Джоэл Розенберг - Спящий дракон

Эльф торопливо поклонился.

– А теперь – выбирайте оружие и выходите. Удачи вам всем. Любой возмутитель спокойствия получит стрелу в живот.

Вместе со всеми Карл потянулся к выходу, остановившись лишь у стойки – поставить туда свой меч и взять другой, примерно такой же по величине и весу.

Хотя на самом деле это не был настоящий меч. Оружие было деревянным, не считая железного перекрестья. Но весило оно как нужно; возможно, внутрь был залит свинец. Карл взялся за рукоять и осторожно крутанул меч несколько раз. Сбалансирован он был неплохо; вот только деготь, что покрывал «клинок», вызывал у воина подозрения.

– Ты участвуешь в этом развлекалове первый раз?

Мечник справа от Карла качнул собственным мечом, тремя пальцами удерживая его от прикосновения к ногам.

Карл кивнул.

– Да. Эта штука… она вполне ничего, но…

Его собеседник, невысокий кряжистый воин с открытой щербатой улыбкой, понимающе закивал еще до того, как Карл договорил.

– Но ты боишься пометить сам себя. – Он помотал головой. – Не волнуйся, постарайся только не зацепить себя до начала первого боя: в перерывах устроители высылают рабов, и те стирают все метки. – Он склонил голову набок и предложил, выходя вместе с Карлом на залитую солнцем арену Колизея: – Не хочешь сделать мне одолжение?

Карл задохнулся. Он еще не видел Колизея изнутри – а это был вид! Колизей Пандатавэя изгибался огромной подковой, два серых каменных полукруга открывались на пригородные поля, заполненные вопящими, размахивающими руками зрителями. В центре изгиба, где стояли мечники, камень Колизея был темен, изъеден веками. Дальше, по направлению к открытому концу, он светлел, словно там были недавние пристройки.

А вдали вздымался Аэрштильский Кряж – огромная заставка, закрывшая горизонт. Отсюда горы казались синими, вкруг их пиков сплелись, как газовые шарфы, перистые облака. На самых высоких вершинах лежал снег, и Мерцающие нити ледников сбегали по склонам, давая начала ручьям и рекам.

– Чертовски трудно было играть здесь актерам, – пробормотал его спутник.

Карл оторвал взгляд от гор.

– Что?

Улыбка.

– Ты и правда здесь новичок – Классический Фестиваль месяц как кончился. Каково оно – играть так, чтобы зритель видел тебя, а не все вокруг? Актер либо проваливается, либо играет так, как никогда в жизни.

– Еще бы.

Всего несколько недель – несколько эпох – назад Карл был актером студенческого театра – не очень-то внимательным, не дающим себе труда выучить свою роль в «Стеклянном зверинце». Да и роль-то была не из главных; он подвизался на просцениуме: всякие там шуточки и ужимки, чтобы повеселить зрителей. Карл покачал головой: игра на такой сцене устрашила бы и самого Алека Гиннесса.

– Ну так как же насчет одолжения?

Нахмурясь – слишком уж настойчив был коротышка, – Карл повернулся к нему.

– Что за одолжение?

– Понимаешь, приятель, ты тут впервые; странным будет, если ты пройдешь дальше первой схватки. – Он показал подбородком на рабов, что ровняли песок. – Как только они закончат – мы выходим на первый тур. Не возражаешь выбрать меня? Мне бы не помешала легкая победа.

Карл улыбнулся.

– Я ведь могу и победить.

Воин слегка пожал плечами и с сомнением хмыкнул.

– Я все же попытаю счастья. А теперь пошли – хочу выбрать местечко подальше от трибун. Оттуда иногда черт-те чем кидаются.

Карл двинулся за ним на площадку в центре арены. Как и остальные пятьдесят, она была квадратной, с врытыми по углам металлическими шестами. Было две возможности проиграть бой и дать противнику продолжать состязания: получить две метки – два удара, – которые судьи сочтут «серьезными», или вылететь во время схватки за пятиярдовую площадку, которую ограждали шесты.

Когда остальные мечники заняли свои места, шум постепенно улегся, только кое-кто из мечников бурчал, как им не повезло: не досталось слабых противников.

Карл выбросил это из головы, пробуя заодно отгородиться и от нарастающего рева толпы. Он должен выиграть; слишком многое от этого зависело, он просто не мог позволить победить себя.

А если он намерен победить – ему надо сохранить силы для предстоящих – и более трудных – боев. Он не считал поединщиков, но очень сомнительно, что их число равно точной степени двойки, а значит, сейчас или в следующих турах будут свободные от схваток. Скорее всего освобождать будут явных фаворитов; чтобы быть готовым к последним раундам, Карлу надо побеждать в первых легко и быстро.

Слева и чуть сзади раздался голос Кхоральта:

– Приготовиться к бою!

Карл получше перехватил меч.

– Бой!

Противник Карла двигался осторожно, меч покачивался, готовый закрыть – и ударить. Маленький воин сделал выпад…

Карл повалился навзничь, правая нога взлетела, целясь в руки противника. Подошва сандалии ударила того по запястьям; наградой Карлу был вскрик боли и зрелище вражеского меча, вылетающего из рук соперника – и за границу площадки.

Поднявшись, Карл острием меча начертил большую черную букву «X» на груди противника. Тот вздохнул и шутливым жестом поднял руки.

– Черт возьми! – Он помотал головой. – Ты вовсе не так неуклюж, как выглядишь, великанище. Впредь мне наука: не пытайся взять верх над новичком. – Карл пожал протянутую руку, и он расцвел. – Ну вот, теперь я выбыл и могу поставить пару монет – пойду да поставлю на тебя. Думаешь продержаться до финала?

Карл пожал плечами.

– Во всяком случае, постараюсь.

– Тут будет чем дальше, тем труднее, ты учти, – сказал побежденный и пошел прочь.

Пока выбывшие уходили с поля, Карл посчитал оставшихся соперников. Их осталось шестьдесят два. Один из судей поманил Ольмина и тяжелобрового гнома и освободил их от боя в этом круге, а Карл оказался лицом к лицу со своим противником, высоким эльфом ростом почти с Карла. Был он светлокож и светловолос, едва ли не альбинос, но вовсе не такой хилый, каким казался. Карлу понадобилось несколько весьма утомительных минут, чтобы пробить защиту соперника и вывернуть меч из его руки.

Тридцать два. В пару Карлу достался гном, в прошлом круге свободный от боя. Меч его был длиннее, чем у Карла да и силой боги его не обидели. К счастью, он был медлителен и попался на ложный выпад.

Из этого боя Карл вышел, хромая. Этот коротышка успел-таки заехать ему по правому колену.

Осталось шестнадцать. Карл прохромал на указанную судьями площадку. На сей раз соперником его был человек – длинноволосый, гладко выбритый воин с двумя мечами. Карлу потребовалось время, чтобы пройти атаки длинного меча и защиту короткого – и победа стоила ему еще одного удара в правое колено.