Норман Сеймон - Угроза

- Ага… - джет задумался. - Значит, заполучив еще и нас, хотите весь Иткен одолеть?

- Пока только отбить их нападения. Самкам нужно время, чтобы вырастить потомство, чтобы отложить новые яйца. Постепенно мы будем становиться все сильнее, однажды сами пойдем на Иткен.

- Хорошо, - кивнул Сайка. - А за горы - не собираетесь? Обратно?

- Я же говорил тебе, там стрекозы! - напомнил Стас.

- Помолчи, пока старшие разговаривают! - по-свойски прикрикнул на него атаман. - Помоги лучше Вику, принесите нам пару кувшинчиков, и рыбки.

Люсьен и Олаф не успели перекусить, поэтому от угощения не отказались. Ладья покачивалась на волнах у самого берега, внизу негромко переговаривались гребцы.

- Мы заключим этот ваш Договор? - подсел атаман поближе к сотнику. - Станем друзьями восьмилапых, да? А как же тогда воевать с Иткеном, если ваш Повелитель заключит мир?

- Не хочу тебя запутывать, - покачал головой Олаф. - Давай заберем на ладью мешок с оружием, твоих смертоносцев и поплывем в Чивья. Там ты предстанешь перед Повелителем, и все поймешь.

Сайка сразу поник, даже усы у атамана вроде бы повисли. Он привык видеть смертоносцев только для того, чтобы убивать.

- Какой он, этот ваш Повелитель? Большой?

- Очень. Но ты не должен бояться, атаман, Повелитель обещал тебе безопасность. Ты откроешься ему…

- Не смогу! - замотал головой атаман. - Слишком давно в заговоренных, даже если захочу открыть ему мысли - не выйдет.

Люсьен некстати расхохотался.

- Выйдет, атаман, - улыбнулся и Олаф. - Еще как выйдет. Даже не заметишь ничего.

- Ладно, - тряхнул головой Сайка. - Иди, зови пауков, а я с командой поговорю. Михаш сказал, что вы узнали про вельшу… Кто вам это рассказал? Подозреваю одну бабу, ох подозреваю.

Прежде всего атаман спустился к гребцам и долго объяснял им, что не следует не только вылезать на палубу и смотреть на пауков, но даже и думать о них.

- Ваше дело грести да мои команды слушать! Лучше пойте что-нибудь, только не "Смерть раскорякам", а лучше "Джемма навсегда." Нет, там тоже слова нехорошие… Кто знает подходящую песню?

- Про Насю общую! - нашелся Вик. - Там про пауков ни слова.

- Про Насю? Это же безобразие одно, а не песня! - возмутился сперва Сайка, но потом махнул рукой: - Ладно, горланьте это непотребство, только не думайте лишнего. Как закончите, начинайте сначала, замолчите - кнута получите.

Потом атаман выбрался наверх и спрыгнул на берег, навстречу приближающимся Олафу и Люсьену. За ними, стараясь двигаться медленно, показались смертоносцы. Это производило довольно зловещее впечатление, Сайка машинально схватился за свой знаменитый отравленный нож.

- Приветствую вас, - дрожащим голосом произнес он. - Рад, в общем, видеть.

"Меня зовут Зижда, младшего - Мешш. Я рад быть полезным своему Повелителю и говорить с тобой."

Да? - переспросил давно не общавшийся с пауками Сайка, зачем-то похлопал себя по уху. - Хорошо. Тогда прошу на ладью.

"Крепка ли она?"

- Зижда, я же сказал: в ладье тебе нечего бояться! - Олаф терял терпение, потому что всегда послушный Оку Повелителя смертоносец вдруг стал проситься идти пешком. - Далеко в озеро мы не уйдем, а скоро поплывем по реке, там ты одним прыжком на берегу окажешься.

"Твое желание - закон… Помогите Мешшу доставить джетам мешок с железом."

Зижда ловко вскарабкался на ладью, простучал лапами по палубе. Затянувшие самую похабную песню Джеммы гребцы сбились, но тут же загорланили снова, еще громче. Мешок, весивший не как Стас, а в два раза больше, общими усилиями перебросили через борт. Сайка не сдержал счастливой улыбки: редкий налет бывает таким удачным.

Оба паука распластались на ладье, раскинув в сторону лапы, вцепившись в дерево когтями. Покачивание судна их не тревожило, восьмилапые привыкли к этому в паутине, но количество воды вокруг нервировало обоих. Сотник подумал, что будь Зижда один - не избежать истерического припадка.

- Сколько нам плыть, атаман?

- Дня два, потом ручьи начнутся, там ладья не пройдет, - добродушно ответил Сайка, поглядывая на смертоносцев, и шепотом спросил: - Им страшно, да? Они боятся нас?

- Конечно. Ты бы разве не боялся на их месте?

- Ух, мне еще предстоит! - Сайка поежился. - Как представлю - во дворец, в самую паутину, к Повелителю! Ни один джет на такое не отважился бы, не будь я атаман Сайка.

- Да ничего страшного, я же сказал, что Повелитель обещал, - терпеливо улыбнулся сотник. - Я много раз был во Дворце.

- А я ни разу, - неожиданно поддержал джета Люсьен. - И надеюсь, никогда туда не попаду.

Они сидели наверху, только Стас попросился вниз, ему спокойнее было грести. Друзей он уже расспросил и теперь откровенно скучал. Вик отправился было с ним, но Сайка сделал ему малозаметный жест, который не укрылся от внимания сотника.

- Ведь вы не знаете! - вдруг сказал атаман. - Важель погиб, и ладья его едва ушла. А все потому, что очень хотел вас вернуть.

- Важель погиб? - удивился Олаф, опередив уже открывшего было рот Люсьена. - Я очень сожалею. Кажется, он был очень уважаемым атаманом.

- Вроде того, - Сайка сморщился. - Но скажу по секрету, для нас обоих лучше, что он погиб. Иткенские раскоряки насолили сами себе, ха-ха!.. Ох.

- Пожалуйста, извинись перед моими друзьями, - как можно мягче попросил Олаф. - Что тебе стоит? Ты ведь не хотел этого сказать?

- А они слышали?.. - Сайка повернулся к паукам. - Простите меня, восьмилапые. Это я по привычке.

"Мне приятно твое извинение," - довольно мрачно отозвался Зижда и умолк.

Люди тоже помолчали. Люсьен рассматривал озеро, в котором то и дело кого-то пожирали. Его, горца, удивляло такое буйство жизни. Почему еще не съели всех? Откуда берется столько добычи? Сотник, расположившись напротив Сайки, с наслаждение прихлебывал из кружки. Приказ Повелителя был выполнен так легко, так быстро, что лучшего и желать нельзя.

- А я таким тебя и представлял, - вдруг сказал атаман. - А то все только и голосили: сотник, сотник… Что он сделал, спрашиваю? Да выходит, что ничего особенного, вот только смертоносца убил мечом. Но все с ума посходили, даже Сильда. Боится она тебя, Олаф.

- Странно… - сотник вспомнил улыбавшуюся ему джетку. - Я вроде бы ничего плохого ей не сделал.

- А женщины, они чувствуют. Ты человек, который может убить без ненависти, просто потому что так надо. И ты мне нравишься, сотник! - атаман качнул кружкой. - Мало стало на Джемме таких, как мы с тобой. Прежде воины чаще гибли не от пауков, а от своих же. Потому что выживать должны сильные! А потом разленились, перестали бояться - вот и вышло, что Важель всем заправлял. Ему важно было, чтобы все осталось как прежде. Но так не бывает… Вот если все будет хорошо, я вернусь на Джемму и приведу к Темьену… Нет, к Чивья тысячу бойцов! А на островах останется пара сотен стариков, вот тогда они немного там почешутся! Представь, как им будет страшно! Так и нужно, потому что если человеку не страшно, он и жить-то перестает.