Ольга Сергеева - Дочь Кузнеца

— Она иногда молчит целыми днями, — поспешил заметить купец.

— Она не урожденная рабыня? — проговорила Дарина, и было непонятно, спрашивает ли она или утверждает.

— Я не знаю. Я не выяснял у ее предыдущего хозяина, — Заниле показалось, что в голосе купца промелькнуло что-то похожее на смущение, но он тут же взял себя в руки и продолжил уже гораздо увереннее. — Да и какая разница? Мордашка смазливая, цена бросовая! Я уверен, ты сумеешь выдрессировать ее, как надо!

— Вот это верно! — усмешка Дарины превратилась в оскал, показав два ряда крупных белых зубов. Женщина замахнулась хлыстом, не разворачивая его во всю длину, и толстое кожаное кнутовище, сложенное в несколько раз, опустилось на плечо маленькой рабыни, заставив ту пошатнуться. Боль была резкой, правая рука моментально отнялась от плеча до кончиков пальцев. Занила сморщилась от боли, с трудом удержавшись, чтобы не сжать здоровой рукой то место, куда пришелся удар. Она и сама не знала, что именно заставило ее сдерживаться. Наверное, какой-то врожденный, а может уже и приобретенный рефлекс подсказывал ей: если ты оказалась лицом к лицу с хищником, не показывай ему свой страх, свою боль и свою слабость. Если, конечно, хочешь выжить. А сейчас перед ней стоял именно хищник. Правда может быть, и не самый страшной из тех, что ей довелось повстречать. Да, определенно, не самый страшный. Эта мысль, а может быть то, что боль отступила, заставило Занилу выпрямиться и, глядя в глаза надсмотрщице, встретить ее крик. — На колени, тварь! — и новый удар, пришедшийся уже по спине.

На колени Занила, действительно опустилась, точнее рухнула под очередным ударом Дарины. Боль безумным пожаром полыхала в правом плече и лопатке, притупляя восприятие окружающего, но голос Мабека Дагара она все же услышала:

— Осторожнее! Не испорти мне товар!

— Не извольте беспокоиться, почтенный Дагар, — голос Дарины звучал где-то над головой. — Это лишь урок, совсем небольшой, но очень важный. Он называется: Это не правда, что ты когда-то была свободной. Сейчас эта маленькая рабыня принесет нам искренние извинения за свои поступки и пообещает в будущем вести себя так, как и полагается хорошей рабыне.

Новый удар кнута бросил Занилу вперед, и только вставленная вперед левая рука удержала ее от того, чтобы не рухнуть лицом в каменный пол, а точнее, чтобы не уткнуться в ноги Дарины, подошедшей к девочке вплотную.

— Я жду рабыня!

Занила приподняла голову, скользнув взглядом по мускулистым ногам надсмотрщицы, оказавшимся прямо перед ней. Кожаные ремни сандалий оплетали щиколотку, доходя почти до самого края узких штанин, но заканчивались все-таки ниже на левой ноге, а на правой… Заниле потребовалась всего лишь доля мгновения, чтобы понять, что именно она видит перед собой. К правой лодыжке надсмотрщицы под штанами были прикреплены ножны. Костяная рукоять кинжала едва заметно высовывалась вниз. Даже не профессионал мог бы понять: такие ножны предназначены не для того, чтобы быстро выхватить кинжал в пылу драки, а скорее для того, чтобы совершенно незаметно носить его все остальное время.

Решение пришло мгновенно. Правую руку она по-прежнему не чувствовала, но это и не важно: когда-нибудь все равно придется учиться владеть и левой. Губы девочки едва слышно, только для самой себя прошептали:

— Жди.

Откинуться назад, освобождая левую руку, на которую еще секунду назад приходился вес всего тела. Рука метнулась к лодыжке надсмотрщицы, пальцы сжимаются на рукояти кинжала, дергают его вниз. Тот легко выходит из ножен, как и должно вести себя хорошо подогнанное оружий. Рывок вверх, всем телом, собрав последние силы, заставив себя не думать о боли, раскаленными щипцами скрутившей мышцы спины. Да и какая боль, когда перед тобой обнаженное горло твоего врага!

Клинок замер, проткнув самым кончиком смугло-желтую кожу, пустив тонкую струйку крови сбегать по жилетке. Занила стояла на цыпочках, от боли в спине с трудом удерживая равновесие, ее правая рука безжизненно свисала вдоль тела, но левая с зажатым в ней кинжалом даже не дрожала. Хлыст замер над ее головой. В светло-голубых глазах надсмотрщицы плескалось искреннее недоумение от происходящего. Голос купца разорвал тишину, ставшую вязкой.

— Я, кажется, забыл сказать, что она умеет обращаться с ножом.

— Умеет? — струйка крови, стекающая по горлу, не помешала губам Дарину сложиться в насмешливую ухмылку. Правая нога Дарины резко ударяет по лодыжке девочки. Занила пошатнулась, не удержав равновесия, и кинжал чертит новую царапину по смуглой коже. Но в этот момент Дарина все-таки завершает свой задержанный удар, и хлыст, на этот раз развернувшись во всю длину, падает на плечо и спину рабыни. Резкий взмах ногой с разворота по запястью, все еще сжимавшему нож, и тот летит на пол, звонко ударяясь о каменные плиты.

Занила рухнула вслед за ним, застонав сквозь зубы: запястье словно взорвалось болью. Теперь, кажется, она не владела ни одной рукой, да и спина… Перед лицом Занилы вновь оказались уже так знакомые ей ноги, обтянутые кожаными ремешками, вслед за ними по полу змеился кончик хлыста. Занила искренне удивилась, что этот хлыст сейчас не опускается в очередной раз ей на спину. Она медленно подняла лицо вверх, встретившись глазами с взглядом надсмотрщицы. Позади нее стоял Мабек Дагар. Они оба с каким-то странным интересом разглядывали свое приобретение.

— И сколько вы за нее заплатили, почтенный Дагар?

Купец только задумчиво покачал головой, отвечая вопросом на вопрос:

— И что теперь с ней делать?

Равнодушное пожатие плечами:

— Хозяин приказал бы ее убить, — Дарина раздраженно прикоснулась к царапине на шее и зашипела от боли, — вы же знаете.

— Ага, а золотые мне из своего кармана возмещать?! — взвился купец и, сорвавшись с места, зашагал по комнате. Остальные рабыни метнулись с его пути к стенам, старательно изображая из себя глухие, слепые и немые предметы обстановки. Даже Райша с Ларкой быстро сообразили, что к чему, и затаились.

Занила осторожно оперлась на правую руку (та болела все-таки не так сильно) и поднялась на колени.

— Господин, — проговорила она, — госпожа… Я прошу простить меня за мой поступок. Я никогда не повторю больше ничего подобного…

Купец резко остановился и развернулся к ней. Дарина коротко хохотнула, окинув презрительным взглядом рабыню у своих ног:

— Я думала, на этот раз почтенный Дагар приобрел кое-что действительно забавное, — последнее слово она будто выплюнула. — Но ты такая же, как все. Даже самой последней жалкой рабыне страшно подыхать!