Светлана Дмитриева - Рассадник добра

— Впечатляет, да? — гордо спросила довольная Машкиной реакцией Айшма. — Здесь работал очень, очень хороший пространственник. Лучший, пожалуй, в Астолле. Он задолжал хозяину кое-что и предпочел честно отработать долг. Мессир — весьма уважаемый человек, и ты еще успеешь осознать, в чьем доме ты удостоилась чести служить.

— Ага. — Машка ошарашенно кивнула, — По меньшей мере это свежо и оригинально.

— Это дорого, — отрубила Айшма. — До безголовости дорого. А это внушает клиентам трепет.

Наверное, будь у Машки деньги, она была бы очень неправильным клиентом, потому что ей розовая ткань в горошек никакого трепета не внушала.

— Конечно, — погрустнев, продолжила экономка, — некоторые простаки любят погорячее. Поэтому приемная выглядит совершенно иначе. Идем, мессир ждет.

Машка оживилась и приготовилась к посещению местного варианта театра ужасов с хозяином театра в главной роли. По мере приближения к живописно затянутой паутиной двери приемной плечи Айшмы медленно опускались все ниже и ниже, спина приобретала некоторую сутулость, а на лице прорисовывалось запуганно-туповатое выражение. Отворилась дверь, как и положено, с надрывным тоскливым скрипом. Из темной приемной повеяло холодом и сыростью. Машка одобрительно и чуть сентиментально хмыкнула. Именно так пахло на лестничной клетке зимой, когда вездесущие бомжи в очередной раз вскрывали подвальную дверь. Навстречу им из кресла вежливо поднялся аккуратный скелет. Улыбаться ему было нечем, однако во всей его позе сквозило дружелюбие и приветливость. Казалось, сейчас он с сухим щелчком раскроет рот и произнесет: «Чем могу помочь, что интересует?»

— Неужели это он и есть? — вслух удивилась Машка.

— Это Рон, секретарь мессира, — едва слышно объяснила Айшма. — Когда-то он тоже был известным магом, но хозяин убедил его поступить к нему на службу. Он не говорит, однако все понимает, умеет писать и обладает отличной памятью. Наши постоянные клиенты очень хорошо к нему относятся.

— Эффектно, — оценила Машка.

Скелет благодарно поклонился ей. Над головами совершенно бесшумно пронеслась то ли летучая мышь, то ли какая-то небольшая птица. Ее можно было принять за галлюцинацию, но это только гриппом болеют все вместе, а с ума сходят поодиночке. Айшма проводила крылатого обитателя приемной задумчивым взглядом и нетерпеливо подтолкнула Машку туда, где за тяжелой портьерой скрывался еще один проход. Он вел в святая святых — сердце замка Роесна, лабораторию черного мага Вилигарка. Сзади тихо клацнуло, словно скелет-секретарь ободряюще помахал вслед Машке рукой. Вот тут-то истинно готический трепет и настиг ее. В памяти возникли дома Эшеров, поместье графа Дракулы, замки с привидениями и прочие негостеприимные места, описанные в читанных Машкой ужастиках. Что ни говори, а атмосфера много значит. Вряд ли можно почувствовать себя неуютно в коридоре, обитом тканью в горошек, зато в сумерках, царящих в грязной приемной, отсутствие уюта явно ощущалось.

Даже дружелюбная заботливость скелета не смогла прибавить Машке самообладания. Она чувствовала себя Марией-Антуанеттой, провожаемой к месту казни. Сердце вело себя подло — то колотило с частотой в сотню ударов в минуту, а то затихало, словно не желая привлекать к себе лишнего внимания. «Чертова тахикардия!» — зло подумала Машка, глубоко вдохнула и приказала себе успокоиться. Ну что в паршивом некроманте может быть такого особенного? Мужик, он и есть мужик. От банальной этой мысли удивительно полегчало. Машка выругалась про себя для закрепления результата и смело последовала за экономкой к своему новому работодателю.

Некромант Вилигарк оказался каким-то совершенно нетипичным черным магом. В отличие от высокомерной напыщенной Айшмы он был румян и несерьезен с виду, словно персонаж мультфильма, и вовсе не внушил Машке трепета. Вероятно, он действительно обладал огромной силой и знаниями, если даже при этой своей дурацкой внешности считался уважаемым некромантом и вселял в окружающих неприязнь и страх. Темноволосый одышливый толстячок с явно намечающейся лысиной и добродушным лицом, он как-то не тянул на Мефистофеля и даже на Саурона совершенно не был похож. Не впечатлял, в общем. Машку тянуло захихикать, но из уважения к магу она сдержалась. Мало ли, вдруг это его оскорбит? В глубине души она лелеяла надежду напроситься к нему в ученицы.

Айшма низко склонилась перед ним и чувствительно ткнула Машку в спину. Машка дернулась, хмыкнула и вежливо наклонила голову, здороваясь. Черный маг удивленно воззрился на нее.

— Хозяин, — еле слышно пробормотала Айшма.

— Кто это? — брезгливо оттопырив нижнюю губу, спросил Вилигарк, сразу потеряв специфический шарм, присущий безобидным немолодым мужчинам, страдающим излишней полнотой. Высокомерное поведение не шло ему абсолютно.

— Это Марья, моя новая помощница... — еще тише отозвалась Айшма. То ли она до смерти боялась хозяина, то ли благоговела перед ним так, что перехватывало горло.

— Это ее настоящее имя? — деловито уточнил некромант.

— Мне это неизвестно, — чуть ли не всхлипывая, призналась экономка.

— Разумеется, настоящее! — фыркнула Машка. — А фамилия — Бурова. Вам ни о чем это не говорит?

— А должно? — удивился маг, на мгновение сбросив маску высокомерного владыки.

— Возможно, — загадочно сказала Машка. — А вы, я так понимаю, мой работодатель — черный маг Вилигарк, специализирующийся на некромантии?

— Ты права, — подтвердил Вилигарк.

— Ну что же, будем знакомы. — Машка милостиво кивнула и обернулась к Айшме. — А теперь, наверное, можно посмотреть, где я буду жить. А то поздно уже, спать хочется. И есть.

Айшма молчала, хлопая круглыми испуганными глазами.

— Она мне нравится, — неожиданно сказал некромант. — Я согласен взять ее на работу. Айшма, проводи ее на кухню и хорошенько накорми. Завтра она мне понадобится.

Облегченный вздох экономки был ему ответом. Маг отвернулся, демонстрируя, что аудиенция окончена. Машка так и подумала — «аудиенция», потому как полноценным разговором это назвать было нельзя. Некромант явно был чересчур избалован всеобщим поклонением и вел себя как Папа Римский. Пятясь, Айшма покинула лабораторию. Машка же, характерная представительница ни во что не верящего нахального земного человечества двадцать первого столетия, беззаботно повернулась спиной к некроманту и вышла в приемную, тихонько насвистывая неприличную песенку.

Вилигарк, закусив губу, проводил ее цепким заинтересованным взглядом прожженного мерзавца, только что учуявшего выгоду.

Местная кухня от обыкновенной не отличалась почти ничем, кроме размеров. В этой спокойно можно было устраивать вечеринки для всего класса. И в центре помещения стояла не дешевая газовая «Лысьва», как дома у Машки, а олицетворение высоких маготехнологий: блестящая, украшенная таинственными знаками громадная плита. Выключенная.