Алёна Кручко - Менталисты и Тайная Канцелярия

Младший сын небогатой семьи, захудалый провинциальный род, все надежды — на военную карьеру, и оная карьера пока что складывается вполне удачно. Отличился в прошлогодней кампании, в полку на отличном счету, рассудителен, но не труслив. Три удачных дуэли, ранение в разведывательной вылазке. Если так пойдет и дальше — а почему бы и нет? — лет через десять, а то и раньше, быть капитану полковником.

— Недавно в столице?

— Полтора месяца, — спокойно ответил капитан. Пояснил: — Отпуск.

— Немного развеяться, пока полк на зимних квартирах?

— Именно.

Что ж, обычная практика, здесь придраться не к чему. Да и тихо сейчас на южных границах. Хотя, разумеется, если случится вдруг несчастье с принцем Ларком, тишина вмиг сменится грохотом выстрелов и лязгом клинков.

Может, в том все и дело? Варрен предполагает, что у неприятностей последних дней столичные корни, но не стоит сбрасывать со счетов южного соседа. Одар, может, еще и не оправился после прошлогоднего поражения, но удобный момент для реванша уж точно не упустит.

Однако к делу, оборвал собственные размышления Фенно-Дераль.

Разузнать о пари оказалось нетрудно, и он решительно не понимал, почему принц Ларк не пожелал рассказать об этой сумасбродной затее сразу же. Неужели рассчитывал, что не всплывет? При полутора-то десятках свидетелей! Да скорее следует удивляться, почему еще весь город об этом не судачит!

— Говорят, у вас отличная память, капитан Ланцэ. Меня интересует утро того дня, когда ранили герцога фор Гронтеша.

— Понимаю, — кивнул капитан. — Я, признаться, и сам уж думал, что дело нечисто.

Фенно-Дераль вопросительно приподнял брови:

— Нечисто? В каком смысле?

Ланцэ негромко рассмеялся:

— И правда, что это я. Не в том, какой подразумевают фор Виттенц и остальные, кто там был. Я хоть и согласен с графом по части опасности магии, а только зуб даю, на Дубовом острове пошалили люди. Рени фор Гронтеш славный малый, но ему стоило бы оглянуться вокруг и спросить себя, не завелся ли у него враг.

— Полагаю, это не в характере герцога, — хмыкнул Грент. — Он имеет глупость полагать, что все его враги готовы сражаться с открытым забралом. Итак, что же произошло на Дубовом острове? Только, прошу вас, капитан, не упускайте подробностей. Даже самых незначительных.

— Понимаю, — капитан снова кивнул, свел брови и прикрыл глаза, сосредотачиваясь. — Значит, так… Мы договаривались встретиться утром, в десять. Я заехал за фор Виттенцем, он попросил об этом с вечера. Мы были на месте за семь минут до условленного срока. Его высочество и герцог фор Гронтеш уже ждали. Сразу после нас заявился Шоррентен, еще кого-то из своих дружков-студентишек приволок, их там только не хватало. Но его высочество не стал возражать. Потому, я полагаю, что спор начался как раз из-за утверждений Шоррентена.

— Каких утверждений? — подобрался Фенно-Дераль.

— Идиотских, как всегда. Второго такого осла свет не видел.

— Капитан Ланцэ, — Грент покачал головой, — я охотно верю, что молодой граф фор Шоррентен — дурак, каких мало, но все же, какие именно его утверждения заставили принца и его порученца заключить столь необычное пари?

Ланцэ озадаченно нахмурился.

— А знаете, я толком и не помню. Что-то о природе магии, кажется. Шоррентен вечно несет чушь, к этому настолько привыкаешь, что уже и не вслушиваешься.

«Несет такую чушь, что уже и не вслушиваешься»… Идеальная кандидатура для того, чтобы вбросить в разговор нужную идею — если эта идея, во-первых, бредова, а во-вторых, важно, чтобы потом никто и не вспомнил деталей. Сам Шоррентен, конечно, не вышел умом для участия в интригах, но это отнюдь не означает, что его можно сбросить со счетов. Безмозглая пешка, которую легко разыграть втемную — вот его роль.

— Ясно, — Грент поймал себя на том, что снова трет старый шрам, рассекающий бровь. Опустил руку. — Продолжайте, прошу вас.

Капитан, похоже, честно попытался вспомнить подробности разговора, но не слишком в том преуспел. Раздраженно передернув плечами, он продолжил:

— Дальше возник небольшой спор. По условиям пари фор Гронтеш должен был обойти остров в одиночку, но принц Ларк считал, что присутствие секундантов может оказаться полезным.

Ну конечно, чтобы один шалопай отдал другому такое приключение! Разбежались. Грент скептически хмыкнул:

— И как же его высочество обосновал свою точку зрения?

— Принц сказал, что разделяет мнение Рени, но в том случае, если тот окажется не прав, не желает остаться без порученца. — Капитан, похоже, этот подход вполне одобрял. Что ж, мысленно кивнул начальник полиции, одобрим и мы.

— Здравое рассуждение, достойное военного человека. Как отреагировал фор Виттенц?

— Рассмеялся и сказал, что не против.

— Вот как? — у фор Виттенца, вроде бы, нет причин для недовольства его высочеством Ларком. Или он умело не афиширует эти причины? — Кто же, в таком случае, спорил с его высочеством?

Капитан пожал плечами:

— Фор Гронтеш, разумеется. Рени исключительно щепетилен. Он не желал смягчения условий пари после того, как ударили по рукам.

— Ах да, конечно, — Фенно-Дераль коротко рассмеялся. — Я мог бы догадаться. Чью сторону приняли вы?

— Его высочества. Признаться, мне тоже хотелось, — Ланцэ запнулся, загорелое лицо тронул внезапный румянец, — приключения.

— И, как я понимаю, вы его получили, — кивнул Фенно-Дераль. — Итак, что же произошло на острове?

Капитан почесал в затылке, будто этот детский жест мог взбодрить его память или придать ясности рассказу.

— Мы взяли лодку на паромном причале. Виттенц переправился на остров с нами вместе, но остался возле лодки. Сказал, что постережет лодочника, чтобы тот не вздумал удрать без нас. Мы втроем пошли в рощу. Рени шел первым. Он хлопал каждый ствол ладонью и громко считал: первый, второй, третий… и смеялся.

По губам капитана скользнула улыбка. Как будто он снова оказался в том мгновении, когда обалдуй Реннар столь бесцеремонным образом здоровался со священными дубами.

— А желуди? — спросил Грент.

— Срывал по желудю с дерева, как и договаривались. Складывал их в кисет, еще пошутил, после пятнадцатого, кажется, что Виттенцу придется хорошенько поработать челюстями. Знаете, это было похоже на увеселительную прогулку. Рени способен обсмеять любой страх, он и в преисподней, наверное, устроит вечеринку с вином и шлюхами, а чертей заставит плясать канкан. Хотя поначалу мы еще ощущали, как бы сказать, — капитан, кажется, смутился, — священный трепет, как ни смешно это звучит. Вы бывали на Дубовом острове?