Евгения Гордеева - Все точки над ё...?

— Как хочешь…

Вернулись Май и Джинни. Физиономии их были весьма довольными, из чего я сделала заключение, что все следы уничтожены, улики собраны, ублюдок жив.

— Мы всё сделали, — радостно доложила девушка, — можно возвращаться.

— Я сейчас только дверь подправлю, — Май стал искать что-то в шкафу.

— Ты сейчас решил молотком постучать, — ехидно поинтересовалась я, — самое время людей разбудить, пол-третьего ночи.

— Серьёзно? — Андрей посмотрел на меня, на часы, на окно. — Тьфу!

— Не волнуйся, Андрюша. Я на защёлку закроюсь.

— Ты идёшь с нами, — тоном, не терпящим возражений, заявил мамане сын. — Одна ты здесь не останешься.

— Но, зачем? Я уже успокоилась…

— Не в этом дело! Мама, есть несколько очень важных причин, по которым ты не можешь оставаться в этом доме. — Марла с недоверием посмотрела на Мая. — Во-первых, второй нападавший сбежал. Ты его не видела, а вот он мог тебя очень хорошо запомнить.

— И что?

— А то! Если он профан, и ему просто жёлтая вода в голову ударила, потянуло на подвиги, то он сам затаиться. Но, если он такое проделывает не первый раз, то тебе грозит опасность. Один раз он тебя не убил… — он долго смот-рел в глаза матери, — второго раза я не хочу. Второе — покусанный может дать показания.

— Это будет выглядеть, как бред сумасшедшего! — возразила я. — Женщины — оборотни в нашем мире в качест-ве обвиняемых не проходят.

— Согласен. Но он может тебя выследить. Раз ты ночью шла за хлебом, значит, живёшь в ближайших домах. Последствия могут быть такими же, как в первом случае.

— Они могут объединиться, — подлила я масла в огонь.

— Точно! А в-третьих, тебе самой не справиться…

— Достаточно первых двух, — мрачно отозвалась Марла, — я собираюсь.

В нашу квартиру мы вернулись опять с помощью пространственного прохода. В квартире нас уже ждали.

— У нас гости, — сообщил Любыч.

В тёмной комнате горели две пары жёлтых глаз. Май включил свет. Рыська и Белый Волк терпеливо ожидали нашего возвращения.

— Здравствуйте, — обрадовалась я.

Белый Волк порывисто встал навстречу Марле. Он осмотрел её рану и прижал женщину к своей груди.

— Пойдёшь со мной, — тихо сказал он, но все услышали.

— Зачем? — Марла чуть отстранилась от него и посмотрела в глаза.

— Тебе будет очень тяжело. Без поддержки ты не справишься.

— Я буду с сыном и Ва…

— Они не помогут…, - он приложил палец к её губам, — Марла, ты попробовала на вкус человеческой крови, — свекровь что-то попыталась сказать. Наверное, что она его только укусила, не больше. Но Волк не позволил ей, — дос-таточно одного укуса, одной капли. Скоро полнолуние. Начало первого твоего цикла. Ты ещё очень слаба. Эта капля будет выжигать тебя изнутри. Она будет сводить тебя с ума, терзать тебя желанием свежей, человеческой крови. Ты перестанешь понимать кто ты. Ты забудешь, что ты человек… Я не хочу, чтобы ты стала цикличным оборотнем, а уж тем более… Не плачь, дорогая. Я помогу тебе. А вот Лоцман и Берегиня с этим не справятся. А ты будешь всё это время для них смертельной угрозой. Они ведь не посадят тебя на цепь.

— А Вы посадите? — возмутилась я.

— У нас веками отработанные способы сдерживать в полнолуние оборотней, испивших первой крови. На цепь её никто сажать не будет. Я сам буду рядом… Ты мне веришь? — он заглянул в глаза Марлы.

— Да. Я согласна, — удручённая свекровь совсем сникла, — но… как быть с работой?

— У вас же каникулы, — напомнил сын.

— А потом? Если я собираюсь…

Её все сразу поняли. Жизнь и судьба Марии Лавровны Майковой изменилась в одночасье и совершенно без-возвратно. Теперь нормально жить она сможет лишь в Порубежье, а родной мир посещать лишь в качестве гостьи. Хотя она сама, добровольно выбрала этот путь, всё же слёзы выкатились из печальных глаз. Я уже была готова при-соединиться к свекрови, но взяла себя в руки, загнав влагу обратно под веки.

— Уволишься, — дрогнувшим голосом, посоветовал Май, — чего думать. А детей воспитывать и в Волчановке можно. Организуете детский сад… У вас есть подобное заведение? — обратился он к оборотню. Волк отрицательно мотнул головой. — Вот видишь… Всё будет хорошо.

Марла согласно кивнула и утёрла мокрые глаза.

— Тогда пойдём, — Волк бережно обнял её, — Варя, Андрей, вам лучше не видеться с ней пару недель.

Мы с мужем переглянулись.

— Неужели всё так серьёзно? — не выдержала я.

— Более чем. Не беспокойтесь, я верю, что всё будет хорошо, — он улыбнулся нам своей неподражаемой улыб-кой, подхватил свекровины пожитки, обнял её саму и растворился в дверном проёме.

— Нам тоже пора, — Рыська, молчавший до этого, поднялся с дивана. — Очередная бессонная ночь. Как вы поя-вились в Порубежье, такое происходит регулярно.

— Тебя в следующий раз не беспокоить? — мрачно осведомилась я.

— Только попробуйте! Я ведь лишь с вами почувствовал, как кровь по жилам течёт, а то стареть уже начал, — усмехнулся фолк.

— Так тебе, что, это нравится? — Май смерил друга недоверчивым взглядом.

— Конечно! Я до этого кто был? Животновод — селекционер! А теперь?

— Да, кто ты теперь? — лукаво спросила Джинни.

— Теперь я муж, друг, воин… Нужное, нет, незаменимое лицо! — Рыська гордо выпятил грудь. Джинни прыс-нула в кулачок, а я еле подавила зевок.

Сон накатил сразу, не оставив путей к отступлению. Очень похоже на Джиннины проделки. Я опустилась на диван и притулила голову на спинку, из последних сил стараясь не уснуть при гостях, таращась на них во все глаза.

— А-а-а! — Андрей зевнул, не стесняясь, во всю стоматологическую гордость. — Ясно. Тогда, идите, раз не хо-тите остаться.

Муж присоединился ко мне, вступив в ряды мужественных борцов со сном, но всё ещё пытался поддержать беседу.

— А зачем? — на всякий случай поинтересовалась коварная Джинни.

— Могли бы завтра к Лукавее съездить, на озеро, — лениво продолжая зевать, предложил Май.

— Прекрати зевать! — Рыська начал поддаваться извечному животному инстинкту.

— Завтра понедельник, — не к месту вставила я.

— Почему понедельник? — полусонный муж пристроился рядом со мной, — завтра воскресенье.

— Воскресенье уже настало, — веки мои меня уже не слушались и я начала проваливаться в сон.

На задворках сознания раздался весёлый смех Джинни.

— Спокойной ночи, — пожелал её ласковый голос и я выпала из реальности окончательно.

Через несколько дней по городу разнеслись слухи о волках, нападающих на запоздавших прохожих, и число жертв росло в геометрической прогрессии.