Танец Ведьмы - Blackmourne

вниз быстрый взгляд, скатился по стволу, цепляясь за него обеими руками, а затем спрыгнул на толстую ветку. Повиснув всем весом, сосна щедро его накормила хвоей, истыкав ими лицо. Сотник зло скривился и прыгнул снова, приземлившись на ноги уже у подножия. До деревни было уже рукой подать, он был где-то позади дома старосты, так что, не давая мышцам передышки, парень сразу рванул туда — на звуки яростного рычания и мучительного воя.

Три высоких, нескладных фигуры забрались на территорию старосты. И наверняка об этом уже пожалели. Кинжальные когти на длинных, доходящих до самой земли лапах не спасли их от парочки чудовищно сильных и не по размеру юрих собак, которые их уже рвали на части, действуя в синхронной гармонии. Человекоподобные монстры с длинной, лоснящейся чёрной шерстью пытались отмахиваться, но псы их удары попросту избегали, а вот их клыки оставляли глубокие рваные раны, сквозь которые лилась кровь. Решив, что тут справятся и без него, и побоявшись нарваться на остервенелых псов, Айр оббежал забор и выскочил на улицу деревни. Там кипел бой: десяток гвардейцев, которых он взял с собой, решили не дожидаться приказа своего командира и, смекнув, что в деревне дела плохи, прибежали, приняв на себя большую часть тёмных тварей.

Встав полукругом у стены одного из домов в центре деревни, они ощетинились копьями и под гортанный, отрывистый мат десятника дружно кололи беснующихся вокруг три десятка порождений Чащи. Несколько парней были ранены, а чёрных чудовищ, похоже, влекла кровь, так что они не пытались ворваться в хлипкие домики и вместо этого старались добраться длинными когтями до закованных в сталь гвардейцев. Вот только стена щитов и отличная выучка защищали их цели куда надёжнее, чем хлипкие двери, несколько из которых монстры по пути вынесли. Айр испытал гордость за своих парней и решил обязательно легонько дать их десятнику в бубен за самовольно покинутый пост. А затем наградить. К сожалению, репутация помешанного на исполнении приказов офицера обязывала.

Он врубился в неумелую, дикую толпу монстров с тыла, сразу же разрубив самую крупную тварь — похоже, их вожака — на две ровненьких части одним взмахом длинного меча. А затем влил Волю в клинок и широким синим росчерком снёс головы ещё троим тварям, пробив брешь к своим людям. До того как враги спохватились, он уже был в окружении своих парней, и, выставив вперёд щиты, они отлипли от стены, шагнули вперёд, откинув врага и пронзив зазевавшихся тварей длинными копьями. Отрывистый вскрик могучего командира — и ещё один небольшой шаг вперёд. Синхронный выпад копий и длинного клинка, разрубившего воздух. Черногривые монстры с вытянутыми хищными пастями ярились и шипели, пытаясь дотянуться до Айра и гвардейцев, но не могли. Они натыкались на копья, мешали друг другу, падали под кованые сапоги и подыхали одна за другой.

Когда противников осталось чуть больше десятка, Айр выкрикнул новый приказ, и ребята с фланга выдвинулись вперёд, беря поредевшую стаю в полукольцо. Это было не похоже на войсковой бой или сражение со Свежевателями — всё же последние действовали разумно. А эти жалкие отродья были просто хищными зверями, наполненными лишь одним неутолимым желанием — убивать. Но сейчас они наткнулись не на необученных крестьян и разбились о строй щитов, как волны о каменный пирс. Спустя несколько минут последнего воющего от ярости и боли мутанта два гвардейца подняли на копья и вздели над головой. Живучая тварь побарахталась пару секунд, прежде чем издохнуть, а на деревню наконец опустилась приятная тишина, прерываемая лишь звуком дыхания, тихими матами раненых, да хрустом мяса и костей, что доносились со двора старосты.

Бойцы споро бинтовали лёгкие раны — тяжёлых, к счастью, среди его ребят не было. Острые когти пробивали кольчуги в сочленениях, но вязли потом в поддоспешнике, оставляя глубокие, неприятные, но царапины. Убедившись, что всем будет оказана помощь, сотник первым делом решил проверить, как дела у собачек, и выглянул из-за забора. Милейшее семейство весело пировало — им привалило сытное парное мясо. Заметив лицо сотника, они вскинули головы и молча уставились на него, весело скаля залитые кровью пасти.

— Не-не, я не претендую, приятного аппетита, — быстро пробормотал Айр и отошёл.

Наконец-то высыпали деревенские, благоразумно решившие дождаться окончания боя по домам. Мужики первым делом бросились тушить дом на окраине, который уже жарко пылал. Айр с парнями направились им помогать, передавая по цепочке воду из глубокого колодца, что был в центре деревни. Работа спорилась знатно — привычные к жизни на Севере крестьяне не жаловались на судьбу, не причитали. Лишь крепко сжимали челюсти и кулаки, когда, наконец, посчитали потери. Две семьи, что жили на окраине, растерзали на части — всего девять человек. Монстры не знали жалости и никого не щадили.

Староста к этому времени уже спустился с горы и, первым делом заскочив к себе в дом, затем принялся благодарить рыцаря и служивых людей, практически бросившись в ноги:

— Милсдарь, век за ваше здоровье богов молить буду! Спасибо, что моих спас!

— Пёсиков своих благодари. Они и без меня справились отлично, — смущённо ответил Айр. Хотелось поднять старика с земли, но на глазах крестьян и бойцов он этого сделать не мог — приходилось держать лицо кирпичом, как у благородного аристократа.