Александр Шаповалов - Серая нить. Книга первая.

Отец оставил мне не только хороший, быстроходный корабль, но и надежные связи во многих портах. Прошло пару лет. Сытая жизнь наскучила, меня тянуло в далекие края, а душа жаждала приключений.

Так, в один из дней, когда тоска схватила меня за горло, я решил прибегнуть к испытанному способу – утопить её в вине.

В тот вечер, сидя в портовой таверне, я довольно-таки серьезно нагрузился вином. Поэтому железное правило – не совать свой нос в чужие дела, на какое-то время было позабыто.

Я бросал свой, затуманенный вином, взгляд из стороны в сторону, нагло осматривал сидящих за столами посетителей. В заведениях такого типа – это было признаком дурного тона, любой заинтересованный взгляд воспринимался как вызов. Но в тот вечер никто не стал меня одергивать, и я продолжал пялиться по сторонам.

После очередной порции кислого вина, мой взгляд отметил в темном углу таверны необычную для такого места троицу. Все, сидящие в дальнем углу, были в накидках с капишенами, но это, как раз было нормально. Здесь больше половины посетителей сидели в точно таких же накидках. Странно было само поведение этих людей, они постоянно оглядывались, жутко нервничая. В глаза бросалось, что нахождение здесь им было в тягость. Но они не уходили, из чего становилось ясно – троица кого-то ждала. И действительно, в скорости к столу подошел четвертый. Он сел напротив, вытащил из-за пазухи кошель и положил его перед троицей. Один из ожидавших развязал веревку, стягивающую верх мешочка, и заглянул во внутрь. Затем поднял голову, посмотрел на своих соседей, удовлетворенно кивнул. Сидевший с левой стороны неизвестный, дождавшись знака, полез во внутрь балахона. За чем он туда полез, я так и не узнал. Так как к столу со всех сторон кинулись люди, которые до этого казались мне обычными пьяницами. Я увидел блеск клинков. И все же наподдавшие не застали странных посетителей врасплох. Первым упал с арбалетным болтом в животе, один из «пьяниц», что сидел за стойкой. Он единственный кто успел занести меч для удара, его собутыльники не успели сделать и этого. Они упали на грязный пол, корчась от боли. Я увидел, как на их коже появились язвы. Они стали с чудовищной быстротой разрастаться, съедая плоть на руках.

Пока тройка магов швырялась заклятьями во все стороны, четвертый воспользовался суматохой, пробрался к выходу и выскочил на улицу. Вслед за ним последовало несколько человек. Я до сих пор не могу понять, что меня заставило двинуться за этой компанией.

Когда я их догнал, стычка подходила к концу. Двое из догоняющих были мертвы: один валялся с болтом в груди, у другого было перерезано горло. Незнакомец лежал не далеко от них, в его плече торчал нож. Двое оставшихся преследователей склонились над ним, причем один шарил по карманам, другой, приставив кинжал к горлу, что-то требовал от раненого.

Я с детства не плохо метал ножи и, собираясь в места с сомнительной репутацией, всегда брал с собой несколько штук. Нож будто сам лег в руку, метнул его, и «пьяница», пытавшийся разговорить раненого, схватился за горло. Его агония была недолгой. Пока второй оглядывался по сторонам, я успел метнуть второй нож. Вдалеке послышались топот приближающейся стражи. У меня не было большого желания встречаться с ней. Подняв раненого, я поспешил скрыться, направившись на свой корабль.

Так я стал компаньоном Акачека, торговца книгами, амулетами и редкими регредиентами, для колдунов и магов.

Жизнь сразу изменилась, из неё ушли скука и однообразие, как в прочем сытость и безопасность. Иногда, гоняясь за нужной вещью, приходилось месяцами отказывать себе во всем. Такую судьбу хотели не все из моей команды, и уже через год половина матросов сменилась. Со мной же остались те, кто разделял мои стремления.

Я оказался удачливым охотником за редкостями. Когда Акачем сгинул в джунглях острова Такру, наше общее дело стало полностью моим. Через пять лет под моим началом ходило семь кораблей. Рынок редких книг, да и всех диковинок был у меня под пятой. Любой на побережье знал, если хочешь иметь действительно редкую вещь, обращайся к Нахору, то есть ко мне. Среди моих клиентов не было случайных людей, только сильные мира сего, колдуны и маги. Такие связи приносили не только хороший доход, но и власть. В начале это была власть над людьми, которые шли на поводу у своих желаний. За исполнение их капризов я иногда брал плату не золотом, а ответной услугой. Так я мог упрятать в темницу неугодных мне людей, или наоборот, вытащить их оттуда. Власть оказалось самым сильным дурманом, сделав глоток, я заразился ей. Я глотал её, как путник глотает воду после нескольких дней проведенных в пустыне без капли живительной влаги, и не мог напиться.

Повелевать через других людей меня уже не устраивало. Я хотел править сам, нет, не править, а именно повелевать. Мне нужна была абсолютная власть, полное подчинение, такое, чтобы у принадлежавших мне людей даже не возникло желание ослушаться меня.

От нахлынувших воспоминаний и былых желаний, лицо ростовщика раскраснелось. Казалось, что на миг он забыл, что сейчас жизнь его принадлежит другому. Мысленно, он вернулся в то время, когда был молод и могущественен. Затем призрак былого величия исчез, и ростовщик вновь превратился в жалкого старикашку.

– И вот однажды в одной таверне, – продолжил рассказ Нахор, – я услышал рассказ о племени, где вождь не просто правил своим народом, он владел их душами.

– Вот оно, сказал я себе тогда, то, что так давно я искал.

Разговорить моряков не стоило больших трудов. Вино и золото – это, надежное средство развязать язык морехода. Вскоре мне было известно все, что знали эти морские бродяги. Когда же я предложил им указать дорогу в эти места, бывалые моряки отказались. Они засуетились и даже, не допив вино, быстро ушли. Я не придал тогда значение этому. Внутри меня все ликовало, наконец, мне удалось узнать путь, который приведет меня к заветной мечте.

Я передал дела своему помощнику, набрал команду из самых отчаянных парней, каких только мог найти, и отправился в путешествие на самом лучшем, быстроходном, своём корабле. Теперь я знал, в какой части света искать мою мечту.

Но все оказалось не так просто. Прошел год, а я все ещё никак не мог найти тот остров, где жило нужное племя. Были обследованы все острова той части света, что указали мне моряки. Но земля, где находился ключ к моей мой мечте, словно призрак, была рядом и в тоже время оставалась невидимой.

Время шло, а я оставался ни с чем. Команда, лишённая возможности выходить на землю, чтобы забываться в нехитрых забавах, начала роптать.

Когда же от неизвестной болезни появились первые больные, напряжение достигло такого уровня, что в любой момент готово было перерасти в бунт. Скрепя зубами, я приказал поворачивать назад.