Кристофер Сташефф - Камень Чародея

— До какой цели? — спросил Джеффри.

— Хороший вопрос, — вздохнул Магнус.

— Оставим их, — твердо сказал Род и повернул головы своих мальчиков от петли Мебиуса. — Некоторым просто невозможно помочь.

— Но мы должны стараться, папа! — возразила Корнелия.

— Это бесполезно, дочь, — мягко указала Гвен. — Невозможно помочь тем, кто не хочет спастись. Пойдем, оставим бедняг в их собственной ловушке и поищем места для ночлега.

Учитывая все обстоятельства, Фесс не стал их будить, и ко времени пробуждения Рода солнце уже стояло высоко в небе. Семейство позавтракало прихваченными с собой продуктами, за поздним завтраком родители расспрашивали детей об увиденном. Те отвечали довольно охотно, и когда дошла очередь рассказывать родителям, стоял уже полдень. Молодежь дрожала от возбуждения во время рассказа старших, а когда те закончили, Грегори спросил:

— Теперь у нас достаточно данных, чтобы строить догадки о том, кто все это задумал? Или это чистая случайность?

— Конечно, не случайность! — горячился Джеффри. — Слишком все укладывается в один рисунок.

— Хорошо, — улыбнулась Гвен. — И какой же рисунок ты видишь?

— Хаос! — ответила Корделия, и Род кивнул.

— Я бы сказал, хорошая догадка. Молодые люди увлекаются музыкой и не обращают внимания на все социальные запреты и обычаи, которым их учили.

— Я бы так не сказал, — возразил Джеффри. — Все равно они сохраняют различия, среди них всякий раз возникают лидеры.

— То же самое можно сказать о зверях и птицах, — заметил Грегори.

— Отличный довод, — вмешался Фесс. — У них остались только самые примитивные следы общественного порядка.

Род смотрел, как его дети ломают головы, пытаясь разрешить проблему. Магнус поднял голову.

— Самый примитивный порядок? Похоже на анархию!

— Не совсем, — не согласился с ним Род. — Идеал анархии: все сотрудничают со всеми, и никто не отдает приказов.

Грегори удивился.

— А разве это возможно?

— О, конечно, — усмехнулась Корделия, — точно так же, как возможно, что придет фея, возьмет твой зуб и оставит за него денежку.

Грегори недоверчиво и ошеломленно смотрел на сестру.

— Ты хочешь сказать, что феи не приходят? Корделия прикусила язык, ругая себя.

— Конечно, нет. Но мы говорим о том, что возможно, братец, а не о том, что действительно существует.

Хорошая попытка, но джинн был выпущен из бутылки. Впрочем, у Грегори и так осталось довольно много детской доверчивости. Роду приходилось напоминать себе, что только ум ребенка заставляет считать его более взрослым, чем он есть на самом деле.

Но Магнус кивал.

— Такой идеал анархии возможен у малого народа, да и то вряд ли: для этого нужно, чтобы все с ним согласились и никто не пытался нарушить общее доверие ради собственной выгоды. Неужели люди верят, что такое возможно?

— Люди могут поверить во что угодно, если очень этого захотят, — вздохнул Род, — и анархисты, пытающиеся разрушить Греймари, считают, что лучше них никто не знает, что нужно делать.

— Итак, — объявил Магнус, — кажется, музыкальные камни распространяют твои старинные враги анархисты.

— Не старинные. Скажем, основательно укрепившиеся. Да, я согласен, что скорее всего за этим стоят анархисты из будущего.

— Но как они смогли это сделать? — спросил Магнус. — Нашли себе сторонников среди эсперов Греймари?

— Такова их стандартная процедура, и у меня нет причин считать, что здесь они действуют по-другому. К тому же, должно быть, нашли не одного: нужен десяток эсперов, чтобы покрыть музыкальными камнями весь Греймари.

Гвен покачала головой.

— Не могу поверить, что их больше одного. Это удивительное достижение, супруг: создание камней, которые производят музыку и сами же размножаются, когда они далеко от своего создателя. Нужен поразительный мозг, чтобы придумать такое. Гениальный колдун.

— Но ум и проницательность не всегда совпадают, дорогая. Мы говорим о человеке, который не только поразительно одаренный творец, но вдобавок обладает способностями организатора и предводителя.

Магнус нахмурился.

— Похоже на двух разных людей.

Муж и жена удивленно подняли головы. Потом Гвен медленно проговорила:

— Похоже, так оно и есть. Спасибо, сын мой.

Магнус пренебрежительно отмахнулся от этого комплимента: он уже становился достаточно взрослым, чтобы стесняться своего удовольствия от похвалы.

— Спасибо, мама, но гораздо важнее узнать, кто это и где они.

— Что касается «где», — вмешалась Корделия, — то не вижу ничего, что противоречило бы предположению, что все исходит с запада.

— Да, все сведения указывают на это направление, — согласился Фесс.

— Значит, конец, — Магнус отряхнул руки. — На запад!

— На запад! — Гвен сверкающими глазами посмотрела на сына. — Но куда именно на запад, сын?

Магнус пожал плечами.

— Мы еще недостаточно знаем, чтобы точно сказать это. По пути нужно внимательно приглядываться и искать указания. Правда, малыш? — и он хлопнул Грегори по плечу.

Маленький брат посмотрел на него горящими глазами.

— Конечно, Магнус! Правда, мы еще не знаем всех ответов, но не сомневаюсь, что узнаем. Пошли!

— Забросайте костер, — Гвен встала и начала собирать хлеб и вяленое мясо. Мальчики забросали костер землей, убедились, что тот погас, и бодро зашагали навстречу солнечному закату.

Род последовал за ними, мысленно разговаривая с роботом:

«Мальчишка поражает меня, Фесс. У него талант лидера, которого я не ожидал».

«Да, Род. Он искусно ищет подтверждения своих догадок».

Род кивнул.

«В конце концов, Большой Брат не может не признать, что иногда Маленький Брат думает лучше его, — если хочет сохранить лидерство».

«Грегори не станет оспаривать его лидерство».

«Не станет, но Корделия и Джеффри станут, если подумают, что Магнус перекладывает решения на младшего. А он, если хочет чего-то добиться, должен иметь их на своей стороне, — Род вновь кивнул. — Вот так-то. Если кто-то и может заставить их действовать вместе, так это Магнус».

«Или Гвен, Род. Или ты сам».

«Ну, это понятно, — согласился Род, — но ведь мы не всегда будем с ними».

«Благоразумно, Род, но несколько мрачновато. Может, подумаем о более приятных вещах?»

«Например, о том, кто стоит за музыкальными камнями? Отличная мысль, Фесс. Пошли!»

Глава семнадцатая

День прошел без происшествий, ночь тоже. На следующее утро костер забрасывали, когда солнце едва-едва прояснило горизонт. День выдался свежим и ясным и мог бы быть заполнен птичьими песнями, если бы все в округе не заглушала музыка камней.