Гром над Академией. Часть 1 (СИ) - Машуков Тимур

– Да конечно Николай Владимирович. Я немедленно отдам распоряжение. А пока пойдемте со мной.

Тяжело вздохнув, я поплелся за ними следом, мысленно проклиная этот день, который все никак не хотел заканчиваться. К сожалению, ни кто из нас не заметил и не почувствовал полный ненависти взгляд, что сопровождал нас по пути в главный корпус академии…

Глава 16

Владислав Громов

Провожаемые удивленными взглядами студентов, что во множестве высыпали во двор, привлеченные звуками сирены, мы пошли в главный корпус Академии. Дед с кем-то говорил по телефону, похоже, с нашей СБ. Не обращая ни на кого внимания, я плелся следом, мысленно прокручивая бой с магами. И выводы были неутешительные. Если бы не слияние со стихией, был большой шанс, что меня бы грохнули. А если бы атаковал еще и Салтыков, то возможность выжить вообще сводилась к нулю. Надо будет запись боя попросить у ректора, а потом разобрать все по полочкам вместе с дедом. Может, и Марру позову. Она-то точно не удержится от того, что бы надавать мне по шее.

Пройдя в кабинет ректора, мы расселись в удобных креслах, а тот, поколдовав с большим экраном, включил запись моего боя с Салтыковым-младшим. Со стороны это выглядело реально круто. Я был быстр и действовал мгновенно. Только моя злая рожа портила все представление. На моменте, когда Кирилл взорвался, ректор остановил кино.

– Господа, – обратился он к нам. – Вас ничего не смущает на этой записи?

– Ну, разве что остановка шара истинного пламени, которая до этого считалась невозможной, – спокойно сказал Оленин. – А так действия князя я нахожу вполне разумными. Все было в рамках необходимой самообороны, и претензий к нему по данному эпизоду у Тайного Сыска нет.

– Вот именно, – подхватил ректор. – То, что раньше считалось невозможным. Владислав Андреевич, – обратился он ко мне. – Вы можете пояснить нам, как вы смогли это сделать и каким, плетением при этом пользовались?

– Не знаю, – пожал я плечами, зябко поеживаясь под скрестившимися на мне взглядами. – Просто схватил его в кокон воздуха и отправил обратно.

– И ничего при этом необычного не заметили?

– Да нет, единственное – что кокон стал очень быстро разрушаться, вот я и действовал на ускорении. Если честно, смутно помню свои мысли в этот момент, главное, хотел защитить Нику.

– Очень быстро истончался, значит, – хитро прищурился ректор. – Что ж, давайте посмотрим второй бой, снятый камерами службы безопасности академии. После этого мы разберем увиденное более подробно.

Я увидел, как подъехали машины Салтыкова и деда. Как тот атаковал деда, едва он вышел из машины. Свое появление и мои удары по магам. Позорные заячьи скачки по всей площади. Постыдный прием почти всех ударов на щиты. Глядя на все это, я сидел красный от стыда, думая, что Марра меня точно прибьет. Если так воевать, так лучше сразу подохнуть! Позорище какое-то. Слияние со стихией и последующее за ним высушивание магов я пропустил, погруженный в свои мрачные мысли. В себя меня привел голос Оленина.

– Господа, официально заявляю, что служба Тайного Сыска не имеет к вам претензий ни по одному эпизоду. Виновные понесут самое суровое наказание. Вам, как потерпевшим, будет выплачена вира, которую после завершения всех разбирательств назначит Высший Имперский Суд.

А теперь, когда с формальностями покончено, не ответите на пару вопросов? Собственно, вопрос будет лишь один – как вы сумели лишить магии такое количество людей одновременно?

Не успел я открыть для ответа рот, как вмешался дед.

– Простите, господа, но это родовая магия Громовых и разглашать ее мы не будем. У каждого из нас есть свои секреты, и раскрывать их было бы, по меньшей мере, глупо.

– Но так не может делать никто. Что это за магия? – попытался настоять на своем Оленин.

– Повторяю, – подпустил льда в голос дед, – это родовая магия. Как вы знаете, мой внук не совсем обычный маг, мягко говоря, и его методы ведения боя, если и будут обсуждаться, то только при закрытых дверях и под грифом совершенно секретно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Очень жаль, – расстроился он. – Что ж, в таком случае у меня больше нет вопросов. Позвольте откланяться, – и коротко поклонившись, быстрым шагом вышел из кабинета.

– Странный он, – тихо сказал дед. – И есть в нем что-то такое, неприятное.

– Их род достаточно молод, – немного подумав, сказал ректор. – И поднялись они при Алексее 2, что даровал им графский титул за заслуги перед короной. Хотя, говорят, все их заслуги заключались в умении их прабабки ублажить в постели императора. Но не будем обсуждать чужие тайны прошлого за глаза. Тем более, что про самого Оленина я слышал только хорошее.

Но все же, может, вы хоть чуть-чуть приоткроете тайну того, что произошло на площади? – чуть не взмолился ректор. – Я же с ума сойду от любопытства!

– Внук? – дед вопросительно посмотрел на меня.

– Да можно и рассказать, особой тайны тут нет. Как вы знаете, маги могут сливаться со своими стихиями. Кстати, дед, я теперь понял, как ты мне надрал за…, ох, простите, победил! Теперь у тебя ничего не получится.

– Посмотрим, – улыбнулся он. – Думаю, смогу еще не раз тебя удивить.

– Да? Ну ладно. О чем это я? Ах да, о слиянии. Так вот, при слиянии маг полностью погружается в свою стихию. Таким образом, он становится сильней, но при этом может полностью в ней раствориться, потеряв контроль. Что, кстати, со мной чуть не произошло. Ведь это было в первый раз. Но при слиянии можно видеть родственную стихию других магов: земля – землю, вода – воду и так далее. И взаимодействовать с ней. Как передать часть силы с помощью нитей эфира, так и забрать ее. Хотя, в моем случае эти ограничения не действуют, потому что для меня все стихии родные. Есть сложности, например, если на маге будет достаточно сильный щит, и чтобы вытянуть из него эфир, придется сначала его разрушить. Я же просто проломил их сырой силой и выкачал все, что в них было, попутно спалив им эфирные каналы. То есть, полноценными магами они больше не станут никогда. Да, это было жестко, но, во-первых, я в тот момент себя не контролировал, а во-вторых, мне глубоко на это плевать. Они хотели нас убить, пусть радуются, что остались в живых. Хотя, я надеюсь, это не надолго.

– Да уж, Владислав Андреевич, озадачил ты меня. Вот так сидишь, мнишь себя самым умным, всезнающим, а приходит молодой человек – и показывает, что все твои знания не стоят и ломаного гроша. И сразу начинаешь чувствовать себя ущербным. Что ж, господа, не буду вас больше задерживать, думаю, мы все решили. А с вами, Владислав Андреевич, я думаю, мы еще вернемся к этому разговору.

Коротко поклонившись, мы с дедом вышли из кабинета, и пошли по коридору в сторону выхода из основного корпуса.

– И что думаешь? – спросил я деда.

– Что все удачно получилось, – улыбнулся он. – Салтыков и Вяземский – два сапога пара, и я думаю, сегодня мы смогли избавиться от обоих. Я был на приеме у императрицы, так она там целый спектакль разыграла, чтобы нас к себе привязать. Правда, у нее это не получилось, но попытка была. Сейчас надо просто выждать. Думаю, наши требования выполнят в полном объеме. Терять наш род из-за опального князя она точно не захочет. А если что, думаю, Давыдов ее дожмет. Наши позиции при дворе стремительно восстанавливаются, и недалек уже тот день, когда мы вновь займем то место в империи, что было нашим по праву.

– Дед, а ты не мог бы поговорить с Долгоруким?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– О чем это?

– Об Ольге, – вздохнул я.

– Помирились, что ль? – обрадовался он. – Так это дело хорошее, обязательно поговорю.

– И еще, дед, на выходные я хочу приехать и познакомить тебя со своими девушками. Без пафоса, просто посидим в семейном кругу, поговорим.

– Познакомить, говоришь… Что ж, дело хорошее. Конечно, приезжайте. Поговорим, чайку попьем, да погляжу на твоих красавиц. С Иришкой познакомятся.