Максим Варежкин - Каэхон

— Может, ты поохотиться сходишь? Я, так и быть, приготовлю, костер разведу…

— Я похожа на охотницу? — Спросила возмущенно Тайсама.

Стройный силуэт, гордая осанка, копье в руках… Волосы и вуаль развевались на ветру, незнамо откуда взявшемуся среди высоких деревьев. Я улыбнулся и честно кивнул:

— Похожа. Прямо охотница из мифов… Из легенд о тех временах, когда Боги были отнюдь не спящими.

— Каэхон… — Тайсама стала вдруг неуверенной и смущенной.

Я рассмеялся и оборвал ее:

— Иди, поохоться. Кушать-то хочется!

— Ну ладно, — как-то подозрительно задумчиво согласилась девушка, бесшумно исчезая в лесу.

Ширра проснулся с трудом, посредством моего кулака. Что-то все хуже и хуже бедняге становилось в нашем климате… Хотя даже мне было странно: середина весны, а холодает. Вроде и снег уже сойти успел, а того и гляди — опять заморозки по ночам начнутся.

Вернулась Тайсама, с парой мелких животных в руках. Как я потом понял, это были зайцы. Развести костер труда особого не составило, как и приготовить зверьков: камень Огня превосходно мне помог в равномерной обжарке тушек. Не пришлось даже морочить себе голову насчет вертела — посредством камня Воздуха мне удалось удерживать ушастых в воздухе.

Готовка оказалась для меня также отличным опытом — до нее я не мог использовать сразу несколько камней. Раньше приходилось прерывать контакт с одним камушком для использования другого… За едой разговор что-то не клеился. Ширра больше был озабочен попытками согреться: дошло до того, что он использовал свой камень Иллюзий, внушая своему телу, что на самом-то деле ему тепло. Тайсама сидела какая-то задумчивая, а я не мог понять ее эмоции. Пришлось просто кушать зайца.

Путь продолжался.

И вновь меня посетил сон. Почти такой же… Точнее, тот же самый сон, его продолжение. Голос явно прекрасно помнил предыдущую беседу. На этот раз он даже удосужился поздороваться…

— Здравствуй, Каэхон! — Голос был все таким же: насмешливым, но вполне дружелюбным. — Спишь?

— Странный вопрос, — хмыкнул я. — Или ты мне наяву мерещиться начал?

— Да кто меня знает, — с сомнением произнес Гость. — Ладно, давай, что ли, я по делу поболтаю.

— Давай я лучше сначала вопрос задам, — перебил я его. — Кто такой Райдо?

— Это Путник, — усмехнулся голос. — Не кхае. Но и человеком его уже назвать сложно. Я бы подумал, что он полукровка, но у человека и абаттца детей быть не может. А так — смешной и интересный персонаж.

— Ему можно верить?

— Людям вообще нельзя верить. Я ответил на твой вопрос, теперь смирись — Гость говорить будет! — Торжественно произнес он и сменил тон на обыденный: — В общем, подумал я на досуге и решил: надо отменить в сем мире магию.

— Что? — Переспросил я. — ЧТО?! — Воскликнул, когда до меня дошел смысл высказывания моего Гостя. — Это как это, магию отменить? И главное — зачем?

— Как? Ну, это пока решаем. Ты же знаешь, что магия — это всего лишь общение с камушками, которые управляют материей, сознанием… Абаттцы — по сути те же камни магии.

— И?

— Ты тут мне не икай! А слушай дальше. Я практически подобрался к тем нитям, что связывают камни и плоть мира… Правда, возникает тут одна маленькая неприятность.

— Какая же?

— Кхае теряют свою магию.

— Это же глупо. Магия кхае сильнее, лишь она сможет привести к возрождению Абатты! — Пылко возразил я.

— Она уже не справилась однажды, — возразил Гость. — Вся эта магия. Боги посильнее оказались.

— Но лишая мир магии, ты лишишь кхае единственной защитой от богов.

— Напротив. Без магии Спящих Богов не пробудить. Да и почти все их вмешательство — наполовину магия.

— По-моему, это плохая идея, — не сдавался я. — Лишая кхае магии, ты лишаешь их основного преимущества…

— Я сделаю абаттцев сильнее, Каэхон. Конечно, сильные стороны порождают слабости — к примеру, магия кхае ограничивает рождаемость нашего народа.

— И что? Ты сделаешь нас сильными, почти неуязвимыми воинами? Которые будут чем-либо мучаться?

— Ну, — протянул Гость. — Именно это я и хотел сделать. А что тебе не нравится?

— Магия давала возможность Абатте существовать мирно, — пояснил я. — Смотри, возьмем те же Горки и старого кхае-алхимика. С помощью магии он превратил простой городок в настоящий рай!

— Я бы не стал столь категоричен, но соглашусь, — немного недовольно произнес голос. — И что же ты предлагаешь?

— Оставь магию. И дай абаттцам самим действовать.

— Ждать, наблюдая, как мой народ умирает? — Резко спросил Гость. — Я довольно долго этим занимался, надеясь, что вы сможете справиться сами. Я не вмешивался с того самого дня, как мой город поглотил водоворот… Не мог вмешаться: не хватало сил. Но я не могу бездействовать сейчас, когда есть возможность. — Вдруг Гость резко оборвал себя, послышался смешок. — Впрочем, что это я перед тобой исповедуюсь?

— Да Спящие Боги тебя знают, — попытался пожать я несуществующими плечами. — Может, давно ни с кем не общался?

— Скорее всего, — согласился он. — Ладно. С магией повременим. Но подумай, Каэхе деГах, над другими идеями…

— ДеГах? — Спросил я. — Может, на этот раз ответишь, что это значит?

Раздался тихий смех. Я проснулся.

Тайсама не спала. Она мерно точила свое орудие убийства, скучая. Вжик-вжик. Казалось, она была полностью поглощена своим занятием: иначе бы заметила, что я не сплю. В ней преобладала задумчивость, наверное, размышляла над заданием.

— Тай, — окликнул я ее. — Что не спится?

— Проснулся? — Удивилась она. — Спишь крепко в последнее время, даже зависть берет. Мне не спится. В лесу много звуков, запахов, которые напоминают мне мой дом.

Я кивнул, а потом прислушался к себе, к сердцу. Замок Клёна… Грусть отдалялась, воспоминания становились все более расплывчатыми. Лесная крепость вдали от городов казалась мне домом все меньше. В сердце моем все рос образ Абатты — большого, светлого города, чьи белые, стройные башни вздымались ввысь, соединяясь хрупкими мостиками, что образовывали паутину… Я помотал головой: какие-то странные мысли. Ложные воспоминания.

— А я грущу по Абатте, — тихо произнес я. — Мне кажется, что мой дом — там… А не в Замке Клёна. Все меньше во мне от Лорда Клёна. Меньше от мстителя-Каэхона, что так и не начал мстить. Но все больше от кхае.

— Ты меняешься. Я тоже меняюсь, тень Абатты коснулась и меня… Но ты быстрее становишься кхае, — грустно усмехнулась девушка. — Не знаю, нравится мне это или нет.

— Это судьба. За нас все решили, — вздохнул я. — Ладно, не время предаваться всякой ерунде! Буди Ширру — до цели рукой подать! Пара часов, и мы на месте.