Элейн Каннингем - Крылья ворона

— Расскажи, как это выглядит.

— На первый взгляд, все очень просто. Все и вся занимают определенное положение. Сначала идут Дома — ты бы, наверно, назвала их семьями или кланами. Они располагаются по порядку в зависимости от их силы, и Матери самых могущественных Домов входят в правящий Совет Восьми. Внутри каждого Дома вдет постоянная борьба за место и положение. То же самое в школах, на аренах, в гильдиях мастеров, на рынках, даже в домах для празднований.

— Кажется, я начинаю понимать, — сказала Шарларра. — Постоянное соперничество в рамках довольно жесткой структуры. Вот откуда замечательное оружие дроу и ваша знаменитая магия.

— Отчасти, — согласилась Лириэль. — но имей а виду, что кузнец, кующий мечи, может выдвинуться двумя способами. Во-первых, он может очень постараться и достичь высот мастерства. А во-вторых, может просто убить того кузнеца, который лучше него. — Она снова улыбнулась, но на этот раз улыбка не коснулась ее глаз. — Для этого тоже нужны хорошее оружие и сильная магия.

— Верно, — согласилась эльфийка. — Не в обиду тебе будь сказано, но, судя по тому, что я слышала о дроу из Подземья, можно предположить, что второй способ у них более популярен.

Лириэль больше не улыбалась, ее янтарные глаза погрустнели.

— Когда дело касается дроу, ничего нельзя предполагать заранее.

— Я учту.

Они несколько раз передавали друг другу флягу с вином темных эльфов. Подошедший Фиодор взял предложенную флягу и, не вздрогнув и даже не поморщившись, отхлебнул горький напиток.

А как ты вообще узнала о дроу из Подземья? — поинтересовалась Лириэль.

Шарларра жестом отказалась от предложенной Фиодором фляги с его собственным напитком. У нее остались самые неприятные воспоминания об утре после первого знакомства с крепчайшим рашемаарским джуилдом.

— Маг из рода Гаркл — экстравагантная семейка, даже для человеческих магов — имел долгую беседу со странствующим дроу из твоего родного города. Гаркл написал трактат, имевший хождение среди городских властей и главных магов.

Лириэль хмыкнула.

— А ты к кому из них относишься?

— И к тем, и к другим, и еще много к кому, — с деланной важностью парировала Шарларра.

Они дружно расхохотались и снова приложились к фляге.

— Мне представился случай поговорить с Квили. Она рассказала мне кое-что о дроу.

— Откуда ты ее знаешь?

— Через ее сестру, Лаэрель Серебряную Руку, супругу — и, возможно, это его единственное, но все искупающее достоинство — моего прежнего хозяина Архимага Глубоководья.

Лириэль мгновение обдумывала это. Она перевела взгляд на Фиодора, и в ее удивительных глазах светилась надежда. Шарларра мимоходом подивилась, что такого особенного услышала дроу в ее словах. С уколом сожаления она поняла, что выяснять некогда.

Эльфийка поднялась и скинула с себя одежду.

— Если хочешь, я могу создать портал, который перенесет вас в Высоколесье и сократит ваш путь.

Лицо Лириэль сделалось тревожным. Она рассказала Шарларре, что произошло в Гавани Черепа. Пока эльфийка слушала, у нее было время подумать о возможных последствиях оказания помощи беглецам. Но где она была бы сейчас, не протяни ей Лаэрель руку тогда, когда она сидела по уши в сточной канаве? Пришло время выполнять данное самой себе тогда же обещание: точно так же протянуть руку помощи кому-то, кто будет нуждаться в ней, как она нуждалась тогда в помощи Лаэрель.

Шарларра лишь пожала плечами на все предостережения Лириэль.

— Я не боюсь Ллос. Дроу сверкнула глазами.

— Значит, ты дура!

— Да, я уже это слышала, — коротко ответила эльфийка, — но, по крайней мере, я дура, знающая кое — какие полезные заклинания.

Лириэль поджала губы, задумавшись.

— Может быть, ты сможешь помочь мне с этим.

Она развернула гобелен и объяснила, что это такое. Шарларра сомневалась в успехе, но решила попробовать. Несколько заклинаний ничего не дали, но несколько упрощенное заклинание легенды дало бесценную крупицу информации.

Она покачала головой.

— Это эльфийская магия. По иронии судьбы это именно та школа магии, о которой я не знаю ничего.

— Светлые эльфы. — В устах Лириэль эти слова прозвучали ругательством.

— Никогда про них не слышала, — легко ответила Шарларра. — Мы изучали лунных эльфов — они всегда готовы к развлечениям, золотых эльфов — про которых чем меньше говоришь, тем лучше, лесных эльфов и диких эльфов — их пути немножко туманны, и морских эльфов. Легенды говорят, что когда-то были еще авариэль, крылатые эльфы. Может, где-нибудь они и сейчас еще есть. В конце концов, литари, эльфы, способные превращаться в волков. Но светлые эльфы?

— Так мы называем всех эльфов, которые не дроу.

— Что же, может, пора тогда научиться кое-каким новым оскорблениям, — предложила эльфийка. — Если ты хочешь, чтобы у лунного эльфа кровь вскипела, назови его серым эльфом. Хочешь щелкнуть по носу золотого эльфа — скажи, что он лунный эльф.

Лириэль поняла.

— На самом деле народы эльфов настолько сильно разделены?

— Глупо, да?

Дроу соображала быстро. Шарларра увидела, как вспыхнули ее глаза, когда она ухватила суть, как они задумчиво блестели, пока она обдумывала услышанное.

— Эльфийское искусство и магия существуют очень давно, — продолжала эльфийка. — Говорят, ты видела развалины Эскайрла. Эльфы, построившие его, исчезли столетия назад, а пережившая их магия была обращена на службу злу. Почти то же самое в Миф Драннор. Древнее волшебство еще живо, и многие хотели бы найти способы исказить его.

— И мой народ в том числе, — добавила Лириэль.

Шарларра заметила быструю печальную усмешку дроу и поняла, что еще один кусочек информации лег на предназначенное ему место. Нехотя поднявшись уходить, она поняла вдруг, что не может просто так расстаться с дроу. Связавшая их, будто сестер, невидимая нить оказалась неожиданно прочной.

— За тобой охотятся, — резко сказала она. — Высокая женщина-эльфийка, называющая себя Торн. Она воительница Эйлистри, а это означает, что Силу ее оружия поддерживает некая магия. Будь осторожна.

— Я провожу тебя немножко, — предложил Фиодор.

Шарларра отвязала коня и повела его назад, к реке. Они остановились на поляне. Рашеми запрокинул голову и глубоко, медленно вдохнул.

— В воздухе пахнет зимой, — сказал он. — Листья уже стали алыми и золотыми. Дней через десять они облетят.

Эльфийка кивнула. Она помнила о лесах достаточно, чтобы представлять, как трудно пробираться через них незамеченным, когда деревья уже сбросили листву. Дороги будут забиты караванами, везущими товары в далекие города и села, на поздние ярмарки и на всю долгую надвигающуюся зиму.