Нулевой Легион: Рекрут (СИ) - Осколков Артур

Стянув с себя нарядный шлем с красный плюмажем, офицер склонил голову при виде Тесс и начал свой рапорт.

— Добрый день, господа. Я — Брэндон О’Реа. Для меня и моего отряда огромная честь быть вашими прожатыми по Гидейлу.

— Где наши лошади, офицер? — выступил вперед Алистар. — И вещи?

Тесс, что сегодня вообще разговаривать не планирует? Так и будет изображать великосветского сноба, которому попросту противны дрязги мелких плебеев под ногами? Нет причина-то очевидна, чем меньше она говорит, тем больше шанс, что ее не раскроют. Как говорится, помолчи — за умного сойдешь.

Мне вот больше интересно другое. Все дворяне — особенно из совсем высших — так себя ведут в здешнем мире, или это только тут, для конспирации? Не то чтобы я планировал в ближайшее время общаться с кем-то из Великих Родов, — будем честны, мне и Алистара хватало за глаза — так что это скорее праздный интерес.

— Мы отвели лошадей в конюшню, господин, — бодро отрапортовал Брэндон. — Им требуется отдых, поэтому мы временно заменили их на свои. Не волнуйтесь, господа, — поспешно заверил он, как будто опасаясь, что мы начнем возражать. — Наши животные ничем не уступают. Мы подбирали лучших из лучших.

И ведь не соврал, чертяка этакий. Уж что я, совсем не любитель лошадей, замер от восхищения при виде предоставленных нам гордых животных. Белые словно молоко, с лоснящейся и расчесанной гривой, — двум даже заплели по розовой ленточки — кони буквально сражали молодостью и энергией, так и готовые отнести нас хоть на край света.

— Брэндон, — обратился я к командиру, как только мы — и еще двадцать человек сопровождения — выехали за ворота. — На пару слов.

Он кивнул и, знаком велев своему заместителю вести отряд, придержал лошадь.

— Конечно, господин. Чем могу быть полезен.

Я ощутил напряжение в его голосе и протянул руку, которую тот пожал после секундного замешательства.

— Просто Нэйт. Без господинов и прочего. Я простой телохранитель.

— Сомневаюсь, что у миледи могут быть просто телохранители, — заметил он, как бы ненароком бросая взгляд на мой перстень. — Так что вы хотели?

Ах да, перстень. Просчет вышел, однако. Ладно, лучше начать издалека.

— Я слышал, у вас завтра намечается праздник. По какому поводу?

— Пойман «Полуночный убийца». Вот госпожа губернатор и решила, что такое важное событие не стоит оставлять без внимания.

— Важное событие? — изобразил удивление я. — Разве поимка обычного преступника это что-то особенное?

Я видел, что офицер уже сам себя ругал за длинный язык. Но это было не все. Он явно хотел продолжить говорить. Черт, его буквально распирало. Но почему… А-а-а-а.

— Это ты его взял, да? Завидую. Честно.

С улыбкой ткнув его кулаком в плечо, я восхищенно присвистнул, отчего он надулся от гордости, словно павлин.

— Мне даже медаль выдали. За почетное служение Гидейлу и Империи.

— И что, сложно было? — решил зайти с другой стороны я. — Он ведь наверняка сопротивлялся.

Вояка сплюнул на мостовую Брэндон. Какой-то горожанин хотел было разораться, — слюна угодила ему прямо на сапог — но осознав с кем имеет дело, с извинениями отступил назад.

— Еще как. Трех человек в больницу отправил, ублюдок проклятый, — довольный реакций прохожего, усмехнулся в пышные усы стражник. — Но я-то его быстро скрутил. От меня не скроешься.

— А вину-то он признал? Или отпирался, как обычно?

Хм, а как и них тут устроена судебная система? Надо бы выяснить, а то обвинят в краже яблока, и все. Плаха.

— Отпирался, паскуда, — охотно ответил командир. — Они всегда так. Только вот мы его с поличным взяли. Не отвертишься.

Мы свернули на основную улицу города. Улица Долга, кажется. Интересно, Сэдрик уже проник в Гидейл?

— Да? И что нашли?

Я постепенно терял интерес. Кажется, я ошибся, когда придал этому преступнику особое значение. Мне просто показалось странным, что нас так явно зазывали на праздник ради какого-то мелкого, — или не очень — но видимо тут не было никаких подводных камней. Даже как-то обидно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А этот идиот все дома хранил, — пояснил мне Брэндон, слегка повышая голос, чтобы перекрыть шум улицы. — И оружие, и трупы. А кровищи у него в подвале, — мужчина даже присвистнул. — Ты бы видел.

— Угу, — поддакнул я. — Занятно.

Мы били уже почти у цели. Согласно записке, что нам выдал Дитрих наш контакт был…

Прервав мои мысли, стражник указал рукой на непримечательный домишко в конце улицы, вокруг которого стоял деревянный забор и оцепление из пятерки стражников.

— Вот он, кстати. Третий день мои ребята выносят улики. И каждый раз находят что-то новое.

Я похолодел. Нет, этого просто не может быть.

— А имя у вашего «Полуночного убийцы» есть? — едва справившись с голосом, спросил я. — И чем он занимался по жизни?

Это просто совпадение, наверняка Дитрих просто ошибся домом. Наверняка. Это просто не может быть наш контакт. Но следующие слова разрушили все мои надежды.

— Вильгельм. Алхимик он. А ты его знал, чтоль?

Твою мать!

***

— И что будем делать? — задумчиво спросил Алистар. — Есть идеи?

Я зевнул и угрюмо отвернулся к окну. Был уже вечер, а новая одежда, удобные комнаты и доставленный слугами сытный ужин как-то не очень способствовали работе мысли.

Да и что мы могли ему сказать? Наше контактное лицо — теперь чуть ли не самый известный человек Гидейла. И он в тюрьме. Что делать дальше? А хрен его знает.

— А нас эта, — внезапно подал голос, развалившийся на кресле из волчьей шкуры Мартин. — К нему не пустят? Ты же важная шишка, Тесс.

Я перевел взгляд на девушку. Самый грубый подход, но почему бы и нет. Как-никак губернатор нам явно благоволила.

Тесс даже головы с подушки не подняла, продолжая валяться на двуспальной — а ведь предполагалось, что это только ее комната — кровати в углу комнаты.

— Нет. Я спрашивала.

Я хмыкнул, стараясь подобрать нужное слово.

— А ты...Все методы попробовала?

— Нет, Нэйт, — язвительно протянула она. — Я не предлагаю ему залезть ко мне в постель, если ты об этом. Твой Брэндон и так едва не плакал от восторга, когда я к нему лично обратилась, но...

Тут она фыркнула.

— Этот упрямый осел не поддался.

— Просто шутка, — миролюбиво поднял руки я, не желая ссориться. — Неудачная.

— Ты хоть узнала, где его содержат?

Это уже влез Ал. Пожалуй, он единственный из нас выглядел более-менее бодрым. Было видно, что пока мы расслаблялись от тяжелого дня и хреновых новостей, он усилено искал выход из положения. И не находил.

— Узнала, — переворачиваясь на другой бок — ух, какие у нее все же ножки — все так же язвительно ответила девушка. — И где. И сколько там стражи. И почему так много.

— И?

— И все плохо. Нам туда не попасть.

Девушка вздохнула и, поправив распахнувшийся халат, босыми ногами прошлепала по ковру до зеркала.

— А можно конкретнее? — поморщился Алистар.

Видимо, парня слегка бесило, как вместо того, чтобы нормально говорить, девушка его просто игнорировала, вместо этого медленно расчесывая свои длинные темные волосы.

Меня же это скорее забавляло. У меня мама такая же. Разложит все по полочкам, а где что лежит в итоге знает лишь она. И либо тебе приходится ждать лет по десять, пока она соизволит дать тебе нормальный ответ, либо придется рыться самому — как правило безуспешно.

— Не слушай ее Ал, — хмыкнул я, медленно раскачиваясь на деревянном стуле туда-сюда. — Она же над тобой просто издевается. Ты же сам слышал, он ее отшил.

Девушка на секунду прервала свое занятие и бросила на меня полный бешенства взгляд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как грубо. И полная чушь. Он рассказал мне все.

Вот интересная штука, ей явно не нравилась ее способность автоматически пудрить людям мозги, но тогда почему прозвучало так, будто я задел ее гордость.

— Это отдельное здание, — облокотившись на табурет, повернулась к нам она. — Обнесено каменной стеной. Там постоянно дежурит местная стража.