Савелий Свиридов - В погоне за истиной

Но у доски объявлений толокся хитро поглядывающий по сторонам Малко, явно никуда не спешивший. Пришлось прогуляться до собственных комнат. И лишь удостоверившись, что македонец тоже вернулся к себе, быстрым шагом устремились на третий этаж.

Вновь, как и год назад, в ответ на требование остановиться Эрик решительно заявил о желании поскорее увидеться с Архимагом.

— У меня есть основания полагать, что смерть мистера Пэтсоу была подстроена!

Где-то с минуту статуи оставались безмолвны.

— Эрику Ставцеву на 14:00 назначена аудиенция, — сообщила, наконец, одна из них.

— А меня, получается, побоку? — обиделся Гека.

— Почему-то Гарозиус не захотел тебя видеть.

— Это потому, что ты говорил лишь за себя! Эй вы там, передайте Гроссмейстеру: нас здесь двое!

На сей раз долго ждать не пришлось.

— Решение Архимага окончательное, — с едва уловимой насмешкой в голосе ответствовал ближайший к ним ангел.

— Ну и ладно, не больно-то и хотелось, — презрительно скривившись, Гека направился вниз по лестнице.

— Да погоди ты! Если я действительно виноват, то приношу глубочайшие извинения. Не со зла, в прошлый раз нас сразу телепортировали вдвоём, и я на сто процентов был уверен — сейчас произойдёт то же самое. Давай так: когда соберёмся сюда вновь, инициативу полностью передам в твои руки.

— Расскажешь хотя бы, чем закончится аудиенция?

— Слово в слово, если пожелаешь. Какой смысл утаивать, когда намедни сам пришёл к тебе с газетой?

— Эх, чего-то мы становимся всё более и более подозрительными друг к другу, — посетовал Гека, немного приостыв. Даже грустно становится. Ну не могу я постоянно быть начеку и фильтровать базар даже в приятельской болтовне!

— Думаешь, мне это приятно? Утешаю себя философской мудростью — в каком бы коллективе ты не оказался, везде найдутся индивидуумы, отравляющие жизнь окружающим. Мир, увы, несовершенен, и никуда не денешься от выпадов в свою сторону. А в более сложном варианте придётся не только размахивать щитом, парируя удары, но ещё и защищать тех, кто тебе дорог. Либо смириться с ролью бесхребетного существа. Сообщество волшебников, увы, не исключение.

— Представь себе, подумал о том же самом. Даже обладание поистине фантастическими возможностями по сути не меняет ничего.

— Скорее усугубляет проблему. Приходится просчитывать последствия своих и чужих действий с поправкой ещё и на магическую составляющую. Помнишь, как двойника твоего ловили? Во внешнем мире подобная ситуация в принципе невозможна, поэтому и сообразили не сразу.

— Кого вспомнил, однако… Знаешь, когда прикоснулся к нему, на мгновение испытал шок. На меня обрушился водопад отрицательных эмоций — ненависть, гнев, зависть, неодолимое стремление причинять боль другим и тем ослабить собственную. Но в тот момент самым сильным переживанием являлся страх. Какой, наверное, испытывают приговорённые к отсечению головы, когда палач уже занёс над ней топор. До сих пор где-то в глубине души корю себя за поспешность.

— Из-за которой мы лишились великолепного шанса прояснить ситуацию и значительно уменьшить количество стоящих перед нами проблем. А если серьёзно — всё сделал правильно. Помнишь ту книгу, «Бездушные существа»? Так вот, главное отличие фантомов от нас, простых смертных — их не терзают вопросы морали и нравственности, они неспособны осознать неправоту собственных деяний. Соответственно, бесполезны попытки их поворота на светлую сторону.

— Эх, мне бы твою уверенность. Почему-то подсознательно не оставляет сознание допущенной ошибки. Хотя чего теперь рассуждать, вряд ли в ближайшем будущем пожалуют новые. Ты на обед идёшь, или как?

— А чего там сегодня дают?

— Салат из креветок, жареная курица со спагетти, остальное не помню.

— Тогда пойду. Как дело к часу, забежишь за мной?

Эх, надо было в столовку не до, а после, мелькнула запоздалая мысль, когда подошло время отправляться на встречу с главнокомандующим Гильдии. Набитое брюхо не очень способствует обсуждению серьёзных тем. Но сделанного не воротишь, впредь будь умнее, пожелал Эрик самому себе.

Кабинет Архимага практически не изменился с момента их с Лиэнной визита сюда. Ах да, ему же ещё пришлось побывать здесь после разоблачения Билли, но тогда не до рассматривания окружающей обстановки было. Наверное, и столетие назад всё выглядело так же… хотя нет, в те времена верховодил Уручжи. Самое занятное — никто из Мастеров толком не знал, куда тот подевался после ссылки на остров Раротонга. В большинстве своём склонялись к мысли — раз давно не слышно и не видно, скорей всего помер. Но можно ли утверждать наверняка, если никто не присутствовал на похоронах, и где находится могила, отчётливого представления не имел.

— Как понял, речь пойдёт о заметке в последнем номере «Магического Вестника», — высказав слова приветствия, сразу же перешёл к делу ректор.

— Совершенно верно.

— Ужасное происшествие, не спорю. Мы все скорбим о Патрике. Настоящий учёный и верный соратник Гильдии! Но почему ты считаешь, будто его смерть обусловлена вмешательством извне?

— Ну посудите сами: какова вероятность гибели от порвавшейся элетропроводки? Наверное, даже меньше, чем эскимосу подхватить африканскую лихорадку. Здесь явно имело место убийство!

— Сильно сказано! Чтобы утверждать такое, на руках должны быть весомые доказательства. Или знаешь нечто, способное опровергнуть официальную версию?

Игра полутеней, создававшихся зажжёнными ввиду непогоды светильниками, придавала лицу Архимага странное выражение: казалось, он снисходительно улыбается.

— Да поймите же, — разгорячился Эрик, отчётливо вдруг осознав призрачность шансов убедить Гарозиуса, используя лишь собственные подозрения. — Я не параноик, в каждым неприятном событии видящий вмешательство злой воли. И вовсе не уверен в правоте своего предположения. Давайте расскажу всё по порядку, и вы решите, прав или нет. Ещё весной я, воспользовавшись случаем, поинтересовался у мистера Пэтсоу, каким образом в нашу замечательную Академию могли попасть Билли и Майкл, способные лишь позорить её славное имя. И тот ответил, мол, ему и самому они не понравились, но поскольку их рекомендовал Мастер Джейкобс, возражать не стал. Однако, узнав о «подвигах» янки в стенах Штарндаля, пообещал лично встретиться с их протеже и выяснить мотивы, побудившие уважаемого в прошлом волшебника сделать столь странный выбор учеников. Явно не за просто так им помогли стать студентами. Побоявшись разоблачения, Джейкобс вполне мог подстроить «несчастный случай», а поэтому его непременно нужно поймать и допросить! И если выяснится, что понапрасну оклеветал честного человека, готов сразу же положить на стол заявление об уходе!