Никос Зервас - Греческий огонь

— Спокойно! Все остаются на местах. Ситуация под контролем.

«Это голос не режиссёра Ханукаина? — подумал Ваня. — Это голос Телегина».

Снежная, непонятно откуда налетевшая буря затихла. Стали затихать и трибуны. Главный моджахед валялся в углу сцены с завязанными глазами, неловко подогнув правую ногу. Петя Тихогромов деловито шарил в его кармане. Два других, уже обезвреженных террориста сидели на полу под прицелом боевого оружия капитана Васильева. Телегин в одной руке держал пистолет «Макаров», другой тёр примороженную щёку, а может, она просто чесалась.

Ваня хотел было броситься к Телегину на шею, но тот осадил, слегка выставив вперёд «Макарова».

— Ты что фортели выкидываешь? Вот пришлось, понимаешь, командировку из-за тебя прерывать.

На сцене всё успокоилось. И тогда поднялся президент.

— Дорогие соотечественники! — начал он. Голос спокойный, уравновешенный.

Он сделал небольшую паузу, подумал да и махнул решительно рукой.

— Хватит на сегодня речей. Концерт звёзд мировой эстрады отменяется. Не отменяется только Россия!

А в углу сцены жалкий, потрёпанный, продрогший великий колдун Лео Рябиновский судорожно щёлкал кнопками мобильника. Телефон Сарры Цельс не отвечал. Телефон Колстера Фоста повторял равнодушно-однообразным голосом: «Попробуйте позвонить позднее…».

Иван Царицын направился было к выходу, но споткнулся обо что-то холодное, металлическое. Нагнулся: это был красивый, инкрустированный кинжал, тот самый — подарок президента. Иван поднял его.

Подъехала чёрная правительственная машина. За Василисой. Измученная, как-то сразу повзрослевшая девочка пошла к ней в распахнутой, белой в серебряных блёстках шубке. Снегурочка. Она хорошо справилась с ролью. Она будет великой актрисой.

Ваня догнал её. Протянул кинжал.

— Передай отцу. Лео не умеет ценить дорогие вещи.

На улице его ждали друзья. Шумной встречи не получилось. Все были измучены, измочалены незабываемой новогодней ночью.

Старвик и Касси жались друг к другу, Надя Еропкина почти повисла от усталости на рукаве Паши Лобанова.

Ярослав Телепайло держал холодный снежок на лбу, изукрашенном роскошным лиловым синяком.

На Асе была меховая шапка кадета Тихогромова, и она смешно выглядывала из-под неё, бледная, но не теряющая бодрости духа.

Тихогромов держал в руке, как цветок, оторванный кадетский погон.

Все смотрели на Ивана Царицына. Ждали, что скажет. Собрав волю в кулак, чтобы не расплакаться от счастья, Иван напустил на себя важный вид.

— Вот что, господа ведьмодавы. Пару дней приходим в себя, а потом милости просим в домик Суворова на очередное заседание Кружка юных выжигателей. Явка обязательна. Надеюсь, всем понятно?

Примечания

1

Господи, вразуми раба Твоего Ивана.

2

Держись твёрдо, и Господь поможет тебе.

3

Держись твёрдо, и Господь поможет тебе.