Виктория Иванова - За дурною головой

Воронваэ поднял голову от ясель и недоуменно повел ушами.

– Скоро поедем отсюда… – тихо шепнул я ему в ухо и потрепал по холке. Конь фыркнул, тряхнул головой и вернулся к сену.

Я ощупал седельные сумки, зачем–то достал амулет вызова, сжал в руке и задумался. Нет, ничего менять не будем, пусть все идет так, как идет…

Амулет вновь был упакован в сумку, а я принялся седлать коня.

Лана

Я возвращалась от джик'хатов в некотором офигении вовремя смывшись и отмазавшись от очередного празднования. Нет, все, хватит с меня мероприятий! Мне и того раза за глаза хватило. А еще и этот «культурный обмен», чтоб ему… Скажите, ну вот почему во всех книгах герои там чему–то умному учат, прогресс двигают, так сказать, тайны раскрывают, а я тут… Чему б хорошему научила, а то…

Еще и вопросы грызут на предмет что делать и как возвращаться домой. А так же все те непонятки, которые возникли по ходу действия.

Я шла по улице, раздумывая и попинывая ногами камешек, когда предо мной резко осадил своего скакуна какой–то лихой наездник.

– Барышня, а чего это вы такая грустная? – приятный баритон раздался откуда–то сверху.

– Да вот пристают тут всякие… – невнятно пробормотала я, особо сильным пинком отправляя уже изрядно оббитый моими стараниями камень в большую лужу, и подняла глаза на этого джигита…

Лучше бы я этого не делала.

Из седла мне сладко улыбался классический герой девичьих грез… Рост – метра два с хвостиком, плечи и мускулы – Арни отдыхает, умное, породистое и красивое лицо, длинные ухоженные волосы, да и общее впечатление… Я почувствовала, что ноги объявили мне бойкот.

– Не подскажет ли мне прекрасное видение, неисполнимым чудом повстречавшееся мне на моем тернистом и темном пути и своим сиянием разогнавшее окружающую меня тьму, как мне добраться до местной таверны?

Так, стоп. Еще раз, кто, чего и куда он меня послал? Прекрасное?! Это я–то? Я представила, как я сейчас выгляжу, не умытая, не расчесанная, после «жарких объятий» джик'хатов и поняла, или парень страдает близорукостью, или он записной враль. Второе – вероятнее. Но прия–а–а–атно–о–о–о…

– Подскажу, – кивнула я, – Я сама там живу.

– О, миледи! Сегодня у меня воистину прекрасный и счастливейший день! Ибо несомненно сама богиня, неисполнимым помыслом воплотившаяся в смертную оболочку обратила на меня свой взор!

Похоже, он еще и на голову ушибленный… с размаху…

– А что вам там надо? – не удержалась от любопытства я.

– Да так, – небрежно махнул рукой он, – сопроводить одну…

Та–а–а–к… Одну. Из таверны. И вот что–то мне подсказывает, что приперся он явно не за Рони. Вся моя благостность и умиротворенность слетели с меня как крошки со стола. Вот значит мы как… Ну, Ланик, ну уёжище эльфийское… Собственно, а чего я завожусь? Сопроводить – ну и ладно! Ну и устрою я тебе сопровождение!

Я развернулась к парню и подарила ему одну из своих улыбок типа «в–зобу–дыханье–сперло–больно–прикуси–губу–несчастный!».

– Позвольте, я вас провожу! – томно проворковала я, потрепыхав для надежности ресницами и одарив его «бараньим» взглядом.

Парень улыбнулся во все тридцать два зуба, резво спрыгнул с седла и пошел рядом со мной, густо развешивая на моих ушах лапшу, в немереном количестве расточая цветистые и витиеватые комплименты. Я тихо млела (ТАКИМ вниманием меня еще не удостаивали), ограничивалась невнятным «Ой, ну что вы…», теребила кончик косы, смущенно опускала глаза и лелеяла коварные планы мести.

И отчаянно жалела, что я не в том чудесном платье, которое мне досталось от посещения того Храма.

Таким вот образом мы и добрались до таверны. Мой кавалер резво пробежал до двери и предупредительно распахнул ее предо мной, шаркнув ножкой. Ой, вот если бы кое–кто научился тому же…

Когда мы вошли в зал, парень, по пути представившийся мне Крамом, оглядел зал и обратился ко мне.

– А не знает ли случайно, мудрейшая из прекраснейших, поселившегося здесь представителя расы эльфов?

Я с полминуты простояла на месте, пытаясь из всего этого словоблудия понять, чего конкретно от меня хотят. Потом поняла, что этот парень ищет эльфа.

– Это вам Ланик нужен, что ли? – вопросительно поглядела я на Крама.

– Кто?! – поперхнулся воздухом парень, – Мне нужен Эраланион, – уже не так уверенно, как в первый раз, произнес он.

– Ну я ж и говорю – Ланик. Он на конюшне. Но сейчас подойдет, – и я махнула в нужном направлении рукой.

Так, стоп. А откуда это я знаю, где он сейчас?.. Хм, мне все нужнее и нужнее кто–то, кто бы мог ответить на накопившиеся у меня вопросы.

А Крам поглядел в сторону входа и, подхватив мою руку обеими руками, поднес к губам, не переставая говорить.

– О, богиня! Я не прошу у вас многого! Просто прогулку на закате, когда воздух так упоительно свеж! Прошу вас, не оставьте иссушенное сердце воина без живительной влаги ваших глаз и внимания! Позволено ли мне будет узнать, где нашел приют столь прекрасный цветок, досель не распускавшийся на просторах Тар–Миллора?

Из всей его болтовни я поняла только то, что меня пригласили на прогулку и спрашивают, куда за мной зайти. Входная дверь чуть слышно проскрипела. Вот и все действующие лица в сборе!

– Второй этаж, третья дверь направо… – блаженно проворковала я, пока парень галантно целовал мою руку.

– До вечера, моя королева! – томно выдохнул парень.

Я улыбнулась ему, развернулась к лестнице и увидела в дверях чем–то донельзя раздраженного Ланика. Подарив ему еще одну сияющую улыбку я походкой примадонны вплыла на второй этаж, оглянулась через плечо на застывшего внизу Крама, махнула ему рукой и удалилась в свою комнату.

О, как же мы, женщины, коварны…

В предвкушении свидания я порхала по комнате, что–то мурлыкая себе под нос и выискивая столь надоевшие мне когда–то предметы дамского одеяния. Корсет и платье нашлись в седельной сумке. Из любопытства переворошив ее я наткнулась на упакованный в плотную кожу колчан со стрелами, странный сверток с составными частями лука, который я тут же и собрала.

Красивый… Угольно–черный, с металлическими накладками… Тугой! Еле натянула! Прислонила колчан и лук к кровати, потом красиво навешу на Малыша.

Еще там были ларец с драгоценностями, еда и пара толстых, кожаных черных перчаток.

Во втором мешке нашлись деньги (увесистый такой кошель), пара мешочков с какими–то порошками, запасная мужская одежда и набор метательных ножей. Вот и все богатство.

Уложенное в довольно тесную сумку платье выглядело ужасно помятым. Чтобы его хоть как–то разровнять, я поставила на стульчик торчком обе сумки, натянула на получившуюся композицию корсет и зашнуровала его. Следом на все это было надето платье.