Норман Сеймон - Предок

- Ну… - Лаанс ожесточенно почесал затылок. - Не знаю. В Степь нельзя, конечно, там везде шары с пауками висят. На северо-восток отсюда - Смертельные Земли… А что за этими Горами?

- Не знаем, там прохода нет. - Эль наконец наелся, облизал ложку. - Не знаем даже, как туда попасть. Так что мы, вроде, как в ловушке.

- Тогда да, тогда плохо ваше дело, - загрустил Флоор. - Но постой! Ты-то здесь, а не там! Вот что: мы тебя спрячем. Да, мужики?

Бомбардиры согласно загудели, стали выкрикивать разные предложения. Спрятать охотника предлагалось среди мешков с порохом, куда боялись сунуться и люди, и смертоносцы. Только Лаанс вспомнил об Элоиз.

- Да, она в Монастыре. - Степняк теперь отхлебывал из протянутой кем-то баклажки и морщился - видимо, от удовольствия. - Но там и еще разные другие люди… И не только люди… Нет, нельзя мне у вас оставаться. А может быть, вы не станете скалы взрывать?

- Вот этого мы никак не можем, - проговорил Лаанс в наступившей тишине. - Жуки ни за что не согласятся. Вы ведь Запретные Сады сожгли, с паучатами… Вы теперь - убийцы смертоносцев. Жуки согласились помогать в вашей поимке, потому что… Ну, потому что вы убивали детенышей… Как бы. И теперь вот все против вас… А мы - слуги жуков, нам никак нельзя их не слушаться. Потому что непослушных жуки отдают в Город… Прямо всей семьей. - И там их съедают пауки? - ужаснулся Эль.

- Да нет, не съедают, но… Там ведь, в Городе, не жизнь. Мы не имеем права лишать наших детей свободной жизни в деревне, понимаешь? Вот если б вы могли куда-нибудь удрать, то мы бы вам помогли… А так - не знаю, что и делать. Вот завтра мы уже идем взрывать, жуки сегодня место присмотрели. - На перевале? - спросил Эль.

- Нет, в другой стороне… Там высокие скалы, но раскоряки говорят, что это узкая гряда. Мы ее разрушим, и они пройдут туда… К вам. Удирайте, а? - попросил Лаанс. - Или приходите к нам

- прятаться… А как вы сюда попали?- Да так, - засобирался степняк. - Я пойду, мне пора. А вы, если шум услышите - сидите тихо, хорошо?

В паре десятков локтей от него Питти опустил лук. Перебить сейчас бомбардиров - самая простая мысль. Но после этого уже не удастся вырваться из лагеря, а смертоносцы пришлют новых бомбардиров… Скалы… Что же это за скалы, куда они выведут пауков?

- Никто из них не знает, что делать, - тихо говорила Лола. - Они спорят, ругаются, но, что делать, не знают. Но все они хотят помочь. Они не любят смертоносцев, но любят своих жуков. И еще… - Что? - заинтересовался Питти.

- Они думают, что не стоило сжигать паучат в Запретных Садах. Я тоже так думаю. Зачем она это сделала, Эль? Ведь она сама "мамочка" паучатам!

- Элоиз говорила, что не помнит, как и почему там все загорелось, - почесал голову Эль. - Да и… Ты многого не понимаешь. Представь, что ты сама там очутилась, среди паутины, ночью, и все готовы тебя убить, и… - Потом, Лола представит это потом, - оборвал его Питти. - А пока постарайся понять, где эти скалы. - Но они же сказали! - воскликнула девочка.

- Это в стороне от перевала и в стороне от Пчелиного ущелья. Скалистая грядка… Они сказали "грядка", правда? И она узкая, они взорвут одну скалу, пороха и еще чего-то у них хватит на три таких, будет большой "Бам!" и каменный дождь, и там останется ровное место. - Скалы не так-то просто уничтожить, - неуверенно проговорил Питти и ускорил шаг.

Они шли назад, мимо костров, мимо спящих возле них людей. Иногда шаман и сам чувствовал близость смертоносцев, но старался никак на это не реагировать. Никакого страха, никакой ненависти, ничего - тогда они не заметят. Теперь следовало вернуться, представив это Оленям так, будто их заметили и атаковали. - Вон у того крайнего костра нет смертоносцев? - спросил он у девочки. - Нет, и близко нет.

- Идем туда. Надо устроить драку, только не увлекайтесь. Нападем, заколем нескольких, перебудим остальных и удираем. Мы с Килком побежим прямо к перевалу, а ты, Эль, с нами не пойдешь. Ты прямо сейчас иди к Оленям, чтобы они были готовы. Скажи, что мы нашли дорогу. Тут начнется шум, и… Постарайся помочь им тащить Локки. - Хорошо, - кивнул довольный ответственным поручением охотник и скрылся в ночи.

У выбранного ими костра спали около десятка воинов. Питти оставил Лолу в темноте, наказав не двигаться с места, и, кивнув Килку, прыгнул к огню. Прихваченный у одного из стражей меч теперь пригодился - ведь шаман не собирался непременно убивать, ему было достаточно поднять шум. Нанося направо и налево рубящие удары, они описал петлю и вернулся к девочке. Позади раздавались яростные крики, кто-то даже бросился с мечом на Килка, но тут же упал, сложившись пополам. - Бежим, бежим! - крикнул ему Питти, набирая скорость и поудобнее перехватывая Лолу. Что-то закричали от соседнего костра, а потом в темноте вдруг раздался резкий гудящий звук. Питти вспомнил, что слышал уже такие, повстречавшись в Степи с Армией на марше. Значит, они подняли общую тревогу… Необычно быстро. А потому надо так же быстро бежать. Успеют ли Олени?

Шаман постоянно вглядывался в темноту слева от себя. Где же они? Уже половина расстояния до последнего караульного костра преодолена, погони не видно. Питти приостановился, вслушался. Бот! Пыхтя и ругаясь, бегут, но так медленно… Конечно, приходится тащить Локки. Им обязательно нужно добраться до снега, там дело пойдет легче. - Паук! - пискнула Лола. - Прямо на нас бежит! - Куда?! - приготовился прыгать шаман. - Куда нам убегать? - Он видит Килка! - Беги в снег! - Питти поставил Лолу на землю и повернул обратно.

Килк услышал дробный, шелестящий топот за собой в самый последний момент. Какой-то инстинкт подсказал ему, что делать: резко присел и упер копье в землю, повернув острие в сторону набегающего паука. Мгновенно ударил Небесный Гнев, заставил сжаться, свел судорогой все мышцы, но копье от этого лишь крепче застыло в руках.

Паук слишком разогнался, он не заметил острия в темноте. Зато он увидел врага, только что убившего нескольких людей. Восьмилапый прыгнул.

Крепкое, острое и широкое лезвие, кропотливо выточенное из клешни скорпиона, с хрустом взломало хитин головогруди. Смертоносец вонзил в спину степняка клыки и тут же выпустил весь имеющийся яд, от избытка потекший по спине мгновенно погибшего человека. Восьмилапый чувствовал, что ранен, и ранен серьезно. Он хотел перевернуться на спину, чтобы осторожно извлечь вонзившееся в него копье, но рядом оказался еще один противник.

Шаман сразу понял, что не успел. Смертоносец атаковал слишком стремительно - видимо, он был молод и неопытен. Теперь требовалось или убегать, пользуясь тем, что Килк успел проткнуть паука, или попытаться добить его мечом. Мечом, который в шесть раз короче лап смертоносца?..