Иван Казаков - Нед. Лабиринты забытых дорог

Нед улыбнулся, и коротко рассказал, что тут случилось, чем привёл Амелу в удручённое состояние духа. Особенно её расстроило то, что в таком виде девушку видели все, кому не лень, и теперь не избежать насмешек брата, да и принцев тоже.

Впрочем, через минуту после рассказа, её больше заботила другая проблема – голова трещала, во рту гадко, в животе будто кол вбили.

Амела опять сжала голову, и простонала:

— Как я жалею, что с нами нет Герлата! Сейчас бы полечиться!

Неожиданно дверь открылась и в неё вплыл небольшой поднос, на котором стоял стакан с чем‑то тёмным, какой‑то бурой жидкостью отвратительного вида и цвета. Возле этого стакана стоял другой, прозрачный – видимо с водой.

Поднос подплыл к Амеле и опустился на кровать рядом с ней. Стакан с бурой жидкостью взлетел и повис перед лицом девушки, ожидая, когда она возьмёт его в руки.

Амела помедлила, оглянулась на Неда, как бы ища поддержки, пожала плечами и схватив лекарство в два глотка влила его себе в глотку. Захрипела, вытаращив глаза, схватила стакан с водой и выпила его до дна. Бросила, и замерла, держась за горло.

— Ты как, в порядке? – всполошился Нед – ну, чего молчишь?!

— Не могу говорить! – просипела девушка – это такая гадость! Такая гадость! Небось смеются сейчас!

— Кто?

— Демоны! Кто же ещё?! Ох, и пакость… у меня горит всё внутри!

— А голова прошла?

— Голова‑то прошла… вот только это лекарство хуже головной боли! Можно, я у тебя полежу? – без перехода добавила она – сил нет тащиться к себе.

— Лежи – кивнул Нед, и легко вскочил с постели – я пока займусь тренировкой, и мне нужно выпить лекарство Сенерада. Только не болтай, не отвлекай, ладно?

— Не буду – пообещала Амела и вытянулась на том месте, где только что лежал Нед. Углубление в мягкой перине ещё хранило тепло его тела, и девушка с удовольствием поёжилась – хорошо! Голова успокаивается, тошнота проходит… она лежит в постели любимого мужчины и смотрит, как он скачет по комнате, управляясь с мечами. Красивое зрелище, надо сказать!

Амела тихонько ощупала себя, прислушалась к ощущениям, вздохнула – нет, похоже, что ничего такого ночью не было. А может и к лучшему? Как‑то противно… пьяной, грязной… Не так она представляла себе Первый Раз! Ну пусть не так, как в книжке, но… пусть это случится не тогда, когда она нажралась до визга и слез.

Ой, как неприятно… начали подниматься из памяти картинки того, что происходило прошлым вечером. Как она стояла на коленях возле унитаза, и… Бррр!

Амела покраснела от головы до пят, и накрылась одеялом, чтобы Нед не увидел румянца стыда. Потом ей стало смешно – вот это она вчера устроила представление!

Девушка тихо захихикала под одеялом, и её смех становился всё сильнее и сильнее. Чтобы не помешать Неду, она уткнулась в подушку, и стала ржать, как молодая кобылица, вдруг вспомнив глаза своих трёх спутников, вбежавших в ванную комнату, где они с Недом совершали «омовение»! Вот это было зрелище!

Кто‑то тронул Амелу за плечо и она резко повернулась – Нед. Он посмотрел на девушку и нерешительно спросил:

— Ты как? Ты чего там, плачешь, что ли? Да наплюй! Ну, нажралась – надо же было когда‑то попробовать, что это такое. Теперь знаешь – ничего хорошего. А с чего ты решила напиться? Ты вообще‑то раньше пила когда‑нибудь?

— Не–а. Дед не разрешал, говорит – пьянство приводит к ослаблению воина. Да мне и самой не хотелось. А пила я потому, что расстроилась. Ты меня не замечаешь, не любишь… Вот я и решила немного выпить. И не рассчитала. Вот почему ты меня не замечаешь? Я некрасивая? Уродливая? Я не сравнюсь по красоте с Сандой, это верно. Она настоящая красавица, да, но я ведь красивее многих женщин в этом мире, ты же знаешь. И я здесь — а Санда там, далеко. Ты всё равно к ней вернёшься, я знаю. Так ведь и я не требую от тебя, чтобы ты навсегда остался со мной. Просто выдели у себя в душе немного места и для меня… я большего ведь не прошу! Ну, чего молчишь?

Амела выпростала руку из‑под одеяла и провела ладонью по выпуклым грудным мышцам Неда, горячим после интенсивной тренировки. Он грустно улыбнулся, взял её ладонь в свою, и тихо сказал:

— Давай вернёмся к этому вопросу позже… когда‑нибудь. Мне кажется – сейчас не время, и не место. Чтобы уж было ясно – я не считаю тебя уродкой. Более того – считаю очень привлекательной, очень желанной, девушкой, ради которой многие мужчины бы совершили массу глупостей. И думаешь я не хочу тебя? Очень хочу. Ты мне сегодня снилась… да, да – снилась. Но это ничего не значит. Мне кажется, что ты достойна большего, чем мимолётная связь, чем простое удовлетворение желания. Мы уже с тобой говорили об этом, и ты опять понимаешь этот вопрос? Зачем?

— Затем, что я сама могу решить, что мне нужно, а что нет! Почему ты решаешь за меня? ЭТО – не твоя забота! Я решаю – кого мне любить, и с кем мне спать! Ты смотришь на меня как на дурочку, как на дитя! Но я взрослая женщина! – Амела откинула одеяло и вскочила на ноги, встав перед Недом, подбоченившись и нахмурив брови – ну посмотри, я похожа на маленькую девочку? У меня что‑то не выросло, и ты принимаешь меня за ребёнка? Уууу! Мне хочется тебя ударить! Бессердечный ты чурбан!

Амела скорчила страшную рожу, рубанула воздух кулаком, прямо перед носом Неда, и пошла к двери, больше не обращая на Неда внимания. Её переполняла злость, энергия, и ей хотелось кого‑нибудь убить. И когда в коридор из своей комнаты выглянул любопытный Бордонар, заметив разъярённую Амелу попытался что‑то ей сказать, окинув взглядом с ног до головы, она так рванулась к нему и врезала по двери, что принц едва успел скрыться, иначе получил бы удар кулаком прямо в лоб. Амела облизала побелевшие костяшки, отбитые о деревянные пластины и пошла дальше, к себе.

Нед после ухода девушки минут пять сидел неподвижно и тоскливо думал о том, что возможно — он и впрямь болван. Ну расскажи кому‑то – девушка буквально впрямую предлагает себя в любовницы, а он, как ненормальный, раз за разом отказывает ей, будто не мужчина, а… В общем – как дурак.

А ведь его защитная броня на душе день ото дня всё тоньше, и тоньше. Он ведь тоже не железный, и прекрасно понимает, что если так продлится и дальше – его сближение с Амелой неизбежно. Пусть не сегодня, не завтра, но…

Нед вздохнул, взял со столика у кровати флакон с зельем Сенерада, отпил глоток, и уселся посреди комнаты на ковёр, впадая в транс.

В который раз он будет проверять каналы, по которым струится магия в его теле, в который раз будет тренировать, напрягать «мышцу», управляющую магией.

Иногда ему казалось, что прогресс достигнут, что он вот–вот уцепит за ускользающую ниточку, потянет клубок, и… снова станет могучим, полным сил магом. И каждый раз ниточка ускользала, пряталась, исчезала… и оставалась лишь досада и печаль.