сидел я, а кот нарезал круги вокруг произведения нашего очкастого скульптора, гадая, что это. Поделку Грея он сразу отнес к пыточным инструментам и даже предложил испытать ее на гноме, на что я, усмехаясь, заявил, что спасать его не буду, а гвоздей на этом изделии много. Наконец кот угомонился и, пристроившись рядом, вопросительно посмотрел на меня, я посмотрел на него, затем мы дружно еще раз оглядели изделия моих учеников и так же дружно вздохнули.

Глава 12.

Вот мы стояли на площади перед зданием академии, точно бравая пятерка героев отправляющихся на смертельное задание по спасению планеты. Не хватало еще пронзительной и величественной музыки, а так же напыщенных речей напоследок. Точнее их только и не хватало, ибо вокруг творилось черте что. Здание академии, накрытое матово-красным облаком защитного поля которое погрузило окружающий мир в багровый сумрак, вспыхивающий разноцветными разводами таинственного заклинания, так неожиданно обрушившегося на нашу голову, какие-то непонятные существа, снующие вокруг. И все это тонет в каком-то монотонном гуле, от которого буквально мозги едут, и вечно хочется прочистить глаза от несуществующего песка.

-Ну что вперед? – почему-то шепотом произнес я, чувствуя, что у моих легендарных мурашек скоро будет сердечный приступ и все такое.

– А может не надо, мяу? – как-то жалобно спросил Батон, с надеждой оглядывая наши насуплено-мужественные лица.

– Надо, – отрезал Дорофеич, смотря куда-то вдаль пронзительным взглядом, точно видя наши грядущие подвиги и свершения, от чего его осанка стала воинственной, а борода торжественно развивалась от налетающих порывов ветра (откуда он интересно взялся, этот ветер?).