Роб Макгрегор - Индиана Джонс и Заклятие единорога

К его изумлению, Джимбо ответил с неприкрытым вызовом:

– Какого беса ему сюда приходить дважды? Чушь полнейшая.

В поисках поддержки Уолкотт оглянулся на Рози, но она ничем не выразила согласия или несогласия.

– В первый раз он приходил, чтобы поработать, а второй – ради церемонии восхода солнца, – растолковал Уолкотт. – Вошел внутрь, бросил жезл в яму и завалил ее землей. Я прав, Рози?

– Я не знаю, что он там делал. Я не смотрела.

– Чего вы мне пытаетесь втемяшить, – нахмурился Джимбо. – Что надо долго копать, или как?

– А может, он вовсе эту штуку не закапывал, – встрял Шеннон. – Может, положил там, и все.

– Заткнись! – оборвал его Джимбо, давая выход раздражению. – Тебя никто не спрашивает.

– Пойду взгляну, – Уолкотт зажег фонарь. – Глаз с них не спускай.

Войдя в расщелину, он обнаружил коридор около трех футов шириной. Жезл может быть закопан в любом месте. Не исключено, что придется срыть весь пол.

Но тут ему на глаза попалась наскальная гравюра. Остановившись и подняв фонарь повыше, Уолкотт пристально вгляделся в три круглых знака. Потом потрогал центральный, состоящий из ряда концентрических окружностей, проследил вертикаль до земли и начертил ногтем крест.

– Вот тут!

Выпрямившись, он отряхнул ладонь и лукаво ухмыльнулся под нос. Оказывается, это может занять не так уж много времени. Пройдя вперед, он нашел второй выход из коридора, вернулся прежней дорогой и передал фонарь Джимбо.

– Там чересчур тесно, чтобы копать вдвоем. Но можешь начать копать прямо в том месте, где я начертил крест под метками на стене. – Прикурив сигарету, заранее припрятанную за ухом, Уолкотт поставил футляр на камень возле себя. – Ну, чего ждешь? За работу!

– Пускай он копает, а не я, – мотнул Джимбо головой в сторону Шеннона.

Уолкотт выпустил струю дыма Джимбо в лицо.

– Ты крупнее и сильнее. К тому же, ему нечего терять, поэтому ты сделаешь работу быстрее и чище. Пока не умаешься, за Шенноном я присмотрю.

Заворчав что-то под нос, Джимбо полез в расщелину. Охота за сокровищами явно не привела его в восторг.

– Неужели это ты? – спросил Инди.

Мейра коротко остригла свои светлые волосы, и в сумраке перед хоганом узнать ее было трудновато. Но тут улыбка озарила ее лицо, и все сомнения Инди отпали.

– Привет, Инди, – она неуверенно шагнула ему навстречу. Протянув руки, он сжал ее ладони в своих.

– Сколько лет, сколько зим!

– Я уж засомневалась, что увижу тебя снова, – Мейра обняла его. – Боже, как рада, что ты здесь… и я тоже.

– Понимаю. Старый Запад в последнее время совсем одичал.

– Извини, что я причинила тебе столько бед, – она отступила на шаг, словно смутившись.

– Да ничего! Я просто рад, что ты жива. Как ты сюда добралась и где была прежде?

– Мы с Агуилой приехали верхом из Белого каньона.

Раздался деликатный кашель Смитти.

– Чего бы вам не зайти в дом? Я тут поджарил на плите картошечки и кукурузы, а если вы не против вяленой говядины, так у меня изрядный запас.

– Я голодна, как волк!

– Эй, погодите-ка! – вскинулся Инди. – А где же Агуила? Я еще не виделся с ним… То есть, мне так кажется… – голос его упал до шепота и стих.

Мейра и Смитти обменялись взглядами.

– Когда до дома оставалось не больше мили, он велел мне ехать дальше. Сказал, что ему предстоит сделать еще что-то, и как только он сможет, то подоспеет к нам.

– Ну и хлопотун, – заметил Инди. – Он знал, где ты прячешься, не так ли?

– Догадался. Пошли, – Мейра взяла его за руку и повела к хогану. Инди с удовольствием ощутил ее прохладную ладонь в своей. У него вдруг промелькнула мысль, что как-то странно встретиться с ней тотчас же по прочтении дневника.

– Я нашел вашу хронику.

– Знаю, папа сказал, – входя в дом, отозвалась она. – Я просто знала, что ты расшифруешь послание. Я ни в коем случае не хотела, чтобы Уолкотт наложил лапы на нашу семейную историю. Он бы наверняка продал ее по высшей ставке.

– Как только мы выяснили, что Агуила знает больше, чем говорит, мы тотчас же поспешили обратно. Но раз ты здесь, раз ты в целости и сохранности – пожалуй, неважно, где он сам.

– Боюсь, что важно.

– В каком это смысле?

– Папа, тебе помочь накрыть?

– Нет, сидите себе, беседуйте.

Они присели за стол Агуилы, сделанный из неструганых досок.

– А в таком смысле, Инди, что если Агуила не появится в ближайшее время, то не сдержит обещание. Он сказал, что в день солнцестояния покажет мне, где находится жезл, а солнцестояние завтра.

– Тогда у нас в запасе целый день.

– Вряд ли, – покачала она головой. – Быть может, у нас в запасе лишь несколько часов, оставшихся до рассвета.

– Почему это?

– По словам Агуилы, древние анасаси были астрономами. В каждом их пуэбло есть особые священные места, связанные с солнцем, где в начале каждого времени года жрец-астроном мог на рассвете наблюдать за светилом.

– Не исключено, – кивнул Инди, – но при чем тут жезл?

– Толком не знаю, но Агуила дал ясно понять, что рассвет играет ключевую роль.

– Может статься, он запрятан так, что не увидишь, покудова солнце не упрется лучом прямиком туда, – предложил свою версию Смитти, расставляя тарелки.

– Возможно, папа. Если ты вскипятил воды, у меня есть заварка. Это особый чай, приготовленный для меня Агуилой.

– Я – пас! – Инди чуть не подавился. – Спасибо уж. Мне довелось отведать его стряпни.

– Ты уже пил его чай? – озадаченно поглядела Мейра.

– Еще как! – хмыкнул Смитти, разглядывая мешочек с травами, переданный ему дочерью. – Чай его излечил от больной головы, но зато он маленько тронулся умом. Удумал, будто летал орлом.

– Я уверена, что это другой чай. Он совсем не крепкий. Я уже пила его.

– Оно, пожалуй, я тоже обойдусь, если ты не против.

За едой Инди невольно снова вспомнил тот сон. Упомянув о чае, Мейра словно затронула в его памяти какую-то пружинку. Инди изумило, насколько он отчетливо запомнил сон и насколько реальным казалось происходящее. Снам положено быть фантастическим нагромождением бессмыслиц и небывальщины, но Инди пребывал в твердом убеждении, что сон оказался вещим, указав место, где предстоит найти дневник Мейры. Но этим сон не кончился – Инди припомнилось, как орлы сели на камень с петроглифами.

– О чем задумался? – поинтересовалась Мейра.

– О кругах.

– А точнее?

– Я видел их во сне после того, как попил чаю.

– А, снова-здорово! – хохотнул Смитти.

– Расскажи-ка, – с разгоревшимся взором попросила Мейра.

Инди вкратце изложил начало сна, ощущение полета и беседу с другим орлом, воплощавшим в себе Агуилу. Затем сразу перескочил к концовке, объяснив, что птицы приземлились у кивы, и одна из них уронила туда перо.