Каверелла - Всегда есть подвох!

Феарольф улыбнулся ему.

— Хотя, и не должен, — погрозился волшебник. — Он привязался к людям, от того и находится рядом. Но дом его Свобода…

— А ты что, и с ним знаком? — засомневалась Маша.

— Я вообще, много кого знаю, — усмехнулся старик.

— Ух, ты! А познакомишь меня?

— Хэх, — выдохнул Горвин. — Придет время, сама с ним познакомишься.

Маша потерла нос. — Ладно, — и отвернулась в окно. — Может мне удастся с ним договорится, дабы не стареть ещё какое-то время.

— Ну, для этого ты можешь поселиться за воротами там время давно остановилось, и никто не стареет. Но это и так твой дом, все чудеса родом оттуда.

Девушка вдруг подумала, если уж на то пошло, и она обладает какой-то силой и избранна 'спасти' мир, то должно же это как то сыграть ей на руку. Ведь наверняка эта сила таит в себе кучу полезных для нее плюсов.

— Деда? — заинтересованно произнесла Маша и загадочно улыбнулась.

— Ну?

— Получается я важная и крутая?

Горвин посмотрел на внучку. — Нисколько.

— Но?

Блондинка засмеялась, но получив локтем в бок, тут же смолкла.

— Ты умеешь извергать молнии? — спросил волшебник и хитро сверкнул глазами.

— Нет, — ответила Маша.

— Быть может заклинания какие знаешь?

— Нет…

Горвин почесал подбородок. — Ну, может быть ты отличница по математике? Или знаток квантовой физики?

Поняв, к чему клонит ее дедушка, Маша закатила глаза.

— Хорошо! Я поняла тебя.

Старик довольно сложил руки на груди и сладко протянул. — Вот видишь ты вовсе не крутая, — а через мгновение молчанья продолжил. — Но ты можешь такой стать, если появилось желание.

Маша обиженно посмотрела на волшебника.

— Для того, что бы в твоем понятии стать важной, я не собираюсь зубрить ненавистную мне алгебру.

Горвин по-доброму рассмеялся, — Моя дорогая, но дело не в математике или физике. Если у тебя есть тяга, то можешь заниматься чем угодно. Что бы стать достойным, стать 'важным' нужно лишь одно — делать Свое дело и делать его хорошо. Каким бы оно ни было. Вот Нэльс — фонарщик. Опять же по призванию, — продолжал волшебник. — А ты?

Маша выпрямилась, как струна. Разговоры о выборе профессии ее всегда напрягала, а дедушка явно к этому и вел. Эх, как быстро сменилась тема!

— Ты уже определилась, куда поступать. Нашла институт? Я не успел спросить у тебя это в письме.

— Конечно! — парировала Маша. — Ты же умер.

Горвин медленно выдохнул. — Не хочешь говорить об этом?

— Нет, — коротко ответила девушка. — Умеешь же ты испортить настроение своей внучке. Это случайно не твое призвание?

Маша действительно не хотела говорить о том, куда решила поступать. И не потому что была обижена на деда, просто то, кем она хотела стать, не вызывало бы его одобрения. Маша не собиралась поступать в вуз, она выбрала обычное училище, которое все пытаются называть более престижным словом 'лицей'. Но сути дела — это не меняет — Мария станет обслуживающим персоналом. Это решение девушка приняла ещё в начале года, когда по школе ходили представители вузов и настойчиво рекомендовали им определиться. Большинство из Машиных бывших одноклассниц поступали в институты, которые им выбирали родители. И делали это, потому что Надо получать высшее образование. Маша же не любила слова 'надо' и 'ты должна'. Она считала, что с предложениями 'кем ты хочешь стать' к ребенку должны были приходить ещё в первом классе, предупредив, что после одиннадцатого, об этом выборе придется сказать родителям. Маша боялась сказать дедушке о своем.

— Хорошо, хорошо, — сдался волшебник. — Когда захочешь, сама расскажешь. К тому же этот твой выбор не имеет значения, тебе уготована участь иная…

— Получается, для тебя ни один мой выбор не имеет никакого значение. Важно только то, что ты хочешь?

— Есть призвание, а есть глупые амбиции. Важно уметь отказываться от ненужного. К чему ты вообще задала этот вопрос?

— Уже не важно.

— Маааша, — настойчиво протянул Горвин. — Говори.

Маша быстро сдалась. — Мне просто интересно. Если, я, как вы говорите, очень важная персона, в смысле хранитель.

— Так, — с улыбкой согласился волшебник.

— Есть у меня, в связи с этим, какие-либо привилегии? Так сказать для личного пользования.

Волшебник сурово сдвинул густые брови.

— У тебя ещё нет ни какой силы, а ты уже хочешь пользоваться ее привилегиями?

— Ну, началось, — выдохнула Маша. — Злыдень, когда ты стал таким занудой?

Фонарщик и книгочей напугано переглянулись. Они и в мыслях не могли представит, что таким тоном можно разговаривать с одним из старейшин. Но на их удивление реакция волшебника была положительной.

Он рассмеялся:

— Ох-хо-хо, моя дорогая! Я всегда таким был. Вон спроси у Рольфа. Не так ли?

Господин Вира улыбнулся. — Даже боюсь с тобой спорить. Ты не только зануда, но и хороший пакостник.

Волшебник закатился новой волной звонкого смеха.

— Так как насчет привилегий? — не унималась Маша.

— Да нет у тебя ни каких привилегий, — утирая проступившую слезу, ответил Горвин.

— А жаль. Если бы были, я охотнее принимала участие в ваших мероприятиях.

Волшебник лишь развел руками.

— Погодите, — вмешался Марк, сидевший напротив Маши. — Кажется, первый хранитель может быть опасен, не только из-за того, что силы у него больше чем у остальных. Но и потому что у него есть Право Первого Хранителя, — произнес книгочей и поймал на себе совсем не дружелюбный взгляд волшебника.

— Опаньки! — обрадовалась Маша. — С этого места поподробнее. Мало того, что у меня силы больше, так ещё и право перового хранителя есть. И почему я все последней узнаю. Что это за право такое?

После недолгого молчания, оторвав суровый взгляд от рыжеволосого парня, Горвин ответил. — Вообще-то, я не собирался тебе об этом так скоро говорить.

— Это очевидно.

— Но если уж у твоих 'друзей' язык длиннее, чем извилины в мозгу… Использования этого права, действительно может быть опасным. Если применить его неправильно. Магистериум не зря упоминает это в своих книгах.

— Ну, так скажи, в чем оно заключается, что бы я не совершила сей глупости. Не хочешь? Тогда я спрошу у Марка, — резво произнесла Маша и с задором посмотрела на книгочея. Правда, у того, желание что-либо рассказывать значительно поубавилось.

Горвин в очередной раз вздохнул.

— Нет, ну что с ней делать?

— Рассказывай уже, — улыбнулся Феарольф.

— Я конечно же, для начала, предпочел заручиться поддержкой короля и после начать твое посвящение. Но, раз все и так вышло из под контроля.