Джон Толкиен - Хоббит, или Туда и обратно (пер. В. Маториной)

…Через неделю или две такой ползучей жизни, наблюдая и подслушивая, хоббит смог обнаружить, где держат гномов. Их камеры находились в самых разных уголках дворца, и понадобилось несколько дней, чтобы выучить дорогу к каждому.

А как он потом удивился и обрадовался, услышав разговор караульных, из которого понял, что в особо темном месте содержится еще один гном! Он сразу догадался, что это Торин, и вскоре его догадка подтвердилась. С большим трудом ему удалось добраться до камеры Торина и переговорить с ним.

Торин был уже так измучен, что даже перестал злиться и начинал подумывать о том, чтобы рассказать Королю эльфов про свой Поход за сокровищами (вот как он упал духом), и вдруг из замочной скважины раздался голосок хоббита. Торин ушам своим не поверил. Потом все-таки убедился, что не ошибся, подошел к двери и долго шептался с Бильбо.

После этого Бильбо тайно сообщил каждому гному, что их вождь Торин тоже здесь в тюрьме, и передал им приказ ни в чем не признаваться, пока Торин не позволит. Потому что Торин, узнав, как хоббит спас его спутников от пауков, снова приободрился и решил не поддаваться и не обещать Королю часть своих сокровищ за свободу, пока есть надежда выбраться другим способом, т. е. пока замечательный господин Торбинс-Невидимка (мнение о котором у него необыкновенно выросло) не придумает что-нибудь умное.

Получив такое известие, гномы единодушно со всем согласились и обрадовались. Они все, как один, думали, что их собственные доли в сокровище (которое они уже считали своим, несмотря на то, что дракон был пока жив, а они сами попали в переплет) могут серьезно пострадать, если Лесные эльфы потребуют себе часть.

Кроме того, они верили Бильбо. Выходило так, как говорил маг. Может быть, именно поэтому он их и оставил в его надежных руках, а сам ушел. Один Бильбо не тешил себя радужными надеждами. Его смущало, что от него теперь зависит судьба остальных, и он предпочел бы, чтобы рядом был маг. Но этого быть не могло — между ними лежало все мрачное Лихолесье. Хоббит сел и стал думать, и думал, пока у него голова чуть не лопнула, но ни одной светлой мысли не появилось. Одно волшебное колечко, конечно, хорошо, но с его помощью получается один невидимка, а не четырнадцать.

И все-таки именно Бильбо всех выручил, и вот как это произошло.

Однажды, вынюхивая и выслушивая, хоббит открыл очень интересную вещь: большие ворота были не единственным выходом из пещерного дворца. Под нижними пещерами, оказывается, протекала еще одна речка, впадавшая в Лесную реку несколько восточнее, уже в низине. Там, где эта речка вытекала из-под земли на склоне Лихолесского Всхолмья, был шлюз. Потолок пещеры нависал низко над потоком, и из него опускалась решетка до самого дна, чтобы никто не проник внутрь или наружу в этом месте. Так было задумано, но на самом деле решетку почти всегда держали открытой, потому что речка выполняла роль грузового тракта. Проникнув в пещеру через шлюз и проплыв немного против течения, можно было оказаться довольно глубоко в темном туннеле под дворцом. В одном месте над речкой виднелось что-то вроде люка из дубовых досок, который открывался в королевские подвалы. В подвалах рядами стояли бочки, бадьи и бочонки, потому что эльфы, и особенно Король, обожали вино, а виноград в их краях не рос. Вино и другие товары привозили издалека, из страны Южных эльфов или с виноградников людей, живших тоже не близко.

Пробравшись однажды в подвал и прячась за бочками, хоббит узнал о существовании и назначении люка, а потом подслушал разговор слуг Короля и понял, что сначала все товары, включая вино, по рекам или по суше завозятся к Долгому Озеру. Там, оказывается, до сих пор есть город на сваях на самом Озере, которое спасает людей от врагов и даже от дракона с Горы. С Озера бочки с вином переправляют по Лесной Реке вверх по течению; чаще всего их связывают в плоты и поднимают по реке на веслах и с помощью шестов, а иногда грузят в лодки. Освободившиеся бочки эльфы спускают через люк в подземную речку, и они плывут по течению до того места, где недалеко от впадения в Лесную Реку берег нависает над водой. Здесь их собирают, связывают в плоты и транспортируют дальше в Озерный Город, построенный возле устья Лесной Реки.

Когда Бильбо все это узнал, он стал думать о люке и шлюзе, и о том, нельзя ли использовать подземную речку для побега с друзьями, и наконец у него в голове возник отчаянный план.

Мимо Бильбо по туннелю шли охранники с факелами, которые только что отнесли пленникам ужин, и хоббит услышал, как дворецкий Короля говорил начальнику охраны:

— Пошли со мной, попробуем новое вино, которое только что привезли. Я сегодня всю ночь буду работать, надо освободить подвалы от лишней тары, так что давай выпьем, чтобы легче было.

— Отлично, — отвечал, смеясь начальник охраны. — Я попробую вместе с тобой, что там получили, и заодно проверю, годится ли вино для Королевского стола. Сегодня будет пир, и плохое вино подавать нельзя.

Услыхав такой разговор, Бильбо весь затрепетал. Ведь счастье само плыло в руки, вдруг отчаянный план удастся! Он прокрался за двумя эльфами до подвалов, где они уселись в нише за столиком, поставив на него две большие бутылки. Скоро они уже пили и смеялись, а счастье, видно, решило не покидать Бильбо. Эльфа ведь очень трудно свалить с ног, но это вино оказалось крепким и выдержанным напитком с виноградников Дорфониона, предназначенным не для слуг и солдат, а только для королевских пиров, и пить его полагалось рюмками, а не большими кружками дворецкого. Скоро начальник охраны уже крепко спал, положив голову на стол. Дворецкий еще некоторое время хохотал и разговаривал сам с собой, потом стал тоже клевать носом, наконец положил голову на стол и захрапел.

Вот тут-то Бильбо и начал действовать. Сначала начальник охраны лишился ключей. Потом хоббит со всех ног бросился по темным коридорам к камерам. Солидная связка ключей оттягивала ему руки, и, как он ни старался, ключи то и дело громко брякали друг о друга. Его бросало в дрожь, а сердце уходило в пятки, несмотря на Кольцо.

Первым он открыл дверь камеры Балина, и как только гном вышел, запер ее снова. Балин страшно изумился, обрадовался, и так как хотел все разузнать поскорее, остановился прямо у «своей» двери и начал задавать вопросы.

— Сейчас не до этого, — сказал хоббит. — Быстро иди за мной! Надо еще всех собрать, потому что мы спасемся все, ил» никто не спасется, это первый и последний шанс. Если нас обнаружат, неизвестно куда засадит тебя Король, но уж руки и ноги после побега наверняка тебе закуют. Так что нечего разговаривать, пошли скорее, вот молодец!

И они пошли, почти побежали от двери к двери, пока гномов не стало двенадцать, и надо сказать, что двигались они довольно быстро, хотя было совсем темно и от долгого сидения ноги у них затекли. Правда, у хоббита душа уходила в пятки каждый раз, когда кто-нибудь спотыкался, натыкался на соседа, бурчал «ли начинал шептать в темноте.