Химера-читатель - Память героя

— Учти, что из этой комнаты человеком могу выйти только я. Ты же можешь выйти только в образе волка. Ну что, не изменил решения?

— Нет! — Люпин с ужасом представил, что ему придется просидеть несколько дней запертым в доме, но отступать от своего решения он не собирался.

— Хорошо, теперь все стало только интересней, — сказал вожак таким радостным тоном, каким ученики в школе говорили о каникулах.

И Фенрир подскочил к Люпину и начал срывать с него одежду. Первым не выдержал напора пиджак, за ним последовала жилетка и галстук. Люпин попытался сопротивляться, но вожак только скалился на его усилия.

— Ты слаб, Ремус, согласись, тебе со мной не справиться, — проговорил Сивый, присоединяя рубашку к куче на полу. Когда за ней последовала майка, Фенрир засмеялся:

— А мне все больше и больше нравится то, что ты прячешь под этими тряпками, — он провел рукой по обнажившийся груди Люпина. — Хорошо, что ты скрывал это тело ото всех, иначе мне пришлось бы убить пару-тройку твоих поклонников.

Один ловкий толчок, и Ремус лежит на матрасе, а с него в это время снимают обувь и носки. И вот на Люпине остались только брюки и нижнее белье. Все его попытки ударить вожака оборотней вызывали только смех или ехидную реплику.

Сивый одним движением умудрился стянуть с кареглазого оборотня брюки и теперь, придавив оба запястья над головой и прижав Люпина тяжелым телом к матрасу, тихо прошептал, глядя в карие глаза:

— Заметь, ты даже не смог причинить мне боль. Или ты так слаб, или ты специально не оказываешь мне серьезного сопротивления, на самом деле желая того, что я с тобой могу сделать.

Вожак несколько секунд смотрел на возмущенное лицо, любуясь эффектом от своих слов.

— А теперь я, как радушный хозяин, — прошептал Фенрир, склоняясь к самому ушку Ремуса, — уступлю тебе свое ложе. Сладких снов, малыш.

И Сивый выскочил из комнаты, прихватив всю одежду Люпина.

часть 9 (32)

POV Драко Малфоя

Который час? Я опять проспал и не успел приготовить завтрак своим родственникам… Теперь кузен опять будет смеяться, когда дядя будет кричать на меня. Хорошо, если еще не оставят без еды. И почему тетя Петунья не разбудила меня? А разве мою тетю зовут Петунья? Нет, ее зовут Белла, и я терпеть ее не могу.

Где я? Почему такой мягкий матрас? Откуда у меня взялась постель? Почему так много света, что это за комната и почему меня пустили в нее? Это неправильно, я живу в чулане под лестницей. Что это за место и как я здесь оказался? Хотя обстановка в комнате мне знакома. Эти фарфоровые игрушки я собираю с семи лет. Как я могу их собирать, ведь все мои вещи ломает кузен? Он бы сразу разбил такие хрупкие вещицы. Он даже письмо, которое мне пришло, сразу выхватил. Письмо, которое прислали из Хогвартса. И я не смог его прочитать. Дядя даже увез нас на остров, чтобы прекратить нескончаемый поток писем. И только там меня нашел Хагрид и рассказал, что я волшебник. Нет, не так. Я узнал, что я волшебник, в четыре года, с первого магического выброса, и письмо я прочитал сразу же, как только мне принесла его сова.

И попал я на тот факультет, который хотел, тот, что посчитал лучшим для себя. Факультет Годрика Гриффиндора, где учатся самые смелые маги. Нет, снова неправильно, я носил зелено-серебристую форму, а эта форма всегда соответствовала факультету Слизерина. И мой крестный является деканом слизеринцев.

Но мой крестный не может быть в школе. Все считают его беглым убийцей, и за ним до сих пор охотится Аврорат. А слизеринским деканом был и остается профессор Снейп, человек, который всегда беспричинно кричит на меня и постоянно критикует сваренные мною зелья. Но у меня всегда получаются отличные зелья, ведь Северус сам в детстве учил меня всем премудростям зельварения. К тому же, крестный никогда не кричит, он всегда внимательно выслушивает и дает мудрый совет. За все годы учебы он ни разу не пожаловался на меня родителям.

Родители… Прекрасная аристократическая пара… Но почему мне говорили что-то про алкоголиков, погибших в автокатастрофе? Или правдой остается история пылкой любви, приведшая к неравному браку? Мама… Красивая длинноволосая блондинка с серыми глазами, которая так любила читать мне сказки на ночь и целовать, желая спокойной ночи. Но почему в памяти всплывает образ прекрасной зеленоглазой женщины с копной волос медного оттенка, кружащейся в танце с высоким черноволосым мужчиной с карими глазами? И почему я всегда с горечью вспоминаю о том, что меня никогда не обнимали перед сном? Я хорошо помню, что похож на отца, это все всегда говорят. Но на которого? Высокого светловолосого и сероглазого аристократа, которого я не люблю и опасаюсь, или на мужчину в очках с фотографии, которого почти не знаю и не помню?

Очки! У меня всегда было хорошее зрение. А воспоминание о покупке очков я пережил, но оно было чужим, заимствованным у другого. Все правильно. Я, Драко Малфой, нашел чашу с воспоминаниями, погрузился в нее и стал проживать воспоминания своего однокурсника, гриффиндорца Гарри Поттера. Поэтому я знаю так много о его жизни. Поэтому мне сложно разобраться, где заканчиваются мои воспоминания и начинаются его. И сейчас все снова начнется сначала, я опять увижу очередное страшное воспоминание из его прошлой жизни и опять потеряюсь в ловушке чужой памяти…

Конец POV Драко Малфоя.

— Люциус, тебе надо больше внимания уделять безопасности. Камин открыт, щита против прослушек нет, — Гевин Нотт невозмутимо говорил, стоя под прицелом четырех палочек.

Сзади отца переминался смущенный Тео.

— Профессор, я узнал, что в замок может явиться Воландеморт, вот и хотел предупредить, но вас уже не было в школе, — Тео постарался быстро объяснить ситуацию, пока хозяева не начали бросаться боевыми заклятиями. — Мне пришлось уйти из Хогвартса и связаться с отцом, чтобы вас предупредить.

Ни одна палочка не дрогнула. Нотты знали, что после пережитых потрясений находящиеся в Мэноре не будут верить на слово и им нужны более веские аргументы для подтверждения лояльности пришедших.

— Я, Гевин Нотт, даю Непреложный обет, что не причиню вреда присутствующим в этой комнате магам и находящемуся в замке Драко Малфою, даю слово не разглашать информацию, которую здесь узнаю, и обязуюсь приложить все силы, чтобы помочь в разрешении возникшей ситуации, — на руке старшего Нотта вспыхнул и погас маленький шарик белого света, подтверждая данное им обещание.

— И ты не будешь разглашать имени владельца воспоминаний, которые просмотришь, участвуя в ритуале очищения памяти, — быстро уточнил Блек.

— Клянусь, — на руке Гевина снова возник свет, подтверждая соглашение.