Игра титанов - Казаков Дмитрий Львович

– Рази! – заорал Олад Тронутый, глаза которого побагровели целиком, и ринулся туда, куда подплывала вторая лодка.

– Можно и нам немножко повоевать, – сказал Сторри, встряхивая кистями. – А то давно я не разминался.

– Можно, – кивнул Хести Лис.

Третью лодку, атаковавшую с носа, встретило появившееся из воздуха копье изо льда. С хрустом впилось в борт, вошло в дно, ломая прочные доски. Исчезло мгновенно, рассыпалось на тысячи крохотных снежинок. Яро заклокотала вода, и суденышко начало тонуть.

Единственный выплывший кивагор ухитрился зацепиться за драккар, но по его лицу хлестнула плеть из снега.

– Вот так-то, не балуй, – погрозил пальцем Сторри, когда воин погрузился в багровую от крови воду. – Так, что у нас происходит? Помощь никому не нужна?

Две лодки сумели прицепиться к кораблю, в одной шла равная схватка, в другой бесчинствовал Олад Тронутый. За борт вылетали тела, и кивагор приходилось нелегко. Еще несколько лодок нацеливались обойти корабль сиаи со стороны открытого моря, но были пока далеко.

– Задержим дальних, – предложил Хести Лис. – С ближними наши и сами справятся.

– Можно, – кивнул Бычье Копыто и отмахнулся от нацеленной в лицо стрелы, точно от докучливой мухи.

На пути одной из лодок волна застыла, превратилась в ледяную глыбу размером с копну сена. Раздался грохот столкновения, суденышко встало на дыбы, кто-то плюхнулся в воду. Донеслись испуганные вопли, во второй лодке принялись спешно табанить, одно из весел сломалось.

– В одном Тронутый прав, – заметил Бычье Копыто. – Это и вправду весело.

Хести Лис улыбнулся так криво, словно у него парализовало половину лица.

Впавший в боевое неистовство Олад покончил с врагами и начал рубить саму лодку. Оставшиеся в живых кивагор во второй взяли в толк, что победы им сегодня не видать. Лопнул один канат, за ним второй, и сиаи, не желающие расставаться с родным драккаром, попрыгали в воду.

Здоровые поддерживали раненых, а с борта бросали веревки и спускали длинные весла.

– Победа!!! – завопил Тронутый так, что откликнулось эхо с не такого уж и близкого берега.

Сторри невольно улыбнулся, самодовольно потер руки. И вправду, слишком уж он засиделся в святилище, привык к размеренной, спокойной жизни. Забыл, что такое ветер с моря и каково сражаться за собственную жизнь.

– Кстати, – сказал он. – Надо бы в очередной раз посмотреть, что показывает нам Ночной Хозяин. А то Хиррон мы увидим завтра или послезавтра. Пора бы узнать, куда двинуться дальше…

И он полез в висящий на поясе мешочек из кожи, в котором хранил полученную от Леа-Хо ледышку.

В предыдущие дни она показывала одно и то же – стены и башни столицы Южного принципата кивагор. Но Бычье Копыто сомневался, что чужак ожидает их там, он полагал, что служителям Ночного Хозяина предстоит, оставив судно в порту, отправиться в глубь материка…

– Ну что? – спросил Хести Лис.

– Э… не понял, – сказал Сторри, так и сяк поворачивая волшебным образом не тающий лед. – Что это такое?

Картинка изменилась. Место укреплений заняли джунгли, из которых поднималась изящная башня из розового камня, похожая на витой рог. На вершине ее что-то поблескивало. За лесом, далеко на горизонте, вздымались исполинские горные хребты, сверкали закованные в лед вершины.

– Я не знаю, – пожал плечами Хести Лис.

– Что тут у вас? – спросил подошедший Олад, воняющий потом, в забрызганной кровью одежде и с безумной улыбкой на роже. – А, Син-Эстер, Вечерняя Звезда. Помню, как же, бывал я около нее…

– Син-Эстер? – Верховный жрец только головой покачал. – Это же Зеленый полуостров, владения Ее-Караи?

– Совершенно точно.

– И нам предстоит отправиться туда? – Хести Лис схватился за голову. – О нет, это же жутко далеко. Нужно обходить половину Трехпалого материка, огибать Указательный палец.

– А что делать? – Бычье Копыто мрачно вздохнул и убрал ледышку обратно в мешочек. – Или ты хочешь пойти против воли Леа-Хо? Лучше прыгнуть в море и утопиться самому. В Хиррон все равно придется зайти, пополнить припасы и узнать последние новости. Да, дело не самое славное…

Битва к этому времени закончилась, после нее остались плавающие доски, сломанные весла и торопливо удирающие лодки кивагор. На борт подняли раненых, и гребцы-сиаи, оживленно переговариваясь и смеясь, принялись рассаживаться по лавкам. Загрохотали вставляемые в пазы весла.

– Эй, капитан, где ты там? – позвал Сторри, чувствуя, что ему предстоит не самый простой разговор.

Весла зашевелились, погрузились в воду, и драккар, медленно набирая скорость, двинулся дальше на юго-запад.

Глава 8

Взгляд через тьму

Входная дверь захлопнулась после того, как через нее прошел Харальд.

Стоявшая за стойкой женщина подняла голову, и Олен подумал, что где-то видел ее – мягкие черты, густые волосы цвета огня, черные глаза, в которых горят огоньки. Сердце дернулось…

– Вы пришли, – сказала Алинэ, наряженная на этот раз не в роскошную мантию верховной жрицы, а в обычное платье. – И ты, чужак, и ты, изменница. – Последнее слово оказалось пропитанным ненавистью. – И здесь закончится ваш путь.

Она хлопнула в ладоши, и из-под столов начали выбираться вооруженные мечами барги. С улицы донесся грохот, но когда Харальд толкнул дверь, та даже не шелохнулась.

– Это еще кто? – спросил он, обнажая клинок.

– Старая подруга, – ответил Олен, тоже вытаскивая меч. – Ты же понимаешь, Алинэ, что это все глупо, что я могу убить твоих воинов в один момент? Немедленно прикажи выпустить нас…

– А кто сказал, что они будут сражаться с тобой? – На лице верховной жрицы Сияварош появилась торжествующая улыбка, а в руках – вырезанная из светлой древесины чаша на ножке. – О нет… Они займутся твоими спутниками, и ты станешь добычей для нашей повелительницы…

Она колыхнула чашу, из нее ударил фонтан радужно переливающейся воды. С плеском обрушился на пол, из него выступила женщина, точь-в-точь похожая на Алинэ, но с серебристыми прядями в волосах и с венком из лилий на голове. По залу растекся аромат речной свежести.

– Вот и он, – промурлыкала женщина, и Олен вздрогнул, соображая, кто же приходил к нему той ночью – жрица или сама богиня? – Ну, так что, ты не рад видеть меня, сладкий мой?

Барги заорали и бросились со всех сторон. Уттарн зашипел, оскалился и выставил когти. Зазвенели клинки Хельги и Харальда. Рыжий с истошным воем прыгнул кому-то в лицо.

– Ты сама напросилась! – закричал Олен, и перстень на его руке породил струю лимонного пламени.

Но Озерная Королева дунула, и облако тумана встало на пути огня, точно большой щит перед копьем. Раздалось громогласное клокотание, какое бывает, когда в воду опускают раскаленную металлическую заготовку. Лицо богини исказилось, по нему пошли желтые пятна, но она устояла.

Первородный Огонь пока не мог одолеть ее защиту.

Закричал кто-то из барги, столкнувшийся с оциланом, полетела в сторону голова другого, оторванная Риком. Но остальные и не подумали отступить, бросились в новую безумную атаку.

– Получи! – Олен запрыгнул на стол, соскочил с другой стороны, замахнулся на Сияварош ледяным мечом.

Удар в грудь оказался такой силы, что затрещали ребра. На миг перед глазами все помутилось. Когда зрение вернулось, обнаружил, что лежит на столешнице, бессильный, точно орел без крыльев.

– Отдай их мне… – прозвучал рядом вкрадчивый шепот. – Отдай кольцо и клинок, и тебе сразу станет легче…

Олен попытался собраться с мыслями. Сообразил, что меч по-прежнему у него в руках, а Сердце Пламени – на пальце. Но почему богиня не забрала их, пока он был без сознания?

– Нет… – выдавил одними губами.

– Ах ты…

Договорить она не успела.

Здание постоялого двора вздрогнуло, будто его хорошенько встряхнули. Раздался чудовищный грохот, и крыша исчезла. Внутрь ворвался горячий, пахнущий раскаленным камнем ветер. Мелькнуло вечернее сиреневое небо, облака в зените. А потом исчезло, закрытое огромным лицом.