Татьяна Рябов - Гоша Каджи и Алтарь Желаний

Паренек же и на самом деле был симпатичный. И хотя черты лица выглядели слегка крупноватыми для его возраста, но зато они очень хорошо сочетались с копной смоляных кудрявых волос, пронзительной чернотой миндалевидных глаз и крепким спортивным телосложением. Каджи даже подумал, что он рядом с ним наверняка смотрится замухрышкой из захудалого колхоза «Светлый путь в темный лес».

— Давайте знакомиться, — предложил кучерявый атлет. — Я — Роберт Баретто. Можно, просто — Роб, не обижусь. Меня так все друзья называют.

— Аня, — отозвалась его соседка.

— Яна, — следом за ней вторая.

И добавили слаженным хором:

— Лекс, — а потом обе весело рассмеялись, всматриваясь в удивленные лица спутников.

А удивляться было чему. Уж так это у них складно получилось представиться, словно они очень долго репетировали перед этим. Хотя вряд ли. Просто говорят, что близнецы порой даже думают одинаково. А они и на самом деле были поразительно похожи. Наверное, даже во всем. Вот разве что, глаза разные. У Ани — темно-серые, серьезные, но не слишком уж. А у Яны — серые, но светлые, с голубым отливом и с вечной смешинкой внутри.

— И нечего на нас так таращиться, — ответила Яна на их немой вопрос. — Мы хоть и близнецы, но разные. Просто когда родились, там что-то неправильно поделилось. Мне досталось сердце, а Аньке — мозги. Но вместе мы — сила!

— Да не обращайте на нее внимания, ребята, — отозвалась ее сестра. — Она постоянно шутит. Хотя да, все говорят, что я более серьезная…

— Ну, конечно, — протянула Яна. — А кто во втором классе придумал…

— Молчи лучше, — зловеще прошипела Аня. — А то я расскажу сейчас, что ты вытворяла в третьем, так обоих мальчишек отсюда как ветром сдует. И придется нам с тобой одним скучать всю дорогу. А тебя как зовут, печальный рыцарь? — Она переключила свое внимание на Каджи, который вообще-то уже не тосковал, а наоборот тихонько улыбался, глядя на то, как сестры по доброму препираются между собой.

— А вы разве не знаете? — крайне удивился Роб. — Из какого дремучего леса вы выбрались, девчонки? Это же Гоша Каджи. Я-то его сразу узнал. Про него столько писали последние лет десять, что, наверное, все его знают. Кстати, Гоша, я на самом деле рад, что случайно оказался с тобой в одном купе. Мои родители считают, что ты…, — но, увидев умоляющий взгляд спутника, он заткнулся, выставив перед собой ладони. — Все, молчу, молчу…

— И вовсе мы не из леса, — абсолютно не обидевшись, возразила Яна. — Мы из Рязани. А вообще-то, если честно, то мы фиг знает откуда. У нас папа — военный. И его часто переводили с места на место. Зато мама — настоящая колдунья. Но последние три года мы жили в Рязани, — с гордостью закончила она.

— А где эта Рязань? — поинтересовался Роб.

— Так это ты, оказывается, из дремучего леса выбрался? — притворно-удивленно всплеснула руками Аня. — Ай-яй-яй! Как жалко мальчика, правда, Янка?

— Конечно, жалко, — у Яны даже настоящие слезы на глаза навернулись. — Бедняжка…

— Это город в России, Роб. Я, кстати, тоже из России, только из Нижнего Новгорода.

— Ну, вот, Гоша, ты нам весь кайф обломал, — слегка расстроилась близняшка. — Мы бы его сейчас с сестрой так классно развели в два счета, пальчики оближешь…

— Да ладно тебе вредничать, Анька, — заступилась за парнишку Яна, которая видимо уже считала Каджи своей законной собственностью. — Зачем своих-то разводить? Что мы там, в школе других, настоящих лохов, что ли не найдем?

— И то верно, — легко согласилась ее сестра. — Так что ребята: мир, дружба, жвачка?

И первой протянула на центр купе правую руку, раскрытой ладонью книзу. Гоша, не раздумывая ни мгновения, накрыл ее маленькую ручку своей, добавив:

— Навсегда.

— Легко, — тут же на его руку опустилась ладошка Яны, озорно сверкнувшей глазами.

— Везде, — поверх всех весомо легла рука Роба, и через секунду: — А Россия — это где?

И все вместе оглушительно-весело расхохотались, так, что их наверняка услышали даже в самом дальнем уголке вагона, несмотря на громкий стук колес на стыках рельс.

Хотя смеяться, как оказалось, особо было нечему. Просто все пребывали в прекрасном настроении от обретения новых друзей, скрепленного к тому же клятвой. Пусть наивно-детской, но все же — клятвой.

А где находится Россия, Роб и на самом деле не знал, так как всю свою жизнь прожил в волшебном мире и о существовании магловского только слышал некоторые отрывочные рассказы от старших. И хотя оказалось, что он парень не только красивый, спортивный, но так же еще начитанный и умный, — это ничего не меняло. И девчонки, перебивая друг друга, принялись рассказывать ему о том, чужом для него мире.

Правда, перед этим они вывалили на столик из пакетов такую груду всевозможной снеди, приказав совместными усилиями ее уничтожить, что ребята даже перепугались слегка.

— Это все мама виновата, — пожаловалась Яна. — Вечно собирает нас в любую дорогу так, словно мы пешком во Владивосток пойдем. Знает прекрасно, что одни мы есть не будем. А так как девчонки мы общительные, то рассчитывает и на других. Но ведь и выкинуть жалко, она же старалась, готовила.

— Так что, мальчики, хотите или нет, а помогайте, — заключила Аня, ухватив бутерброд с ветчиной.

Так под еду и шло образование Роба. Он порой очень удивлялся тому, что рассказывали сестры, иногда вообще не понимал, как же так можно жить. А Гоша едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, прекрасно зная, что девчонки специально запугивают парнишку ужасами и сложностями жизни в магловском мире, привирая процентов этак на пятьдесят. Ну, ладно, ладно, знаем, что и вы нам не верите. Процентов восемьдесят, но ни одним не больше.

Вот Каджи и приходилось или помалкивать в тряпочку, когда совсем невмоготу было от рвущегося наружу хохота. Или с важным видом поддакивать озорницам, когда Яна выжидательно взглядывала на него, выгнув дугой тонкую бровь. Типа, ну-ка, соври что-нибудь правдоподобное и красивое, ведь я же тебя выручила. И когда парнишка, тоже окончательно развеселившись, выдал парочку очень страшных и смешных одновременно историй, в которых он якобы участвовал лично, то близняшки его откровенно зауважали и окончательно признали за своего. На все сто.

А стоило мальчику случайно обмолвиться, что сегодня ночью ему от усталости пришлось выпить капли три «Слезы дракона», тут уж изумился Баретто. Близняшкам этот факт ни о чем особенном не говорил, но Роб понял все с полслова. И только молча, с уважением, пожал Каджи руку, а потом пояснил девчонкам, непонимающе на них таращившимся: