Калашников Александрович - Там, за поворотом

Я вернулся со своей семьёй в наш пемзовый дом в Тупом Бычке и, хоть тресните меня, не знаю, что делать дальше. Живу в своё удовольствие и не помышляю о значительном. Тут как-то сама собой образовалась большая усадьба, в которой многие люди нашли себе уютное место.

В казармах всё ещё не до конца достроенной крепостицы обитают детишки - ученики шамана Тугого Пучка. Тут же и помощники и гости - шаманы других племён, что наведываются к нашему медицинскому светилу. Старый мой знакомец - Косоглазый - после того, как зарезал по неосторожности одного пациента, врачевать отказался наотрез и сделался завхозом. Или ключником, если по старинному. Хотя, поскольку замков этот мир не знает, лучше будет назвать его экономом.

На день пути вокруг наши угодья. Бродячие племена знают об этом и тут не охотятся. Эти соседи приспособились зимовать рядом с кладовыми, полными припасов. Сами они умеют и мясо закоптить, и иные продукты приготовить для длительного хранения, но, чтобы не таскать их с собой, не раз за лето привозят заготовки, чтобы те дождались их в погребах или кладовых. Как налажен контроль вклада будущих нахлебников, я не интересовался, но дело это явно не пущено на самотёк - сам видел, что ведутся какие-то записи на восковых табличках.

Для зимних постояльцев вокруг центральной усадьбы возведены бревенчатые хижины - полуземлянки, чтобы народ не маялся в шатрах, на отопление которых не напасёшься никаких дров.

Что ещё примечательного? Трава ситник тут растёт по мокрым местам. Её срезают и пускают на верёвки. И на очень грубую, но прочную ткань, вроде мешковины, из которой потом лепят на цементную сметану прекрасные лодки. Вот смотрю я на них, и мечтаю о паровом двигателе.

К слову сказать, достигнутое личное положение уже позволяет мне уделить внимание реализации некоторых собственных фантазий. Я ведь здесь считаюсь пупом земли. То есть мне и лучший кусок, и лучшая одежда и вообще - любые капризы. Попросил лодочников с юга привезти поросят - теперь у нас свинарник. Не то, чтобы он так уж сильно требовался для пропитания, но шкуры свиные выскабливаются тоньше иных, и их стопка не так удручает своей толщиной. Ну не доходят у меня руки до бумаги!

Чем кормят пятакастых? Зимой - объедками и разными чуток подпортившимися продуктами из наших не слишком совершенных кладовых. А летом их пасут. Впрочем, в этот период они сами являются к месту, куда наливают помои и вываливают очистки… э-э… если Вы беспокоитесь о влиянии мыла или щёлока на свинские организмы - то воду с ними свинтусам не предлагают. Мы моем посуду горчицей. Да, всё те же лодочники с юга привезли сюда в числе многих других семян и эти. Тут - не суровые северные края, где далеко не всё даже из земли проклёвывается. Вошла горчица у нас в обиход, хотя, конечно, растёт не слишком бурно. Но я помню, что горчичное масло - правильный пищевой продукт. Поэтому потихоньку занимаемся селекционной работой. Отбираем семена от самых крепких растений. От самых ранних. От самых плодовитых. И сеем на отдельных делянках.

Так что не помышляю я нынче о великом, о построении цивилизации, а тихонько подсказываю. Так. По мелочам.

- Что, Барсучара!? Жирком подёрнулся? - Всхлип объявился - душа пропащая. Не видел я его со времени разведки в низовья большой реки, это, когда мы взяли "языка". Он в ту пору куда-то усвистал, и вот теперь нарушает мои глубокомысленные размышления. - А ну, бери палку покрепче. Сейчас намну тебе бока!

Мы с ним завсегда дрались или боролись. Нет, не травмировали друг друга, но покоя от него мне никогда не было. Тычинка, как и я, этого задиру знает сызмальства, и подаёт рычаг крапивной мялки. Эх, раззудись рука!

Первый удар я перехватил с выразительным деревянным стуком. Второй - отвёл, третий перепрыгнул, а вот четвёртый, тычковый, рука Всхлипа остановила у самых моих рёбер. Горазд, пройдоха! И быстр на удивление. Мы еще несколько раз сходились, пока я, наконец, тоже его не достал. Дело в том, что он действовал несколько шаблонно, то есть "связками", и мне потребовалось некоторое время, чтобы разобраться в этом "стиле". Надо сказать - собравшиеся болельщики всё-таки переживали за меня, хотя и соперника моего подбадривать не забывали.

Запыхавшиеся и довольные друг другом пошли в мыльню, потом отужинали, а утром я увидел признаки жизни в одной из не использующихся летом землянок. Мой товарищ там уже обосновался, и ученики Тугого Пучка таскали в ожившее жильё разные удобства. За завтраком пришла полная ясность.

- Как полагаешь, Степенный Барсук? Не помешает ведь врачующему шаману умение постоять за себя? - обратился ко мне Косоглазый.

Я сделал глубокомысленное лицо, полуприкрыл глаза и из-под полуопущенных ресниц осмотрел аудиторию - тут все трапезничают за несколькими столами, стоящими в одной комнате. Так вот: ученики, казалось, даже дыхание затаили. Пучок же смотрел то на меня, то на Всхлипа, и видом своим выражал надежду. Козе понятно, что он будет только рад, если хоть кто-нибудь займёт на какое-то время неуправляемую шоблу разновозрастных сорванцов, изводящих его на каждом шагу неудобными вопросами.

Разумеется, я согласно кивнул. А потом поручил Мышке составить список учащихся с указанием пола, возраста и времени, в течение которого эти юные дарования осваивают здесь медицинские науки. До меня дошло, что требуется учебный план и преподавание некоторого ряда дисциплин, дабы полученное образование оказалось способным заставить молодых людей пошире взглянуть на мир. Пример Сизой всё не давал мне покоя - с такими, как она можно хоть государство строить, хоть цивилизацию. И ради них, кстати.

И моего влияния запросто хватит, чтобы устроить нечто подобное тут, в Тупом Бычке.

Если кто-то полагает, что я знаком с педагогической наукой или системами обучения, то это вовсе не так. Знаю, что они существовали в моё время в некотором количестве, но в чём заключались и чем отличались друг от друга - ума не приложу. Тем не менее в некоторых закрытых сообществах, вроде монастырей или коллективах храмовых служителей что-то было… в этом роде, чуть ли не с начала времён.

Я долго напрягал мозги, гоня их по волнам своей памяти, и с грехом пополам наскрёб то, что примечал в кинофильмах вроде "Знамён Шао-Линя" и про Гарри Поттера. Припомнил, что, если в первом герой ловил змей и трескал их за обе щеки, то в втором учеников держали на всём готовеньком, причём, мелькали там некие домовые… эльфы… кажется. Ещё припомнил, что если в одном варианте драться учили со страшной силой, то в другом - запрещали категорически. Но и общее было в обоих случаях - единая форма одежды, разбиение на учебные группы, и даже строем ходили и там и там.