Валерий Иващенко - Маленькая ведьма

Фрегат, прижавшись к самому берегу в тщетной надежде спастись, был обречён. И неторопливо приблизившемуся к нему Дракону тем неприятнее было обнаружить, что в прибрежных зарослях затаился Лучник, который не замедлил дать по летающему чудовищу хороший залп. Да и кубик выпал на самое большое число - "шестёрку", позволив Ведьме под управлением Линн беспрепятственно сделать шесть ходов по лесной дороге и подойти на расстояние атаки.

Дракон не успел убраться вовремя, и девчонка с азартными возгласами добила его своей парочкой. Возмущению Каны коварством соперницы не было предела. Отчасти она взяла реванш, потопив почерневший и дымящийся Фрегат Русалкой - но согласитесь, что такой размен фигур никак нельзя считать равноценным. Ликующая и довольная Линн бросила было в атаку своё воинство, но Рыцарь эльфийки быстро доказал, что в чистом поле, где можно набрать разгон, ему сам Падший не указ.

В конце концов партия сошла к ничьей, и в безымянном городке на границе разодетый в белые шелка изящный Граф церемонно раскланялся с закованным в отливающие изумрудным латы могучим Бароном, приняв мир - до следующего раза.

- Вот так, - удивлённо покачивая златокудрой головой, промолвила Кана, укладывая фигурки обратно в ящичек. - Понравилось? К тому же, эта игра способствует развитию и гибкости мышления. Тебе пригодится, да и мне небесполезно…

Три дня пролетели в напряжённом изучении книг, перемежающемся с прогулками и азартными сражениями на поле игры в трик. И уже вечером, когда Линн скрытно провела по реке Русалку в самую глубину территории Каны и коварнейшим образом пленила её Рыцаря, заставив того воевать на своей стороне, по улице к утопающему в зелени сада домику подкатилась карета. А следом голос тётушки Фло весело запел арию из оперетты:

И будь ты хоть хмельной повеса,

Весёлый эльф из Златолеса,

Иль важный бородатый гном…

- Ну здравствуйте, дорогие мои! - воскликнула разрумянившаяся от быстрой езды пожилая волшебница и обняла ссыпавшихся в сад девиц.

Зела весьма кстати быстренько организовала ужин, так что вернувшаяся хозяйка дома, смыв с себя дорожную пыль, отдала должное трапезе, по ходу дела заметив, что в столице готовят по-прежнему плохо, а вот шума и грязи заметно прибавилось. За едой, как обычно, болтали о пустяках да о всякой всячине вроде столичного театра.

И лишь поднявшись на второй этаж, тётушка Фло распорядилась принести свой дорожный саквояж, мимоходом глянув на доску для игры в трик и заметив Линн, что дела её плохи - с изменой Рыцаря положение становится попросту безнадёжным.

- Ой, нет, это я проигрываю партию, - смутилась Кана, вздохнув с досады.

Тут уже удивилась волшебница. И, ласково потрепав по макушке покрасневшую от удовольствия Линн, заметила ей, что она делает успехи.

В саквояже обнаружился целый ворох книг и исписанных убористым ровным почерком свитков. На замечание девчушки, что почерк у тётушки просто безукоризненный, та отмахнулась.

- Да что ты - это же перо-самописка!

Полезнейшее изобретение в области магии, перо-самописка представляло собой самое обычное гусиное перо для письма, но с наложенным на него хитрейшим заклинанием. Достаточно тому, у кого в ауре есть хоть проблеск способностей, подержать его в ладонях и подумать о том, что хотелось бы написать, а затем поднести к чистому листу или свитку, как волшебная штуковина тут же сама собой принималась трудолюбиво строчить, словно прилежный секретарь или клерк записывал надиктовываемые ему слова.

- Надо же, - зачарованно выдохнула Линн, ревниво следя, как самое обычное с виду серое гусиное перо, что его Кана выпустила из изящных ладоней, тут же принялось выплясывать над большим письменным столом, покрывая его ровными строками с повторяющимся высказыванием - полным аналогом нашего извечного "Петька дурак". Только там шла речь о Линн.

Тётушка Фло, сведя брови в притворном гневе, погрозила пальцем тут же изобразившей из себя святую невинность эльфийке, одним взмахом руки очистила поверхность стола от писанины и отправила на полку угомонившееся перо.

- Ну что ж, давайте посмотрим, что мне удалось накопать в библиотеке… - заявила она и со вздохом уселась в услужливо подъехавшее кресло.

Разбор и обсуждение затянулось до глубокой ночи. Выяснилось много полезного и не очень. Линн вчитывалась в описание потерявшихся из комплекта вещей, мимоходом зевая и краем уха прислушиваясь к ожесточённому спору двух волшебниц. Она и хотела бы прислушаться к ним повнимательнее, но заслышав, что речь пошла о тензоре магического вектора в вероятностном поле, быстренько ретировалась к своим куда более понятным документам.

В полной тишине, нарушаемой лишь песенкой сверчка в саду, Кана задумчиво подняла голову.

- В каком ухе звенит?

Линн совсем было собралась ответить что-нибудь весело-насмешливое, но осеклась.

- Ой, а у меня тоже…

Тут тётушка Фло высунула нос из толстого фолианта в потемневшем от времени кожаном переплёте, прислушалась и пожала плечами.

- Да это колокольчик у калитки. Марена, отвори молодому человеку!

Высунувшаяся в окно Линн практически ничего не видела за деревьями сада, а посему бросила на стол опостылевший свиток, который изучала уже довольно долго, но никак не могла уловить заложенный в тексте смысл, и пошла немного размять ноги. Заодно и голову проветрить. Она спустилась по лестнице, весело и вприпрыжку шлёпая по ступеням, отворила дверь и вышла на освещённую светом из окон мощёную дорожку.

Служанка что-то задержалась у калитки, потому Линн, совершенно не думая об опасности, пошла туда же. Сердце её ёкнуло только когда она увидела на улице взмыленного коня. А в седле покачивался худощавый - да, вполне возможно, что и молодой человек.

- Ничего не пойму, - вполголоса пожаловалась ей Марена, зябко завернувшись в шаль. - Не по-нашему говорит, чудно - и качается словно пьяный.

Сетанг-другой девчонка разглядывала седока, затем смело шагнула вперёд. Уловив мокрый отблеск на боку коня, она зачем-то потрогала это место и тут же отдёрнула руку, зачем-то понюхав пальцы. А ведь этот запах ей знаком, даже сквозь вонь лошадиного пота… и она, обернувшись в сторону дома, звонко выкрикнула:

- Кана, да ведь он ранен!

Сказать, что после этих слов поднялась суматоха, значит не сказать ровным счётом ничего. Обе волшебницы не замедлили явиться на зов и осветить место у калитки волшебными шариками. И в самом деле, в седле оказался худощавый и весьма симпатичный молодой человек в непривычного для здешних мест покроя чёрном дорожном костюме. Тёмные и длинные прямые волосы слиплись от пота и пыли. Правда, левой рукой он зажимал изрядных размеров прореху на бедре, а сквозь пальцы его сочилась кровь.