Сергей Ксенжик - Магия в крови

— Нет уж, хватит с меня и этого подарочка!

И продемонстрировала свою правую руку, на которой вольготно расположился наруч в виде паука, из серебра и хрусталя. Пожав плечами, путник сказал:

— Не хочешь, не надо, но это действительно просто украшение. Первое заклятье, которое я выучил.

Демонесса фыркнула, в ее глазах зажглись насмешливые огоньки:

— Не смеши меня! Я скорей поверю, что первым своим заклинанием ты что–то взорвал!

Не смутившись, темный эльф ответил:

— Не–а, взорвал я вторым, и не что–то, а замковую оранжерею! А браслет я сделал для сестры на день посвящения! И это действительно было мое первое заклятие.

Немного подумав, он добавил:

— Первое удачное.

— И что это за день посвящения такой? Посвящения во что? В маги? — заинтересованно спросила демонесса.

— Нет, это день, когда девушка выбирает себе свои первые клинки. Главный день для будущей танцующей с клинками!

Погрузившись в воспоминания о доме, Мелиандр, то есть я, слегка отвлекся.

— Ладно, так и быть поверю!

Меня обдало порывом горячего воздуха, взглянув на ладонь, я увидел, что браслет с нее незаметно испарился. Глубокомысленно хмыкнув, произнес:

— Пожалуйста!

— А я спасибо и не говорила! — Ответила демонесса, примеряя браслет.

— Хоть имя свое скажи! А–то на «эй ты!» будешь обижаться!

Демонесса мгновенно ощерилась, демонстрируя свои ровные белые зубки, и зашипела как клубок змей, причем очень злых змей!

— Может тебе еще и заклятие–ключ от моего замка дать, где великие артефакты лежат?

Смутившись, я поспешил ее успокоить:

— Чего ты так нервничаешь? Нафиг мне твои великие артефакты нужны? У меня уже один есть, а как я не давно узнал, попарно они не уживаются!

— Потому что тот, кто узнает истинное имя демона, сможет им повелевать! И не делай вид, что ты про это не знаешь! — обличающее сказала она тыча в меня наманикюренным коготком.

— Ну, если честно демонологии меня учитель, в общем, то и не обучал, так пара заклятий для уничтожения особо опасных и все. — и сказав это, я надолго замолчал.

— Чего молчишь? Стыдно, что ли стало? Может снимешь? — Сказала она, опять демонстрируя мне наруч.

— Стыдно! — честно ответил я — Мало меня учитель по голове бил! Побывать в преисподней и накрошить кучу демонов, а про антидемонические заклинания забыть!!! «непереводимые идиоматические выражения темноэльфийского фольклора»!!! А снимать его я не собираюсь, жить мне еще не надоело. Ну а если не хочешь говорить свое имя, скажи хотя бы свое прозвище, надо же мне тебя, как ни будь называть!?

— Можешь звать меня Ангелина!

Нехотя ответила она.

— Хм–м, довольно странное прозвище для демона, ты так не считаешь?

— Нормальное имя! Мне его дали за мой ангельский характер!

Ответить, на это наглое заявление, я не успел. Из придорожных кустов на меня кинулся скелет гигантского волка, его челюсти щелкнули в паре дюймов от моего лица, обдав меня запахом тления. Продвинутся дальше, ему помешала плеть из живого огня, захлестнувшая его шею. Рывок и на землю рухнул обезглавленный костяк, а прекрасная демоннесса поправила прядь волос, вернув ей свою изначальную форму, и усмехнувшись, двинулась ко мне.

— За тобой должок, малыш.

Ответить я опять не успел, из кустов за спиной Ангелины выплыла костистая фигура в развивающемся саване, увидев Ангелину и остатки своей собачки, она быстро сложила два плюс два и попыталась сграбастать ее своими лапами. Но, схлопотав в лобешник самую мощную молнию, на которую я был способен, передумала и метнулась ко мне.

— Один–один!

Успел проорать я, прежде чем оно меня достигло, а после этого принялся познавать прелести рукопашной с умертвием, для не знающих основ некромантии поясню: умертвие, это этакий умственно недоразвитый личь. Обладая силой лича и мозгами зомби, эта тварь превосходила по опасности и тех и других вместе взятых. И хотя я пока удачно уходил от его смертоносных объятий, жизненные силы все равно покидали меня, вытягиваемые потусторонней аурой этого существа, даже не смотря на магические щиты. Пару раз в схватку пыталась вмешаться Ангелина, ее огненные плети, щелкающие то тут то там, изрядно подпортили мне нервы, умертвие же кажется, их просто не заметило. Но, в конце–концов мне удалось проскользнуть ему за спину и, быстренько вознеся хвалу Баст, всадить жертвенный нож ему между лопаток. Полыхнула ослепительная вспышка и на землю осыпались, звонко стуча друг о друга обугленные кости. Тут же откуда–то издалека, до меня донесся крайне недовольный и очень знакомый голос.

— Опять мертвечина? Ничего посвежее нет? Чем ты там занимаешься?! Ой! Держись!!!

Крикнув это, она замолчала, но с двух сторон от дороги из земли, ударили потоки голубого света и из–под земли стали подниматься четырехрукие воины с кошачьими головами, их тела стеклянисто отблескивали, а в глазах пылал голубой огонь. Прозвучала звон хрустальных колокольчиков и все как один они повернулись на запад и обнажили клинки. Тут же из–за леса донесся вой, странный вой, не одно живое существо не смогло бы издать ничего подобного. Этот вой буквально иссушал душу, выпивая из нее все чувства и оставляя только страх, дикий животный страх.

Я спокойно все это констатировал, глядя как бы со стороны, врожденный иммунитет к психотропным заклинаниям передавался в нашем роду по наследству, и сейчас, когда мое тело отчаянно боялось, и хотело бежать! Все равно куда, лишь бы подальше от сюда, я отстранившись от него спокойно за всем этим наблюдал, что не мешало мне железной хваткой, держать тело на месте. Интересно, что было, если бы на нашем месте оказался какой–нибудь торговый караван?

— Бойня была бы!

Ответила Ангелина, наверное, последнюю мысль, я высказал в слух. Сама Ангелина держалась тоже неплохо, лишь слегка побледнела и вздрагивала время от времени из–за пробегающей по телу дрожи.

— Знаешь что это?

Спросил я, уже зная ответ.

— Дикая охота. — Ответила она сразу.

— Правильно, так что давай сюда свою руку, нам понабиться все наши силы.

Она невесело улыбнулась, и сказала:

— Уже меня не боишься?

— Не боюсь, а уважаю! И ты, во всяком случае, приятна глазу!

С этими словами я разомкнул браслет на ее руке, она улыбнулась еще, на этот раз уже веселее.

— Я приятна не только глазу, и если выживем, ты это узнаешь, — Томно пропела она, приняв облик суккуба — если бы еще твой браслет не мешал мне восстанавливать мои силы, из–за него мой запасник почти пуст.

— Ты хочешь сказать, что на поляне ты сражалась со мной с пустым запасником? — слегка ошарашено спросил я.