Ксенольетта Мечтательная - Танец строптивых

Но Тиретис лишь озирался по комнате, будто сам не знал, чего ожидать. Смех шепотом разнесся в помещении, чтобы через секунду гул магоблоков стал возрастать. Смех становился более сумасшедшим, гул интенсивнее и громче. Лидан грубо потянул меня в центр помещения, чтобы выплести заклинание и наложить рисунок на мое горло. Пугающий смех прекратился.

— Твою мать, Ри, — сказал Тиретис и быстро переступил порог, покидая комнату.

— Куда это ты собрался?! Какого хрена происходит?! — выкрикнул Лидан, но Нестаргонский по обыкновению молчал, уже наблюдая все из коридора, — Солвер, я выжгу глотку Кениар, если ты…

Договаривать Лидан не стал. Все прекратилось. Абсолютно все. Магоблоки вышли из строя, потухло заклинание Лидана, я почувствовала, как моя магия встрепенулась, пробуждаясь через «не хочу». Стало больно. Очень больно. Меня будто выворачивали наизнанку. Рядом закричали неудавшиеся насильники. Я упала на землю, когда Лидан больше не смог держать меня. Я вскрикнула от испуга, когда в полной темноте рядом увидела желтые глаза. Боль отступила, но я слышала муки остальных. Значит, уже не больно только мне.

— Ри, достаточно! — услышала испуганный голос Нестаргонского, — Ты можешь убить их, и я тебе ничем не смогу потом помочь! Очнись, Ри!

— Я в порядке, — услышала уже голос Риаса, когда пропали желтые глаза, — Я себя контролирую, Тир.

Вокруг стояла все та же непроглядная тьма. Холодно уже не было. Моих слез тоже не было. Я хотела только почувствовать тепло любимых рук, и они не заставили себя ждать.

— Иди ко мне, Ори, — ощутила я прикосновение Риаса.

— Я ничего не вижу, — пожаловалась.

— Тир, посвети. Ей страшно, — услышала, когда Риас поднимал меня на ноги, — Идти можешь?

— Да. Все заклятия исчезли, — растерянно и все еще неверующе произнесла я.

— Я знаю, Ори.

Голубой водный шарик возвысился в помещении, чтобы осветить бессознательные, скрюченные тела трех парней. Аккуратно придерживая, Риас повел меня на выход, пока я куталась в свое пальто, скрывая испорченный костюм.

— Мои ножи, — развернулась я на пол пути, постепенно отходя от шока.

— Я заберу, — услышала ледяной голос Тиретиса.

Глава 18. Наказание виновного или политика Ирфрида

Мы почти сразу выдвинулись к административному корпусу. По дороге встретили Эмилию и Немира Ставронга. Они долго нас не задерживали, окидывая меня обеспокоенным взглядом, но убеждались, что я крепко держусь. Уточнили, где искать виновных и живы ли они еще, а когда услышали нужное, спешно продолжили свой путь.

Я успела взять себя в руки. В отличии от чувственной романтики, где все было в новинку, тут была ситуация более привычная, когда у тебя нет выбора и приходиться терпеть. Кастомир Дезант, хоть и не приставал ко мне, но от его рук и унижений я страдала часто.

— Почему так долго? — стуча зубами уже больше от холода, спрашиваю Риаса.

— Девчонка эта… Фими, кажется. Она сказала, что боялась рассказывать сразу, но заснуть не могла, поэтому все же сунулась к нам. Прости, — прижимая меня ближе к себе просит Риас.

— Ты их точно не убил? — задает вопрос Тиретис, что шел рядом с нами.

— Точно, Тир.

— А их искры?

Рука Риаса на моей талии сжалась.

— Ри?! — опережает нас Нестаргонский, преграждая путь, — Ты соображаешь, что натворил?!

— Слушай, Тир, давай дойдем к теплу. Ори дрожит и…

— Да ты с ней последних мозгов лишился! Искры, они хотя бы подлежат восстановлению? — пребывал в негодовании Тиретис.

— Возможно, — виновато произносит Риас.

По его ответу становится понятно, что шансов пробудить искру, если и есть, то скорее всего, как было у Трикса, почти нет.

— Тебя могут потребовать к суду в Дарголию! Я там не властен! Это укладывается в твоей голове? — уже более тише задает вопрос Тиретис.

— Они первые напали, Тир! У нас свидетель есть, — неуверенно заканчивает Риас, — Давай дойдем в тепло, — просит он, запахивая плотнее ворот моего пальто.

В административном корпусе была выбрана свободная комната для сбора. Наставница целителей Фелиция наложила на меня успокоительные заклинания, что не просто вызвали сонливость или убрали дрожь, а действительно вернули в чувство. Так что, голова совсем трезво мыслила. От этого отвращение и желание помыться только усилилось, а на место шока пришел гнев. Поэтому, я осталась нетерпеливо стоять в центре комнаты, не желая садиться. Снять пальто отказалась, продолжая кутаться, скрывая тело.

В комнате присутствовали шестеро. Фелиция решила остаться, беспокоясь, что при моем допросе, я могу разволноваться снова. Эмбер в качестве вопрошателя, а Октавий с беспокойством и осуждением поглядывал на Риаса. Тут он был, потому что мой декан и по совместительству куратор.

Я пересказала свою версию событий, ничего не утаивая уже три раза. По словам Тиретиса, у них картина выглядела так. Риас довольно рано уснул за чтением очередных тайных документов Нестаргона, а Тиретис засиделся с артефактами. Поздний стук он по обыкновению игнорировал, но, когда дверь тихо приоткрылась все же выслушал неизвестную посетительницу. Имени моего она не знала, а Тиретиса боялась, поэтому задержала все еще дольше, постоянно мявшись и не сумев ясно изложить все. Риас очнулся от ее эмоционального бормотания и спросонок вырвал из контекста: «Девушка, что с другом вашим ходит, Ваше Высочество. Поволокли ее куда-то в комнаты на первом этаже.» Если Тиретису этого было мало, чтобы сорваться, то Риас вытолкнул обоих с прохода и полетел в поисках меня. Тиретис дал указание девушке идти в административный корпус к Эмберу и все ему рассказать. Своего будущего короля Фими ослушаться не посмела.

Риас говорил, что проверял помещения поочередно, а до нужной добрался почти в конце, когда его нагнал уже и Тиретис. Распахнул двери, не зная, чего за ней ожидать, а когда увидел, то не смог сдержать демоническую силу.

Девушку, к слову, расположили в соседней комнате отдыхать. По словам Фелиции, Фими перенесла стресс, пострадав психологически даже сильнее, чем я.

А я сидела и задавалась вопросом. Чем я навредила Лидану? Но вскоре в комнату зашел Кобеан, что почти пылал праведным огнем. На вопросы отвечал четко и собрано, в принципе, как обычно. Замешан в подлой авантюре огненный принц не был, но причину поведения друга знал. Стараясь не смотреть на меня, он глядел прямо в глаза Ставронгу и вел уже основательно долгий монолог:

— Причины, — потер принц лоб, — У него сестра при дворце. Молодая фрейлина моей матери. Он же и Асель не переваривал, но серьезное что-то с ней я не планировал. Сестра его, Аттия, рассматривалась моей семьей, как возможный выгодный брак. Я не был особо против. Девушка с доброй душой, красивая и простая. Лидан мечтал, что их семья войдет в нашу королевскую линию с этим браком. Потом, я встретил Орису, а когда решил, что сделаю ей предложение, то стал подготавливать официальные отказы потенциальным невестам. Позже Ориса отказала мне. Я долго обдумывал отправлять письма с отказами или нет. В итоге решил отправить. Мне захотелось сделать небывалый вклад для своей страны, раз уж влюбляться больше желания нет. Лидан вчера вечером получил весть от своей семьи, что я отправил запрос на брак с принцессой из Афлии. Вы же знаете, чем эта страна славится? Столько драгоценных минералов, что это принесет дополнительный доход Дарголии в три раза. Вот только, Лидан понял все как-то иначе, гневался и Орису винил, — опустил виноватый взгляд в пол Кобеан, — Если бы я знал, чем это все закончится, то сам бы его осадил. Надеюсь, что ему досталось достаточно в наказание.