Ричард Кнаак - Страна-за-Пеленой

Глава 14

Баракас, господин и повелитель клана Тезерени, взирал на колыбель своей новой империи. Старый Нимт, где приходилось делить мир с сотнями наглых чужаков, — в прошлом. Теперь чужаков осталось всего ничего, и те самые терпимые. Разумеется, в основном из чужаков брались женщины. Новая цивилизация нуждалась в свежей крови. В Нимте из-за тесноты мира приходилось держать размер клана в рамках — теперь и это в прошлом.

— А эти горы, — он махнул рукой в сторону тех же пиков, что несколько дней назад заинтересовали Рендела, — должны быть исследованы.

— Но ведь, — осторожно возразил Риган, — у нас нет крылатых змеев, и наши силы работают неправильно.

— Что за привычка говорить очевидное, Риган. Я тебя воспитывал, чтоб ты подчинялся моим приказам. Что я сказал — будет исполнено. — Хотя Баракас отчитал его весьма добродушно, наследник низко поклонился и бросился распоряжаться младшими.

Леди Альция, оставив беседу с дочкой — или невесткой? впрочем, неважно, Баракас не забивал себе голову тем, чтобы помнить весь клан, — присоединилась к мужу в его наблюдениях.

— По-моему, тебе тоже понравилось, — промурлыкала она.

— У нас целый мир для завоевания. И мои люди, которые меня слушаются. Чего еще желать?

— Ну, например, сына?

— Которого, дорогая супруга? — поморщился Баракас. — Рендела, который предал нас, едва удалился за пелену? Или Геррода, у которого никогда ничего не получается, что ни прикажи?

— Насчет Рендела не знаю, а Геррод всегда слушался тебя. Хотя ты ни разу не удосужился это заметить. Может, тебе будет интересно узнать: перед отбытием я нашла Геррода, и он, даром что время истекало, твердо решил отыскать дочку Дру Зери, как ты велел. Это несмотря на то, что девчонка оказалась «в гостях» у Меленеи.

— Я ждал достаточно долго, Альция. Ты видела — дольше ждать было нельзя. Еще немного — и мы остались бы там вместе с ним. — Взгляд Баракаса натолкнулся на Лохивана, усиленно делавшего вид, что он занят. Он все еще трепетал при мысли о том, что скажет отец, хотя он ровным счетом ничего не мог сделать, чтобы големы не пропали. Это была забота Рендела.

— Лохиван!

— Отец? — Лохиван подбежал к отцу и встал на колено. — Для меня есть задание?

— Это теперь наш лагерь. Начинайте расширять границу. Нам нужны драконы. Если ты…

Лохиван и леди Альция в недоумении уставились на Баракаса — почему он вдруг замолк?

— Есть! — Баракас указал пальцем на одну из древесных крон. Раздался пронзительный предсмертный крик.

Крылатое тело рухнуло наземь с глухим стуком. Даже со своего места патриарх Тезерени видел, что это была человекоподобная птица. И если она подглядывала и шпионила за ними — значит, надо полагать, разумная. Интересно знать, сколько времени она вот так сидела незамеченная? И сколько еще таких прячется по деревьям и кустам? Баракасу повезло — он заметил шевеление в ветвях.

Руку, которой делалось заклинание, вдруг поразила страшная боль. Баракас побледнел и потер ладонь. Он понял, что это отклик на его магию, и не знал, что делать.

— Лохиван! Это враждебное место. У нас появился враг! Все вокруг должно быть немедленно очищено от шпионов.

— Но отец, мы не отваживаемся доверять нашей магии. Трое тех, кто пытался, уже получили увечья. С магией здесь что-то не так.

Баракас поглядел на свою руку, будто ничего не случилось.

— Странно, а я ничего не почувствовал. Все сработало как надо. — Это, кстати, было тоже неверно: он собирался взять пленника, чтоб потом его допросить. А получилось все в сотню раз мощнее. — Я сказал, а ты слышал, изволь подчиняться.

— Отец. — Лохиван поклонился и отошел. Все его движения показывали, что он надеется: отец передумает и возьмет приказ назад. Но, будучи Тезерени, он не мог не исполнить распоряжение патриарха. Он должен это сделать любой ценой.

Баракас сделал знак двоим членам клана, которые стояли и пялили глаза. Шлемы скрывали их лица, и кто это, было не разобрать. Впрочем, это никого и не интересовало.

— Тащите труп сюда. Поглядим, что тут у нас за враги.

— Если бы ты только… — Леди Альция не потеряла надежду перевести разговор на Геррода.

Баракас величественно отмахнулся от нее.

— Геррод мертв. И все, кто остались на Нимте, мертвы. Или почти мертвы. Не желаю больше про них слышать. Мы готовимся к нашей первой битве. И она должна увенчать нас славой!

Ее враг по-прежнему не обращал внимания на смертоносное щекотание у шеи. Эльфийка, видимо, после тяжкой борьбы с собой убрала кинжал.

— Если ты хочешь союза, я не вижу причин тебя отвергать. Хотя ты и смертный. Можешь звать меня Ксири. Это не настоящее мое имя.

— Ксири. — Враад не спросил, что она имела в виду под настоящим именем. Эльфийские понятия для его народа были слишком загадочны, и постигнуть их мог разве что один из миллиона. Даже Серкадион Мани, который, казалось, стремился внести в хронику все, и тот редко касался подробностей жизни второй по значимости в истории Нимта расы.

— Зови меня Дру, Ксири. Мое родное имя, если тебя это интересует. Как ты узнала, что я враад?

— Не потому, что я настолько стара, чтобы помнить ваш наглый народ, — огрызнулась она, хотя теперь в ее голосе звучала усмешка. — Пришедшие сюда убедились, что мы помним наших врагов. — Она смерила его взглядом. — Ты выглядишь не особо зловеще. Довольно высокий и кажешься слишком самоуверенным.

— Среди моих родичей можно найти таких, которые будут соответствовать вашим худшим страхам. Пожалуй, мы обладаем всем, что приписывали нам твои предки, и потому нам самим приходится спасаться с Нимта. — Забавно, подумал он, как свободно он беседует с ней, хотя только что она чуть не перерезала ему горло.

— Насколько там все плохо?

Поглядев на останки цивилизации, еще более древней, чем его собственная, Дру представил себе Нимт через пару тысяч лет.

— Эти развалины выглядят живописнее, чем то, что осталось после нас.

— А теперь вы пришли впрыснуть свой яд сюда. — В голосе Ксири вновь зазвучала враждебность, но теперь она не относилась к Дру лично. — Эта страна не пустит их.

Волшебник вздрогнул при этих словах.

— Зачем ты говоришь это?

Ксири зашагала, явно чтобы остудить пыл, Дру пошел рядом. Он был выше ее фута на два, но ему пришлось ускорить шаг.

— Ты что — не чувствуешь? Не ощущаешь присутствие самой страны?

Еще бы он не чувствовал! Он об эту мысль чуть голову не сломал. Если он понял все правильно, в его пребывании тут был смысл. Вот только хорошо ли это…

— Уже вижу — чувствуешь. — Ксири взглянула в лицо Дру и прочла ответ без слов.

— А эти… стражи знают?