Елена Звездная - Академия проклятий. Книга 4

— Риан, — мне не хотелось даже сопротивляться, несмотря на то, что прижиматься к обнаженной груди магистра было как-то… стыдно, наверное, — но все же, знаешь, наверное… мне лучше сидеть, как сидела…

— Все хорошо, — прошептал он, едва касаясь губами волос у виска, а ладони скользнули на талию, прижимая еще сильнее, — еще совсем немного и возвращаемся. Тебе еще заниматься нужно.

Молча кивнула, напряженно ощущая каждое его прикосновение.

И вдруг пространство над озером засверкало, и в следующее мгновение перед нами возникла возмущенная Дара, которая не менее возмущенно заявила:

— Он обнаглел!

Тяжело вздохнув, Риан устало спросил:

— Кто обнаглел?

— Котяра! — сорвалась Дара на крик.

Кажется, Счастливчик доигрался.

— Что с ним? — с глухим раздражением поинтересовался магистр.

Дара растворилась в воздухе, разлившись синеватым мерцанием, и в тот же миг нашему взору предстали стены в коридоре женского общежития, на которых золотой краской была выведена ода леди Верис. Целая ода в стихотворной форме, а над дверью куратора красовалось золотое сердце.

— Вот! — Дара снова материализовалась, а интерьер общежития растворился. — И что с этим делать?!

Услышав смешок, я обернулась и поняла, что Риан тихо смеется и над ситуацией, и над возмущенным возрожденным духом. А заметив мой взгляд, магистр пояснил:

— Точно не договаривает.

Перевожу взгляд на Дару, та медленно багровеет, потом недовольно фыркнув, прошипела:

— Почти то же самое, но в мире мертвых.

— А покажешь? — весело поинтересовался Риан.

Картинка из потустороннего мира была более тусклая и с рванными краями, но это не помешало разглядеть ту же оду, той же краской выведенную на стенах, дорогах и даже скалах с притулившимся к ним неприметным домиком, только здесь использовалось имя «Дара».

— Это месть! — взревел взбешенный возрожденный дух. — Это просто подлая и коварная месть мне! Он меня на весь потусторонний мир опозорил!

Уткнувшись в мое плечо, Риан расхохотался уже громко, даже не пытаясь сдерживаться. Дару это совсем не обрадовало.

— Мне не смешно! — завопила она. — И Верис тоже не смешно!

И хохот лорда директора стал просто громовым. Я и сама почему-то улыбалась, и не смущалась больше. А потом Риан, стараясь говорить строго, сказал:

— Это действительно месть, Дара. Просто подумай за что.

Возрожденный дух смерти, одна из двенадцати приближенных темного престола, зашипела как раздраженная кошка, а после выдала:

— Господин, служить вам честь для меня, но подвергаться нападкам этого… котяры. У меня репутация, у меня два легиона в подчинении! Я не…

— Так разберись с ним, — спокойно произнес магистр. — Я разрешаю.

Дара открыла рот, закрыла, чуть прищурилась и поинтересовалась:

— А если он в ответ…

— Я вмешаюсь, — мне не понравилось, с каким абсолютным спокойствием это было произнесено.

Просияв, Дара чуть поклонилась и исчезла.

И вот тогда я спросила:

— А что будет, если ты вмешаешься?

Риан мягко соскользнул с валуна, на котором мы сидели, обогнул его, подплыл ко мне, и прижав своим телом, прошептал касаясь моих губ:

— Все…

— Что все? — и отступать, главное, мне в таком положении некуда.

— Абсолютно все, — Риан загадочно улыбнулся.

— Совсем все? — я отклонилась назад.

— Все, — упираясь о камень руками и нависая надо мной, произнес магистр.

И остановился, глядя на меня чуть мерцающими непроницаемо черными глазами, и непонятно от чего я вновь задержала дыхание, словно завороженная его взглядом.

— Дыши, — прошептал магистр.

Когда прямо в воде вспыхивает адово пламя — это выглядит жутко. Но в то же мгновение меня нежно обняли, подхватили на руки и вышли мы…

— Тебя вытереть? — поинтересовался Риан, опуская меня на пол в моей собственной душевой.

— Я сама, — стремительно обернувшись мгновенно намокшим от рубашки полотенцем, ответила я.

— Скромная ты моя, — улыбаясь, произнес магистр.

Вспыхнуло адово пламя.

Когда я, в халате и с влажными волосами вышла из спальни, оказалось, что Риан, уже одетый и суровый, сидит в моем учебном кабинете, с кипой каких-то документов. На столике так же находился заварочный чайник, с отломившейся ручкой, две поставленные одна на другую чашки, бутылка ликера из каррисы и пакет из Мелоуина.

— Ты не против моего общества? — отрываясь от чтения зачерненного серебром листа, поинтересовался магистр.

— Ммм… я сейчас, — решила я, и побежала одеваться.

Это оказалось не так-то просто. Раскрыв шкаф, я вспомнила, что большинство моих платьев исчезло без следа, а гардероб любезно всученный свекромонстром я толком и не рассматривала. Зато сейчас, покосившись на три своих темно-коричневых шерстяных платья, я решительно начала разворачивать свертки от будущей свекрови, до этого момента сваленные грудой на дно шкафа. Платье, теплое, шерстяное розоватого оттенка обнаружилось в третьем свертке. Развернув его, я обрадовалась — длинное, и не сильно обтягивающее, и декольте скромное, в отличие от остального подаренного. Рядом с платьем находилась и сорочка, так что, спешно облачившись сначала в нее, а затем в платье, я подошла к зеркалу поправить волосы и искренне помянула Бездну.

— Дэя, ты долго? — в двери осторожно постучали для порядка, потом попросту открыли и вошли.

Некоторое время Риан, как и я, раздраженно смотрел на платье, потом мне глухо приказали:

— Переоденься.

Угрюмо кивнув, я отправилась обратно к шкафу. Потому что платье, несмотря на внешнюю простоту, обтягивало все, включая рисунок кружева на сорочке.

— Хочешь, принесу мой свитер? — неожиданно предложил магистр.

— Не стоит, — я вновь погрузилась в исследование свекромонстрового гардероба. — Не понимаю, неужели при дворе все это действительно носят.

— Носят, — Риан подошел ближе, и теперь смотрел на меня, привалившись плечом к дверце шкафа. — То, что мама подобрала для тебя, еще достаточно скромные наряды. Просто… жестоко это с ее стороны.

— По отношению ко мне? — уточнила я.

— Скорее это форменное издевательство надо мной, — и грустно улыбнувшись, Риан вновь предложил: — Свитер?

И тут я обнаружила очень длинный свитер. Темно-серый, опять же тонкий, а мне, выросшей в Приграничье и привыкшей к толстой двухслойной вязке с крупным узором, это вообще казалось дикостью, но все же это хоть выглядело прилично.

— Туника, — пояснил для меня Риан, — должны быть к ней тонкие брюки.